Крысиный Вор - Орлов Антон - Страница 97

«Это, что ли, тоже часть обработки? – уныло подумал Кемурт, безучастно глядя на ошарашенного полуголого парня, оставшегося в изодранных лохмотьях. – Хотят, что ли, посмотреть, как я отреагирую?»

Он находился в том состоянии, когда уже ничему не удивляешься, – словно безнадежный больной, которого не очень-то интересуют дела здоровых.

– Чуете, братва, парень-то с перепугу полные штаны добродетели навалил! – сказали за дверью, после чего там захихикали и загоготали.

– Демоны Хиалы! – вымолвил наставник помертвевшим голосом. – Откуда они… Этого не может быть…

«Похоже, он и правда обделался», – безучастно отметил Кем, а через пару секунд до него в полной мере дошло: происходит нечто из ряда вон выходящее.

– Дайте мне амулеты, я попробую что-нибудь сделать, – произнес он сипло и неубедительно.

«Сделать» означало «унести ноги», но посвящать тюремщика в детали незачем. Впрочем, тот пребывал в таком шоке, что ему было не до подозрений.

– Здесь нет амулетов, ты же еще не стал верным. Как они одолели защиту…

За дверью возились и издевательски хихикали, потом она начала открываться – медленно, словно те, в коридоре, то ли дразнили оказавшихся в западне людей надеждой на спасение, то ли давали им время, чтобы испугаться до такой степени, когда в душе не остается ничего, кроме леденящего страха.

Амулетчик вскочил, загремев опрокинутой скамейкой, едва об нее не запнулся, бросился к окну, а ктармиец принял боевую стойку экзорциста, выставив перед собой руки с дрожащими скрюченными пальцами. Кем глянул на собрата по несчастью мельком, его целью было закругленное окошко, за которым сулил свободу оранжево-золотой тропический закат. Выпрыгнуть и убежать или, на худой конец, разбиться.

Слишком высоко – три этажа, не меньше, внизу каменные плиты. К тому же это внутренний двор. И, судя по тому, какие твари гоняются за людьми среди пегих, как перепелиные яйца, старинных построек, весь замок Поводыря захвачен демонами.

– Эй, куда ты?!

Что-то больно захлестнулось вокруг щиколотки, его рванули назад. От удара лбом сначала о выступ подоконника, а потом и об пол в глазах потемнело.

Очнулся Кемурт оттого, что в лицо плеснули водой. Первым делом попытался слизнуть с губ драгоценные капли, пить-то ему здесь давали всего два раза в день, и то скудными порциями. Голова болела.

– Ну вы и паскуды, – произнес над ним певучий, с чарующей порочной хрипотцой женский голос. – Это же амулетчик Тейзурга, которого надо найти и притащить невредимым, кто ему рожу расквасил?

– Он сам упал, – возразил другой голос, дурашливо квакающий. – Парень, усвой, ты сам упал. Мы тебя спасали, а ты поскользнулся. Не то где хошь достанем, и тогда мертвецам позавидуешь.

– Спасали вы его от этого подоконника? – с издевкой осведомилась обладательница чарующего голоса. – Гады безмозглые, вам только что-нибудь поручи… Бросьте вы этот кусок смертной плоти, никуда он от вас не денется, ищите рыжего мага!

Оглушительный щелчок бича.

– Харменгера, если тебя трахает Лис, это еще не значит, что ты можешь нами командовать!

– Сухап, ты забываешь о том, что я и без Лиса могущественней любого из вас. Не советую об этом забывать. Право же, никому не советую…

Кем с трудом разлепил опухшие веки и первым делом увидел пару стройных ног в лоснящихся черных сапогах с золотыми шпорами. Сапоги высокие, до колен, а дальше на ней ничего не было, и по мертвенно-синеватой коже ветвился черный орнамент – татуировка? Или это у нее расцветка такая? Скуластое лицо с туманно-темными провалами глаз тоже покрывали прихотливые узоры. Волосы на лобке и на голове были алые и как будто мокрые, повыше висков из этой кровавой копны полумесяцем торчали рога. Из-под верхней губы виднелись клыки, левый с обломанным кончиком. Еще у нее был хвост вроде скорпионьего – длинный, суставчатый, с жалом на конце, он-то и щелкал, словно бич.

Захотелось снова зажмуриться, но Кемурт понимал, что в данной ситуации это не выход.

