Тайна Зои Воскресенской - Воскресенская Зоя Ивановна - Страница 82

С чего же начинались первые шаги пятидесятилетней женщины в большой литературе? Здесь нелишне процитировать воспоминания бывшего заместителя главного редактора издательства «Детская литература» Бориса Исааковича Камира.

«В Москву я приехал в 1940 году из Симферополя, где работал редактором «Крымского» издательства. Меня по рекомендации ЦК ВЛКСМ приняли на работу в издательство «Детская литература», которое в то время называлось коротко, но неправильно «Детгиз». В нем я проработал ровно сорок лет, что позволило накопить огромный опыт и такие же большие воспоминания: мне приходилось редактировать или принимать участие в редактировании произведений, издаваемых для детей, таких широко известных авторов, как Аркадий Петрович Гайдар, Сергей Владимирович Михалков, Самуил Яковлевич Маршак, Агния Львовна Барто, Яков Лазаревич Аким, Илья Григорьевич Эренбург, Михаил Петрович Погодин, Константин Георгиевич Паустовский, Борис Леонидович Пастернак и многих, многих других. С некоторыми из них я был в дружеских отношениях, но никогда не посещал дома, поскольку считал это неудобным, каким-то нарушением этики, что ли. Исключением явилась только известная писательница Зоя Ивановна Воскресенская.

Я думаю интересно мое воспоминание о нашей первой встрече. Вместе со мной в редакции работала тоже редактором, Вера Александровна Морозова. Весной или уже летом 1956 года Вера Александровна обратилась ко мне с просьбой – а я к тому времени был уже заместителем главного редактора – прочитать рукопись нового автора. Так уж случилось, что рукописи новых, неизвестных авторов обязательно проходили через меня.

Я спросил Веру Александровну: «А кто автор? Что он из себя представляет?» Она ответила, что скажет об этом только тогда, когда я прочитаю рукопись повести я пояснила – чтобы мое суждение было более объективным.

Я прочитал эту повесть, названия которой, конечно, не помню. По содержанию повесть была о комсомольцах 30-х годов, которые из Смоленска мечтали попасть в Испанию, чтобы сражаться с фашистским режимом на стороне республиканцев, а вместо этого приехавших на уборку картофеля где-то под Смоленском. Повесть была весьма заурядная, кроме одной главы о поездке комсомольцев в поезде, которая привлекла мое внимание свежестью и новизной изображения.

Недели через три после того как я прочитал повесть, неожиданно для меня в моем кабинете появляется стройная красивая женщина.

– Вы Борис Исаакович?

– Да.

– Вы прочитали мою повесть, – и называет ее заглавие. Меня поразило, что автором этой, скажем прямо, посредственной повести оказалась женщина.

– Да, прочитал.

– И что Вы скажете?

– Видите ли, – начал я, – в повести есть отдельные весьма любопытные места…

– Ясно, – перебивает меня неожиданная посетительница, – значит, печатать не будете.

– Ну, подождите, скажите хотя бы кто Вы?

– Меня зовут Зоя Ивановна.

– Но кто Вы?

– Это не важно.

– Значит, печатать не будете, – продолжала она, – это ясно, но почему… – и посыпались многочисленные вопросы.

Я вдруг почувствовал себя не заместителем главного редактора известного на всю страну издательства, а подследственным, которого вызвали на допрос.

Зоя Ивановна забрала свою рукопись, сообщила мне, что она не пропадет и без нашей редакции, поскольку она знает иностранные языки, прекрасно печатает на машинке и, в этой связи, ее приглашают на работу во вновь открывающийся на улице Горького магазин международной книги «Дружба», где как раз требуются продавцы со знанием иностранных языков. Сказала также, что она с сыном уезжает к брату военнослужащему куда-то во Львовскую область, где он служит. На этом мы расстались, и я бы сказал, расстались не очень дружелюбно.

От той же Веры Александровы, после ухода Зои Ивановны, я узнал, что она сотрудница органов государственной безопасности, полковник, в прошлом году вышла в отставку. С ней Морозова познакомилась на отдыхе в одном из санаториев МВД, так как муж Веры Александровны был подполковником и работал в этой системе.

