Возвращение в Приют - Ру Мэделин - Страница 21

— Письма, письма и ничего для меня, — говорил Гарри, хлопоча над мешками, проявляя о них чуть ли не отеческую заботу. — Мне никто никогда не пишет.

— Они все для тебя, Гарри. Их доверили тебе. Ты их хранитель. Это дает тебе власть. Ты доставляешь письма туда, где их ждут. Во всяком случае, на какое-то время все письма адресованы тебе. — Похоже, это успокоило человечка. Он прекратил безотчетно заправлять жесткую прядь волос за ухо. — Но признайся, Гарри, ты ведь снова вел себя дурно? Ты совал нос куда не следует, и читал то, что не имел права читать.

— Да. Дурно. Да, я не должен…

Гарри заправил волосы за ухо, а затем снова и снова.

Ему оставалось только вздохнуть и кивнуть.

— Кто на этот раз?

— Девочки. Девочки пишут друг другу, а мне никогда. Письма, письма и ничего для меня.

— Я тебе уже сказал, Гарри, что они все для тебя, пусть и на короткое время. Как ты себя в связи с этим чувствуешь?

— Хорошо. Я чувствую себя хорошо.

Искривленное и сгорбленное тельце Гарри немного выпрямилось.

— Я пришел сюда не для того, чтобы тебя излечить.

Он снова посмотрел на часы. Он опаздывал. Да ладно. Он отцепил часы от цепочки и стиснул в ладони их теплое металлическое сердце.

— Так что, успокойся, Гарри. Я пришел не для того, чтобы тебя излечить… — Он улыбнулся и поманил Гарри к себе. — Я пришел, чтобы тебя освободить.

Дэн проснулся в холодном поту. «Это все мое воображение, — подумал он. — Это же яснее ясного. Я был в этом доме с Эбби и Джорданом, и теперь мой мозг принялся выдумывать всякие истории». Мика оставил окно приоткрытым, и из него тянуло свежим, неприятно сырым воздухом. Трясущимися руками Дэн натянул на себя одеяло, но начал дрожать еще сильнее, как только вспомнил странный уверенный голос Феликса.

Ты видишь то, что не должен видеть. И знаешь то, что не должен знать. Например, воспоминания других людей.

Диссоциативное расстройство — вот как называется эта способность. И кто знает, может быть, Феликс страдает от того же недуга, только в более тяжелой форме. Но сны и видения Дэна были так реальны, хотя в них он видел то, чего знать никак не мог. Если только они не были полностью плодом его воображения, в них было что-то еще. Что-то очень глубокое и страшное.

Дэн никак не мог определиться, что хуже: мысль о том, что его преследуют привидения, что он одержим, что бы там ни понимали под этим словом, или вероятность того, что все это существует лишь в его собственной голове.

Цирковые слоны и клоуны

© Everett Collection /Shutterstock.com

Глава 14

-Мика мог бы вообще ничего не говорить, — объяснял Дэн, пытаясь держаться как можно небрежнее и понимая, что его голос звучит раздраженно. — Я просто рад, что Джордан будет настороже. И вообще, с какой стати они танцевали вместе? Мне казалось, Джордану совсем не нравится этот парень.

— О, прекрати. Ты думаешь, у него хоть когда-то возникала возможность быть самим собой? Я отлично понимаю, почему ему хочется немного расслабиться. На выпускном потанцевать с парнем ему точно не удастся.

Эбби обеими ладонями обхватила дымящуюся чашку кофе. Они зашли в студенческий совет сразу после его открытия. Было еще так рано, что у Дэна на ходу закрывались глаза, но кофеин помог ему проснуться.

— Я об этом не подумал, — признался он.

— Джордан не идиот. Он знает, что эмоционально вовлекаться в это не стоит. Мы здесь всего на три дня, — небрежно произнесла она.

— Однако наши опекуны, похоже, действительно стремятся узнать нас поближе, — ответил он. — Я никак не могу понять, плохо это или хорошо.

