Трехтысячелетняя загадка - Шафаревич Игорь Ростиславович - Страница 49

Глава 10

В России перед революцией

1. Финансы и печать

К моменту революции 1917 г. в России проживало около 6 млн. евреев, то есть в то время самая большая еврейская группа в пределах одного государства и в то же время около половины еврейского народа. Это обстоятельство сыграло и играет до сих пор громадную роль в истории России.

Главная масса евреев в России жила в XIX в. в так называемой «черте оседлости», то есть в областях, отошедших к России в результате «разделов Польши», где они жили уже несколько веков. К этим землям было добавлено ещё 15 губерний России (по теперешним разделениям, Белоруссии, Украины, Молдавии, России), как говорит Шульгин: земли, «по своим размерам превосходившие любое европейское государство». Вне «черты оседлости» имели право жить лишь некоторые евреи (точнее, лица иудейского вероисповедания): с высшим образованием, купцы I гильдии и т. д. Иногда эти права расширялись (включая, например, и тех, кто у них работал), иногда восстанавливались в первоначальном объёме.

Основная часть еврейского населения России была организована в религиозные общины (кагалы), находившиеся под жёстким руководством богатой верхушки и раввинов. Их тип жизни в основном, соответствовал укладу средневековых еврейских общин. Он был описан Брафманом (крещёным евреем) в «Книге Кагала». Долгое время эта книга считалась в либеральном лагере — «антисемитской клеветой». Но её положения очень близки тем, которые описывает, например, Шахак, говоря о «тоталитарном укладе» еврейских средневековых общин (а большинство евреев России вплоть до XIX в. жили в средневековой традиции). Так что, скорее всего, сообщаемые в книге факты соответствуют действительности. Мы описали этот тип жизни, какой вырисовывается по книге Брафмана и высказываниям Шахака, в гл. 4.

Политика русского правительства по отношению к евреям России была в XIX в. непоследовательна, в ней сменялись противоположные принципы. То правительство пыталось опереться на кагалы и их администрацию (в духе «поддержки народной традиции»), то старалось привить евреям стиль жизни остальной страны (в духе «насаждения просвещения»).

Как и в других странах, в XIX в. и начале XX в. влияние евреев на жизнь России осуществлялось, прежде всего, через их роль в экономике, в основном в финансах.

Об экономическом положении евреев в «черте оседлости», мне кажется, объективное представление может дать книга А. П. Субботина «В черте еврейской оседлости». С одной стороны, она написана с либеральных позиций, ставит себе цель, как говорит автор, опровергнуть утверждения, что евреи эксплуатируют остальное население, живут богаче его. С другой стороны, она содержит множество конкретных фактов. Так, автор сообщает: в Минской губ. среди купцов I и II гильдии евреи составляли в 1876 г. — 90%, в 1880 г. — 98%, в 1884 г. — 83%, в 1886 г. — 88% (книга издана в 1988 г.). Среди всех купцов — 87,8%. Среди хозяев питейных заведений — 95%. Из 1297 табачных лавок не принадлежат евреям 4. В обороте купеческой торговли они занимают 91%.

В Виленской губернии евреи в населении составляют 15%. Среди купцов — 81%. За 25 лет число еврейских купцов увеличилось на 13%, а нееврейских — уменьшилось на 46%.

В Ковенской губернии доля евреев в населении — 20%, среди купцов I и II гильдии — 81,3%. Среди хозяев питейных заведений — 75%. Их доля в крупном обороте всей купеческой торговли — 95,5%. В Волынской губернии евреи составляют приблизительно 1/7 часть населения. Среди купцов их — 91%, их доля в торговом обороте — 74%. Доля в табачной торговле — 94%.

В Киеве евреи составляют 10% населения. Среди купцов I и II гильдии — 43%, их доля в общем торговом обороте — 45%. Из 259 оптовых винных складов принадлежат не евреям 12. Из 5134 питейных заведений евреям принадлежит 5004, т. е. 97%.

С другой стороны, в своих статьях о «еврейском вопросе» Достоевский пишет:

«Наши оппоненты указывают, что евреи бедны, повсеместно даже бедны, а в России особенно, что только самая верхушка евреев богата, банкиры и цари бирж, а из остальных чуть ли не девять десятых их — буквально нищие, мечутся из-за куска хлеба, предлагают куртаж, ищут где бы урвать копейку на хлеб. Да, это, кажется, правда, но что же это обозначает… зато верхушка евреев воцаряется над человечеством всё сильнее и твёрже и стремится дать человечеству свой облик и свою суть».

Эту же мысль подтверждает Зомбарт примером Германии, где, какой говорит, евреи, пока не добились богатства, как правило живут беднее окружающего христианского населения, так как большую часть имеющихся у них капиталов пускают в оборот, оставляя себе меньше на удовлетворение более непосредственных потребностей.

Но крупные еврейские банкиры и «цари бирж» (как их назвал Достоевский) не были ограничены «чертой оседлости» и оказывали значительное влияние на жизнь всей России.

Как и повсюду, еврейское влияние в России было особенно сильно в банковском деле. Ещё в XIX в. на юге были влиятельные банки Рафаловича и Ефрусса, в Варшаве — Френкеля. Витте пишет, что министр Вышнеградский был «как бы поверенным Блиоха в Петербурге». Многие сферы жизни охватывал банкирский дом «Е. И. Гинцбург». В 1869 г. он участвовал в создании Петербургского учётно-ссудного банка (директор-бухгалтер Гинцбурга А. И. Зак). В биографии, написанной Слиозбергом, говорится, что дом Гинцбурга «находился в тесных дружеских отношениях с банками Варбурга (Гамбург), Мендельсона и Блейхредера (Берлин)… Гинцбургбыл в родстве с банкирами Варбургом, Гиршем, Герцфельдом (Будапешт), Ашкенази (Одесса), Розенбергом (Киев), Бродским (Киев). Гинцбург получил в 1879 г. разрешение на занятие золотопромышленным делом в Сибири и основал предприятия в Забайкалье и Якутии. Центром его деятельности было „Ленское товарищество“, к которому был привлечён дом „Э. М. Мейер“, а с 1880 г. Рафалович и Ефрусси. В 1896 г. основано а/о „Ленское золотопромышленное товарищество“ с участием Гинца и Мейера. С1906 г. в нём стал участвовать английский капитал через брокерскую фирму „Л. Гирш и К°“. В 1908 г. было основано общество „Лена Голд-филдс“ с директорами Гинцбургом, Бояновским, Мейером, Шампаннером. Именно на Ленских предприятиях Гинцбурга, как протест против тяжёлых условий работы, начались рабочие волнения, усмирённые в 1912 г. расстрелом („Ленский расстрел“).