Через несколько недель, опять-таки совсем неожиданно, я вдруг получаю из Львовской области письмо от Зои Ивановны, в котором она просто рассказывала, как она вместе с сыном там проводит время и что делает. Оно меня поразило своим художественным изложением. В этом маленьком послании я сразу почувствовал дар Божий, тут же ответил и порекомендовал написать не повесть, а маленький по объему рассказ. Через какое-то время она снова появилась у нас и принесла свое новое произведение. Этот ее рассказ, искрящийся непосредственным весельем детства, и был напечатан в нашем издательстве под названием «Зойка и ее дядюшка Санька».

Вслед за этим ее произведением последовали и другие, в которых проявилось тонкое понимание психологии маленького читателя. Это рассказы «Ленивое сердце», «Первый дождь», «Городская булочка». Начался литературный взлет писательницы Зои Ивановны Воскресенской (она взяла свою девичью фамилию, хотя в разведке ей приходилось быть, по ее рассказам не только Рыбкиной, но и Ярцевой, и Васильевой, и Кругловой).

Зоя Ивановна всегда поражала мое воображение. Вскоре после ее литературного и, надо сказать, успешного дебюта она пришла ко мне и заявила, что хочет написать рассказ о Ленине. Я настолько был ошеломлен дерзостью ее мысли, что не мог произнести ни слова. Несмотря на мои сомнения, она все же взялась за эту тему, и ее литературный взлет получил дальнейшее ускорение. В 1968 году она получила Государственную премию за кинофильм «Сердце матери», позже по ее произведениям и сценариям были поставлены фильмы «Верность матери», «Надежда» и великолепная кинолента «Сквозь ледяную мглу». А всего через шесть лет после нашего знакомства в нашем издательстве вышел трехтомник избранных произведений З. И. Воскресенской».

Этот бесхитростный рассказ дополнят воспоминания заместителя министра просвещения России Любови Кузьминичны Балясной, которая много лет была связана с Зоей Ивановной и работой, и личной дружбой.

«Я нисколько, ни на минуту, ни на секундочку не сомневаюсь в том, что если бы Зоя Ивановна не работала в разведке, не было бы писательницы 3. И. Воскресенской. Познакомилась я с Зоей Ивановной в Доме детской книги на улице Горького в конце 60-х годов, когда в ЦК ВЛКСМ была создана секция по работе с «детскими» писателями Союза писателей СССР. После этой встречи началась наша дружба с Зоей Ивановной и продолжалась вплоть до ее кончины.

Почему я говорю, что без разведки не было бы и писательницы Воскресенской? Потому что жизненный опыт, полученный именно в результате работы в разведке, лег в основу практически всех ее произведений. Достаточно сказать о повести «Девочка в бурном море», которая, на мой взгляд, является самым лучшим ее произведением, и написана исключительно на основании ее личных переживаний и тех испытаний, которые выпали на долю Зои Ивановны, когда она с караваном судов возвращалась из Англии в Мурманск.

В литературе Зоя Ивановна работала как исследователь. И здесь в полной мере пригодились ее аналитические навыки разведчицы. Взять хотя бы повесть «Надежда», работая над которой Зоя Ивановна изучила несколько поколений семьи Надежды Константиновны Крупской. То, как Воскресенская создавала эту книгу – предмет особого исследования. Она нашла, например, дом, где родилась Надежда Константиновна, и церковь, где венчались еще ее родители…

Зоя Ивановна неоднократно была на слетах красных следопытов, выступала там и сравнивала их работу с работой разведчиков. Я помню, как в Новгороде на одной из таких встреч, когда она сказала ребятам, что она полковник и двадцать пять лет прослужила в Советской Армии, буря восторга потрясла зал.

Зоя Ивановна почти сорок лет поддерживала связи с детскими домами и библиотеками в Алексино и Якутии. Уже будучи прикованной болезнью к постели, принимала детей с Украины и Белоруссии. Отдавала в детские дома почти все свои гонорары, посылала книги, вела переписку со множеством школ и детских домов по всей стране. Любовь к детям была частью ее жизни. И я уверена, что если бросить клич вспомнить о добрых делах 3. И. Воскресенской, то откликнутся многие школы из разных концов нашей страны.