— Ты так думаешь? В обычных обстоятельствах мне бы это польстило. Но наши обстоятельства обычными не назовешь.

Она заказала себе латте с обезжиренным молоком и ванилью. Не зная, что заказать, он попросил, чтобы ему принесли то же самое.

Пар с ароматом ванили струился из крохотного отверстия в крышке на стакане с его напитком. Он сделал глубокий вдох, используя его тепло как защиту от октябрьского холода. Туман стелился по подмерзшей траве, клубясь вокруг них подобно облачному ковру. Эбби шла напрямик, игнорируя рассекающие городок дорожки, выбрав самый короткий путь к улице, ведущей на восток, к цели их похода.

— Лично я рад хоть ненадолго избавиться от общества Мики, — ответил Дэн. — То есть я рад, что у нас с тобой появилась возможность провести какое-то время вдвоем.

Она помолчала, склонив голову набок. Наконец произнесла:

— Я тоже. Не думаю, что я могла бы сходить туда сама.

— Как там искусство Лары?

— Ее инсталляция? О, Дэн, она прекрасна. Она действительно завораживает. Лара такая талантливая. Я ей немного завидую и ничего не могу с этим поделать.

Когда утром Эбби прислала ему сообщение и поинтересовалась, не хочет ли он сходить с ней к ее тете Люси, она упомянула, что уже сходила вместе с Ларой взглянуть на ее неоконченную инсталляцию. Судя по всему, свои самые лучшие работы Лара делала на рассвете. Дэн и представить себе не мог, как бы он встал еще раньше после того, как они провели вчерашний вечер. Впрочем, оказалось, что он один такой. В тот момент, когда Дэн проснулся, Мика уже был одет и собирался уходить. Они договорились встретиться за ланчем, и Мика пообещал, что к этому времени он уже будет знать, разрешит ли профессор Рейес Дэну присутствовать на ее семинаре. Он также напомнил Дэну о том, что вечером открывается ярмарка. Оставшись в одиночестве, Дэн позвонил маме, чтобы рассказать ей, как в Джорджтауне замечательно.

— Похоже, вы с Ларой сдружились. Как думаешь, ты продолжишь с ней общаться, после того как мы уедем?

Они уже дошли до границы кампуса, и асфальтированные дорожки сменились тротуарами. Слева от них возвышалась часовня, а сразу за ней виднелась библиотека.

— Я об этом не думала, — произнесла Эбби, отпивая из стаканчика. — Иногда мне кажется, что все, связанное с этим местом, лучше просто оставить позади. Без исключений.

Снова это ужасное слово — просто.

— Не представляю себе, как ты могла бы это сделать, — произнес Дэн. Он не был уверен, что они говорят об одном и том же, но в его голосе отчетливо прозвучала обида. — Я только и делаю, что вспоминаю это лето.

Эбби кивнула и поднесла кофе к лицу. Теплыми стенками стаканчика она поочередно коснулась своих розовых щек.

— Но если бы ты мог оставить это позади, если бы ты мог, я не знаю, волшебным образом просто заставить себя забыть и продолжить жить как ни в чем не бывало, ты бы это сделал?

На это готового ответа у него не было.

Она улыбнулась и коснулась локтем рукава его куртки.

— Я так и думала. Навязчивые идеи ни к чему хорошему не ведут, Дэн. Я знаю, что ты это знаешь. Когда окончатся эти выходные и мы отсюда уедем, не важно, обнаружим мы какое-либо объяснение тому, что с нами происходило, или нет, тебе придется приложить усилия к тому, чтобы отстраниться от всей этой истории. Ты обсуждал это со своим психотерапевтом? Разумеется, это не мое дело…

— Обсуждал, но она это никак не комментирует — просто слушает. Полагаю, это даже хорошо…

Дэн остановился, ощутив жужжание в кармане. Вытащив телефон, он прочитал сообщение Джордана: «Ребята, где вы? Надо срочно поговорить».

— Это Джордан, — произнес Дэн, рассеянно набирая ответ.

«Мы у часовни, идем в гости к Люси».