Соколы Троцкого - Бармин Александр Григорьевич - Страница 86

По решению Московского совета в Барвихе создана заповедная зона, где запрещено строительство и купанье в реке, в качестве причины делается ссылка на заботу о недопущении загрязнения воды в реках. Из прилегающих деревень были выселены сотни людей, а оставшимся не разрешается гулять в лесу. Я задавался вопросом: в чем причина этих ограничений, когда вверх и вниз по течению реки от Барвихи можно купаться, ловить рыбу и т. п.? Выяснилось, что весь этот район отведен для дач сотрудников Центрального Комитета и ОГПУ, которые на почтительном расстоянии окружают дом диктатора.

Я был на одной из таких вилл у своего друга. Наша машина въехала на территорию огромного поместья, которое содержалось в идеальном порядке и так же идеально охранялось. На каждом перекрестке милиционеры в белых перчатках проверяли наши пропуска. Но даже моему другу было запрещено заходить в одну, самую охраняемую зону. Дороги были безукоризненно чистыми и безлюдными. Время от времени по дороге проезжала какая-нибудь роскошная машина. Весь пейзаж выглядел так, как будто он был тщательно проветрен, выметен и подстрижен до идеального состояния. Вилла моего товарища вполне могла бы выдержать сравнение с виллами богачей, которые можно найти в пригородах любой западной столицы. Были предусмотрены все удобства: террасы, веранды, теннисные корты, газоны и т. п. Правда, эта вилла не принадлежала моему другу, а была известна как «дача № 10» Центрального Исполнительного Комитета. Однако счастливый ее обладатель мог пользоваться ею до конца своих дней или до тех пор, пока не попадет в опалу, которая тоже в конечном счете ускорит наступление конца его дней, то есть так, как будто она была его собственностью.

Фантастическую щедрость, с которой человек, привыкший к абсолютной власти, расходует государственные средства по своему усмотрению, скрывая это за широковещательными заявлениями о защите интересов трудящихся, лучше всего можно проиллюстрировать случаем с Институтом экспериментальной медицины. Даже Рокфеллеры или монархи былых времен не могли направить научные ресурсы великой страны на обслуживание своих личных интересов. Но Сталин в некотором роде сделал именно это.

Сталин приближался к своему шестидесятилетию, когда предусмотрительные люди начинают серьезно заботиться о своем здоровье. Его друг Горький был старше и еще больше интересовался своим здоровьем. Соответственно однажды «Правда» опубликовала его статью с рассуждениями от том, как уберечь людей от старения и преждевременной смерти. В заключение он предложил создать в Москве Институт экспериментальной медицины, главной задачей которого должно быть проведение исследований о путях продления человеческой жизни. Горький подчеркнул, что это будет уникальное учреждение, которое может возникнуть только в Советском Союзе, где так заботятся о человеке и где есть достаточно средств для проведения исследований.

За статьей Горького последовали полные энтузиазма статьи ученых и врачей. Правительство выделило несколько сотен миллионов рублей. Институту отвели территорию в одном из самых роскошных пригородов Москвы, в Серебряном Бору. Строительство лабораторий, клиник, библиотек и жилья для огромного числа сотрудников института велось беспрецедентными темпами. Вся Москва говорила об этом эпохальном событии, но для тех, кто имел доступ в высшие эшелоны, было ясно, что лихорадочные темпы строительства определялись тем, что сам предмет исследований – продление человеческой жизни – представлял первостепенный интерес для самого лидера. Совсем не случайно институт возглавили личные врачи Сталина, профессора Преображенский и Сперанский. В институт также был приглашен известный украинский ученый, профессор Богомолец.

Но это еще было не все. Неожиданно в газетах объявили, что Академия наук с десятками ее институтов и годовым бюджетом в сотни миллионов рублей, которая двести лет находилась в Петербурге и двадцать лет при советской власти в Ленинграде, вдруг в полном составе переезжала в Москву. Названная причина переезда – академия должна быть в столице – представлялась достаточно убедительной. Но почему это никому не пришло в голову в предшествующие двадцать лет? И почему нужно было затрачивать гигантские средства на переезд институтов и строительство для них новых зданий, когда эти средства и строительные материалы были так нужны промышленности, армии, жилищному строительству в переполненной Москве и на тысячи других более срочных дел? А было это потому, что ведущие специалисты в области экспериментальной медицины, психологии, биологии, эндокринологии и т. п., которые работали в институтах Академии наук в Ленинграде, срочно понадобились новому институту. Некоторые наивные люди протестовали, но им быстро заткнули рот. Поскольку специалистов в области медицины трудно оторвать от их академических лабораторий, вся академия со всеми ее отделениями и институтами, библиотеками, лабораториями, музеями и даже огромными палеонтологическими экспонатами должна быть с колоссальными затратами перевезена в Москву. Новые миллионы ушли на строительство комплекса зданий академии на берегу реки Москва. К сожалению, обязанности профессора Богомольца, как президента Академии наук Украины, требовали его присутствия в Киеве, а придумать хороший предлог для перевода украинской академии в Москву не удалось. Но и эта проблема была быстро решена. В Киеве для профессора Богомольца был создан филиал московского института, а по существу, новый институт с полным штатом. Атмосферу, в которой осуществлялись все эти мероприятия, довольно точно отражают приветствия Сталину, опубликованные в это время. Например, компартия Туркменистана прислала пожелание: «Живите тысячу лет!» – и это было опубликовано в «Правде». Знаменитый полярный исследователь Папанин: «Вы бессмертны, наш любимый вождь! Живите еще трижды по столько, сколько вы прожили до сих пор!» В последующие годы этот мотив долголетия диктатора постоянно повторялся в стихах и публичных выступлениях.

Сегодня Институт экспериментальной медицины, укомплектованный лучшими специалистами и руководимый личными врачами Сталина, дает рекомендации о режиме его работы, отдыха и питания, обо всем, что может сохранить его здоровье и продлить жизнь. И пока высокооплачиваемые экспериментаторы лихорадочно ищут секрет долголетия, Сталин терпеливо ждет. Он уже покорил Россию и ее стовосьмидесятимиллионный народ. Неужели он надеется победить саму смерть?

Пока наиболее важным результатом деятельности Института экспериментальной медицины явилось создание Богомольцем знаменитой сыворотки молодости.

Известный американский врач, доктор Гамперт, с восторгом отзывался об этом открытии Богомольца. Он, в частности, отмечал, что когда немцы оккупировали Киев, то институт Богомольца, который, несомненно, был одним из самых современных научных учреждений в России, эвакуировался в Уфу и продолжал свои исследования. Доктор Гамперт писал:

«Когда удивительные свойства сыворотки Богомольца и результаты работы сотни советских экспериментаторов будут подтверждены, доктор Богомолец, несомненно, будет причислен к сонму тех героических фигур, которые открыли человечеству путь к лучшей судьбе. Надежные данные показывают, что Иосиф Сталин и стареющий президент СССР, Калинин, испытали на себе благотворное действие сыворотки Богомольца. Если наука в этот критический момент истории сможет сохранить и продлить жизнь наших наиболее опытных и достойных лидеров, то мы можем стоять на пороге новой эры…»

И далее:

«В январе 1945 года профессор Богомолец был удостоен звания Героя Социалистического Труда; ему был вручен орден Ленина и медаль «Золотая Звезда». Его книгу «Продление жизни» прочли миллионы советских людей, и она, видимо, играет не последнюю роль в поддержании того неистребимого оптимизма, с которым многострадальный советский народ идет к победе…»