О, марсиане! - Шах Георгий Хосроевич - Страница 26

Будушкин чуть сдвинул рукоять настройки. «Иси Пари, – услышали они. – Наш корреспондент обратился к видному правительственному чиновнику на Кэ д'Орсэ с вопросами, насколько можно верить слухам о пришельцах и как это может отразиться на внешней политике Франции.

– Лично я, – ответило официальное лицо, – не верю слухам даже тогда, когда они затрагивают мою жену. Что касается французской внешней политики, то, невзирая ни на каких марсиан, мы будем по-прежнему проводить независимый курс и отстаивать свой суверенитет.

А теперь послушайте в исполнении наших знаменитых шансонье Ива Монтана и Шарля Азнавура песенки «О Марс, любовь моя», «О тебе мечтаю, марсианка», «Прощай, мой марсианский друг».

У микрофона Би-Би-Си выступал обозреватель, специализирующийся на вопросах глобальной стратегии. «Появление марсиан, – рассуждал он, – внесет новый элемент в расстановку сил на мировой арене. Их присоединение к одному из блоков или к движению неприсоединения способно нарушить существующий баланс и склонить чашу весов в чью-то пользу. Разумеется, многое зависит от того, какой на Марсе строй – социализированный или основанный на частной инициативе; переживает марсианское общество период перехода от одной общественной системы к другой или оно однородно; удалось обитателям Красной планеты учредить мировое правительство или она поделена между суверенными государствами; поддерживают эти государства дружественные отношения или враждуют между собой, вплоть до «холодной» и даже «горячей» войны.

Нам неизвестны также общая численность населения Марса, величина его материальных ресурсов, уровень развития науки и техники, мощь вооруженных сил и другие факторы, которые принимаются во внимание в подобных случаях. Но, как бы то ни было, если даже пришельцы предпочтут объявить нейтралитет и не станут вмешиваться в наши земные дела, само их присутствие внесет существенные коррективы в глобальное соотношение сил. Каждая из сторон должна будет отныне считаться с возможностью рокового удара в спину».

Откликнулся на тему дня и радиоцентр Ватикана. Он информировал, что римский папа дал свое благословение контакту. «Независимо от того, какой веры придерживаются марсиане, все одухотворенные существа – дети одного бога. Верующие спрашивают нас, можно ли считать, что Христос принес искупление и за марсиан? Свою точку зрения на этот счет изложит известный богослов каноник монастыря Святой троицы Холинетти. «Еще Франциск Ассизский полагал…» – начал каноник, но Геннадий пошел крутить дальше.

Послышался знакомый металлический голос: «Марсианские бредни – это нехитрая выдумка двух сверхдержав, предназначенная отвлечь внимание от их злокозненных попыток…» Слышно было плохо, волна то и дело ускользала. «…Обстановка в мире, однако, прекрасная… Как учил председатель, когда реакционеры суетятся, то это хорошо, а не плохо… Ветер с Востока одолеет ветер с Запада… Вся территория делится на три части: одну часть занимаем мы, другую – противник, третью – ни мы, ни противник… Разбить собачьи головы… Лжет, как сивый мерин… Рыба гниет с головы… Сидеть на горе и смотреть, как тигры дерутся… Винтовка рождает власть… Марсианские братья, беритесь за оружие, свергайте своих правителей, примыкайте к революционным…»

– Откуда он знает, какие у нас правители? – удивился Зуй.

– А зачем ему знать? – Звонский попытался популярно разъяснить марсианину суть пекинских концепций, но вызвал столько недоуменных вопросов, что пришлось отложить это до следующего раза.

Чего только не наслушались друзья в тот день! Они мрачнели, возмущались, но больше смеялись. Зуй высказал несколько язвительных замечаний по поводу существующей на Земле системы информации, вернее – дезинформации, на что Будушкин заметил:

– Тем больше оснований внести ясность в это дело.

Стемнело. Решив прогуляться, они вышли из дома и были поражены необычным для Заборьевска, даже в воскресенье, стечением народа. Казалось, весь город от мала до велика высыпал на улицу, да еще прибавилось сюда население целой округи. Толпа была в приподнятом настроении и устремлялась в направлении центрального парка культуры и отдыха.

– Не День ли железнодорожника отмечают? – предположил Геннадий.

Нет, это не был официальный праздник. Это был, как они вскоре поняли, стихийный карнавал, посвященный Красной планете.

Необузданное веселье царило в городском парке. Откуда-то появились предметы марсианского туалета – мотоциклетные шлемы, диковинные маски, ловко склеенные из бумаги скафандры. Каждый, как мог, наряжался марсианином. Один даже ухитрился напялить на себя довоенный противогаз. А уж чулок, натянутых на лица, и бластеров в руках было не счесть. Тут и там возникали хороводы и марсианские пляски – своеобразная помесь лихой цыганочки, удалого русского танца и неприличного бонга.

Работники парка поначалу, округлив глаза, растерянно наблюдали это марсианское шествие. Но к чести своей, они быстро поняли причины энтузиазма своих сограждан: долго ждал Заборьевск чуда, которое занесло бы его имя на скрижали истории, и вот свершилось: отныне и во веки веков он стал городом первого межпланетного контакта! Были приняты меры, чтобы внести разумную долю организованности в народную импровизацию. Спешно собранных артистов местного театра вооружили мегафонами и поручили им выполнять роль затейников, на эстраде готовился концерт, в котором приглашали участвовать всех желающих.

Друзья протиснулись сквозь плотную толпу зрителей как раз в момент, когда объявлялся следующий номер.

– Сейчас, – сказал ведущий, – вы услышите популярного исполнителя старинных марсианских романсов, который приглашен совершить турне по Марсу.

– Кто его приглашал? – спросил Зуй испуганно, и Геннадий пояснил, что конферансье шутит.

– Смотри-ка, да это Сарафаненко! – вскричал Звонский.

В самом деле, выйдя на сцену, гитарист сносно спел романс из репертуара трио «Ромэн» о цыганах-марсианах.

Раскланиваясь, Сарафаненко заявил, что не может больше задерживаться, поскольку боится опоздать на космический корабль.