Бумажная девушка - Габе О. - Страница 30

В одних трусах и майке Билли спрыгнула на пол и на цыпочках подошла к дивану. В спальне, помимо двух огромных кроватей, стоял камин, а в просторной гостиной традиционная мексиканская мебель соседствовала с самыми современными техническими достижениями: телевизором с плоским экраном, различными проигрывающими устройствами, беспроводным Интернетом. Поеживаясь от холода, молодая женщина завернулась в куртку Тома, как средневековый рыцарь в плащ, и вышла на террасу.

От восхищения у нее перехватило дыхание. Они приехали в ночи, к тому же слишком устали и перенервничали, чтобы насладиться окружающей их красотой. Но теперь…

Билли подошла к краю залитой солнцем террасы. Отсюда открывался потрясающий вид на оконечность полуострова Баха и то удивительное место, где Тихий океан сливается с морем Кортеса. Видела ли она когда-нибудь такую красоту? Кажется, нет. Она оперлась на балюстраду — на ее губах играла улыбка, глаза блестели. Белый песок, сапфировое море, около сотни домиков, выстроившихся вдоль пляжа, а на заднем плане — внушительная горная цепь. Название отеля — «Ла Пуэрта-дель-Параисо» — намекало на то, что именно здесь находился вход в рай. Это было похоже на правду…

Билли приникла к телескопу, поставленному здесь для астрономов-любителей, но, вместо того чтобы рассматривать небо и горы, направила его на трехуровневый бассейн, ступенями спускающийся к пляжу и, казалось, сливающийся с океаном.

Там и сям посреди водной глади виднелись островки. Звезды шоу-бизнеса начинали день, загорая в плавучих соломенных хижинах.

Прильнув к телескопу, Билли восторгалась:

«Черт возьми, этот тип в ковбойской шляпе вылитый Боно! А высокая блондинка с детьми ужасно похожа на Клаудиа Шиффер! А что это за обдолбанная брюнетка в татуировках с ног до головы и со странной прической?.. Господи, да это же…»

Так она развлекалась несколько минут, сидя в плетеном кресле, пока внезапный порыв ветра не заставил ее съежиться от холода. Потирая плечи, чтобы согреться, она наткнулась на что-то тяжелое во внутреннем кармане куртки. Это оказался старый кожаный бумажник с обтрепанными углами. Она без зазрения совести открыла его, чтобы удовлетворить свое любопытство. Кошелек распирало от крупных банкнот, полученных в обмен на картину, но Билли интересовали не деньги. Девушка достала уже знакомую ей фотографию Авроры, где на обороте женским почерком было написано:

Любовь — это когда ты становишься ножом, которым я могу вскрывать свою душу.

М-да, прекрасная пианистка наверняка списала откуда-то эту эгоцентричную кровавую фразу, отлично подходившую для того, чтобы строить из себя романтичную барышню с мазохистскими наклонностями.

Убрав снимок, Билли изучила остальное содержимое кошелька. Ничего интересного: кредитные карты, паспорт и две таблетки адвила. Вот и все. Но что это за бугорок в самом низу отделения для банкнот? Присмотревшись внимательнее, Билли обнаружила нечто вроде подкладки, пришитой толстой ниткой.

Ее охватило любопытство. Вынув из волос заколку, острым концом она распорола часть шва, тряхнула кошелек, и в ладонь выпал блестящий металлический предмет.

Гильза.

У нее заколотилось сердце. Она поняла, что проникла в чужую тайну, и поспешно засунула гильзу обратно, но, убирая, нащупала там что-то еще. В кармашке лежала пожелтевшая, слегка размытая фотография, сделанная «Полароидом»: юноша с девушкой стояли в обнимку на фоне забора и череды бетонных зданий. В молодом человеке она без труда узнала Тома. Известному писателю на снимке было лет двадцать, а его подруге и того меньше — семнадцать-восемнадцать. Красивая девушка, явно из Южной Америки. Высокая, стройная, с пронзительными светлыми глазами, которые, несмотря на плохое качество фотографии, казалось, просто пронзали Билли. По их позе было понятно, что снимала она, держа «Полароид» на вытянутой руке.

— Да вы, я смотрю, не стесняетесь!

От неожиданности Билли выронила фотографию, а обернувшись, увидела…

Отель «Ла Пуэрта-дель-Параисо»

Сьют № 24

— Да ты, я смотрю, не стесняешься! — крикнул кто-то.