– Вставай, смертный. – Демоница слегка ткнула его острым золоченым носком сапога. – Отведу тебя к Тейзургу, пока не оприходовали. Эти могут. Поверь мне, еще как могут.

– Тейзург жив?

– Да уж поживее, чем ты, дохляк несчастный, – презрительно бросил другой демон, похожий на карлика с бычьей головой. – Хотя досталось ему хуже, чем тебе.

Амулетчик поднялся на ноги и огляделся. Лучше бы не оглядывался. Не питал он ни малейшей симпатии к сладкоречивому наставнику, который читал ему ктармийские поучения, но того, что делали с этим парнем, он бы злейшему врагу не пожелал. Демоны его облепили, как муравьи пойманную гусеницу, и остервенело насиловали. Не кричал он лишь потому, что у него попросту не было такой возможности. Угрожающее зловоние Хиалы смешивалось с запахом человеческих экскрементов. У Кема перед глазами поплыло, накатила дурнота, и его вырвало скудной тюремной кормежкой.

– Слабак, слабак!.. – радостно заверещали и заулюлюкали демоны.

– Пошли! – раздраженно приказала Харменгера, вновь щелкнув своим хвостом-бичом.

И, видимо, разуверившись в его способности передвигаться самостоятельно, ухватила за шиворот и поволокла в коридор.

Во всех помещениях творилось несусветное. Самая безобидная из мельком увиденных сцен: тварь, похожая на ящерицу с зеркальной чешуей, с визгом раскачалась на люстре и свалилась вместе с ней на головы своим собратьям, после чего началась общая потасовка. Намного хуже было там, где пришельцы из Хиалы терзали людей – хоть это и враги, все равно Кемурту всякий раз становилось тошно.

На лестничной площадке орава тварей дралась из-за большой чугунной ванны с ножками в виде львиных лап. Одни ее куда-то тащили, а другие на них напали, намереваясь отобрать. Из гущи свалки доносились вопли:

– Не трожь, это я ее нашел!

– Отдай, всех порву!

– Я сам отнесу ее Лису!

– Рви ему хватала!

Кема что-то стукнуло по щеке, упало под ноги. Сочащийся бурой кровью мясисто-розовый отросток с клешней на конце. Надо понимать, оторванное хватало. Клешня вяло открывалась и закрывалась, чуть не вцепилась ему в босую пятку.

Когда Харменгера втолкнула его в зал с вереницей арочных окон, за которыми сияло над кромкой крепостной стены лилово-золотое вечернее небо, он вздохнул с облегчением, как будто выполз на берег из полосы взбесившегося прилива.

Зал был довольно обшарпанный, немногочисленные предметы обстановки выглядели так, словно всю прочую мебель отсюда вывезли, бросив что похуже. Зато здесь было пусто и тихо, никаких бесчинств. И демон тут присутствовал только один, вдобавок не такой страшный, как остальная свора: высокий белокожий парень с роскошной гривой серебристых волос и лисьим хвостом. Если б не этот хвост и не звериные уши на макушке, его можно было бы принять за человека, лицо у него было незлое и привлекательное. Он сидел на стареньком комоде красного дерева, а напротив, на кушетке с гнутыми ножками, полулежал, облокотившись о вышитую подушку, человек, показавшийся амулетчику знакомым.

Ввалившиеся щеки, разбитые запекшиеся губы, под глазами синяки. Сальные темные волосы коротко острижены. На нем была просторная туника с чужого плеча, ее белизна оттеняла въевшуюся в кожу грязь и разводы засохшей крови.

Кемурт не сразу понял, что перед ним Эдмар.

Тот криво улыбнулся.

– Кем, иди сюда. Масса народу не постояла бы за ценой, лишь бы увидеть меня в таком состоянии, а повезло тебе, лицу до обидного не заинтересованному. Никакой завалящей ванны в этой обители чистоты так и не нашлось?

Вопрос был адресован Харменгере, но впавший в замешательство Кемурт решил, что ему, и выпалил:

– Нашлась, только они из-за нее подрались.

Демоница недовольно щелкнула хвостом.

– Мы должны были это предвидеть… – весело хмыкнул Лис. – Красавица моя, позаботься о ванне!

Из-под арки навстречу Харменгере выпорхнуло существо, похожее на летучую мышь с печальным старческим личиком.

– Мы нашли Хантре Кайдо, он в подвале, в камере, на нем заклятые блокирующие цепи. Еще там двое магов, тоже в цепях. Надзиратель сказал, они из Ложи, что с ними делать?