Прильнув к телескопу, Мило рассматривал прекрасных полуголых наяд, загоравших на берегу бассейна. Вдруг на террасе появилась Кароль. Подпрыгнув от неожиданности, он обернулся и встретился с ее суровым взглядом.

— Вообще-то эта штука тут стоит, чтобы рассматривать Кассиопею и Орион, а не глазеть на обнаженных девиц.

— Может, их как раз зовут Кассиопея и Орион, — парировал Мило, кивнув на двух красоток.

— Не смешно…

— Послушай, Кароль, ты мне не жена и уж тем более не мать! И потом, как ты сюда попала?

— Милый мой, я же коп, не забывай об этом! Если ты думаешь, что открыть гостиничную дверь — это так сложно…

Она бросила холщовую сумку на плетеное кресло.

— Знаешь, как это называется? Вторжение в частную жизнь!

— Так вызови полицию!

— Не смешно.

Обиженно дернув плечами, Мило сменил тему:

— Кстати, я поговорил с портье. Том действительно остановился в отеле со своей «подругой».

— Знаю, я тоже провела небольшое расследование. Сьют № 12 с двумя раздельными кроватями.

— Две раздельные кровати. Ты рада?

Кароль вздохнула:

— Опять твои идиотские шуточки…

— А Аврора? О ней ты тоже все знаешь?

— Абсолютно!

Кароль подошла к телескопу и направила его на море.

Несколько секунд она внимательно рассматривала бесконечный пляж из мелкого песка, на который мягко накатывали прозрачные волны.

— Если мои сведения верны, Аврора в данный момент находится… вот здесь.

Кароль зафиксировала телескоп в нужном направлении и отошла, чтобы Мило посмотрел.

Действительно, неподалеку от берега виднелся водный мотоцикл, а на нем Аврора в сексуальном купальнике и Рафаэль Баррос.

— А он ничего, — заметила Кароль, возвращаясь к наблюдательному пункту.

— Да? Ты… ты правда так думаешь?

— В такого сложно не влюбиться! Широкие плечи, мощный торс… Бывают же мужчины: лицо голливудского актера и тело греческого бога!

— Ладно, хватит! — проворчал Мило, отодвигая Кароль и в свою очередь приникая к телескопу. — Я думал, эта штука нужна, чтобы любоваться Кассиопеей и Орионом…

Кароль улыбнулась, а Мило стал выискивать новую жертву.

— Слушай, а та безумная брюнетка с искусственными сиськами и прической в стиле рок-н-ролл случайно не…

— Да, это она! — перебила Кароль. — Когда закончишь развлекаться, может, скажешь, как мы заплатим за гостиницу?

— Понятия не имею, — вздохнул Мило.

Оторвавшись наконец от «игрушки», он убрал со стула холщовый мешок и сел напротив Кароль.

— У тебя неподъемная сумка, что ты туда напихала?

— Привезла кое-что Тому.

Мило нахмурился, ожидая объяснения.

— Вчера утром, перед тем как ехать к тебе, я завернула к Тому, хотела поискать улики и обнаружила, что из спальни исчезла картина Шагала!

— Черт…

— Ты знал, что за ней скрывается сейф?

— Нет.

На несколько секунд Мило воспрянул духом. Может, Том прятал там деньги и теперь они смогут хотя бы частично расплатиться с долгами?

— Это меня заинтриговало. Я не устояла и попробовала подобрать код.

— Тебе удалось открыть сейф, — догадался Мило.

— Да. Я набрала 07071994, и дверца открылась.

Мило усмехнулся:

— А как тебе пришли в голову эти цифры? Божественное откровение?

Кароль не отреагировала на саркастичное замечание.

— Седьмое июля тысяча девятьсот девяносто четвертого года, в тот день ему исполнилось двадцать лет.

На этих словах Мило помрачнел и пробормотал:

— Вы его праздновали без меня, да?

— Да… ты был в тюрьме.

Они замолчали. Мило загрустил. Призраки и страхи прошлого так и не покинули его: они готовы были наброситься, стоило только дать слабину. Перед его мысленным взором замелькали картинки шикарного отеля вперемежку с мрачными тюремными воспоминаниями. Рай для богачей и ад для бедняков…