Черный король - Грановская Евгения - Страница 50

– Портье не соврал, – глухо проговорил мужской голос. – Дьякона в номере нет.

– Но ключа внизу тоже нет, – возразил ему второй голос.

– Он мог взять его с собой.

– Точно.

– Что будем делать?

– Позвони боссу.

Тихо пискнул мобильный телефон, и вслед за тем мужской голос едва слышно забубнил:

– Алло, босс, дьякона в номере нет… Не знаю… Портье говорит, что он ушел минут пятнадцать назад… Нет, не известно. Что будем делать?.. Какой?.. В каком?.. Понял.

– Ну что? – спросил второй голос.

Однако этот вопрос остался без ответа. За дверью послышались какие-то шорохи. Потом скрипнула паркетина. Что-то едва слышно зашуршало, раздался легкий щелчок, и все стихло.

Марго нахмурилась. Ей вся эта возня очень не нравилась. Какие-то люди явились к отцу Андрею без приглашения. Двигались они тихо – значит, хотели остаться незамеченными. И потом, этот напуганный мальчик, он ведь явно от кого-то скрывается.

«Надо позвонить дьякону и рассказать ему все», – решила Марго.

Вдруг в дверь постучали – громко и отрывисто. Мальчик отпрял от двери и побледнел, как полотно.

– Госпожа Ленская, это портье! – послышался из-за двери мужской голос. – Простите, что тревожим, но у вас в окнах горит свет!

Нужно было что-то отвечать, и Марго ответила:

– Что?.. Кто там?

– Это портье! – повторил голос. – На ваше имя пришла посылка! Вы можете забрать ее прямо сейчас!

– Я не одета! – громко сказала Марго. И недовольно проворчала: – Могли бы сперва позвонить!

– Мы звонили, но в вашем номере не работает телефон.

– Странно! Час назад работал!

Марго подошла к телефону, сняла трубку и поднесла ее к уху. Нахмурилась, посмотрела на мальчика и отрицательно покачала головой.

Мальчик попятился от двери, споткнулся и чуть было не упал.

– Госпожа Ленская, у вас все в порядке? – снова глухо забубнил голос. – Посылка у нас с собой! Если вы не одеты, мы можем просто положить ее у входа и уйти!

– Хорошо, так и сделайте! – сказала Марго.

За дверью послышалась возня, затем тот же мужской голос произнес:

– Мы оставили посылку! Спокойной ночи!

Тяжелые шаги загромыхали прочь от номера. Несколько секунд спустя Марго двинулась к двери, но мальчик схватил ее за руку.

– Они не ушли, – шепнул он испуганно.

Марго кивнула:

– Я знаю.

Она взъерошила мальчику волосы, подмигнула ему, затем потянулась к сумочке за мобильным телефоном. Вдруг замок сухо щелкнул, и, прежде чем Марго и мальчик успели что-то понять, дверь распахнулась. Двое мужчин в черных масках ворвались в номер.

Марго тихо вскрикнула. Удар кулаком в лицо швырнул ее на пол. Она попыталась подняться, но холодный ствол пистолета уткнулся ей в щеку, а грубый голос глухо проговорил:

– Вякнешь – мальчишке конец.

Марго повернула голову и посмотрела на мальчика. Он лежал на кровати без сознания. Над ним, потирая ушибленный кулак, склонился второй незнакомец.

– Ты его не убил? – спросил первый, продолжая держать Марго на прицеле.

Второй покачал головой:

– Нет. Крепкий, паршивец.

Первый кивнул, затем достал из кармана скотч, быстро связал Марго руки и сунул ей в рот кляп.

– Что делать с мальчишкой? – спросил второй.

– А ты не знаешь?

Второй кивнул и протянул руку:

– Дай пистолет!

– С ума сошел? Знаешь сколько шума будет! Лучше чем-нибудь тяжелым.

– Тяжелым? – Второй закрутил головой по сторонам. – А чем? Тут же ни хрена нет!

– Пепельницу возьми, – посоветовал первый. – Она тяжелая.

– А, точно.

Марго забилась на полу, пытаясь высвободить руки и выплюнуть кляп. Второй взял со стола пепельницу и вернулся к мальчику. Покосился на Марго и сказал:

– Слышь, а баба-то ничего. Может, мы ее сперва того… оприходуем? Жалко, если такое добро зазря пропадет. Завалить всегда успеем.

Первый посмотрел на Марго и усмехнулся сквозь черную маску.

– А че – можно, – сказал он. – Сначала я, потом ты.

– Да без проблем. Я не гордый, могу и подождать.

Первый положил пистолет на стол и стал расстегивать ширинку.

– А ты пока с пацаном разберись, – бросил он через плечо. – Он уже зашевелился. Бей по тому месту, где череп соединяется с позвоночником.

– Ты-то откуда знаешь?

– Книжки люблю читать.

Второй кивнул и, повернувшись к распростертому на кровати мальчику, поудобнее перехватил тяжелую пепельницу.

Глава 8. Сражение

Обманывая всех, переживая,

Любовники встречаются тайком…

Санкт-Петербург, декабрь 1895 г.

1

В камине жарко потрескивали березовые поленья. На медвежьей шкуре, расстеленной у камина, лежали двое любовников. Она – стройная, гибкая, с длинными, разметавшимися по плечам платиновыми волосами, он – широкоплечий и мускулистый, как борец, с могучей, жилистой шеей и открытым, улыбчивым лицом.

Тонкая женская рука взлохматила густые каштановые волосы мужчины, а голос с нежностью произнес:

– Миша, если бы ты только знал, как я тебя люблю. Люблю больше всего на свете. Боже, я так счастлива!

– Кто ты? – с улыбкой спросил он, глядя на пляшущее отражение огня в ее расширенных зрачках. – Где ты была всю мою жизнь?

– Кто я? – Она улыбнулась. – Я твоя добрая фея!

– Ты права, – с улыбкой сказал Чигорин и ласково погладил Анну по щеке. – Если бы не ты, я бы проиграл сегодняший матч со Стейницем. Этот бородатый космополит играл как бог!

– Но ты победил бога.

– Да, победил. – Михаил Иванович поцеловал Анну в губы. – Знаешь, что он мне шепнул, когда мы выходили на улицу?

– Что?

– Он сказал, что его мысль сильнее его рук. Потом посмотрел на сосульку, свисающую с козырька, и сосулька рухнула на землю. Представь себе!

Анна засмеялась.

– Какие же вы славные, шахматисты! Такими славными люди бывают только в детстве!

– Детство… В детстве я часто мечтал о том, чтобы поесть досыта. Юношей я глядел на прекрасных девушек в каретах и мечтал, что когда-нибудь одна из них станет моей. Когда я стал взрослым, я мечтал стать лучшим шахматистом, я думал, что только так смогу быть счастлив!

Михаил Иванович сделал паузу, чтобы поцеловать Анну в голое, нежное плечо.

– Было время, когда из-за преследовавших меня неудач я хотел застрелиться. Но я слишком люблю жизнь, чтобы расстаться с ней добровольно. Раньше я только мечтал – о том, о сем… А теперь мне не о чем больше мечтать. Не о чем, потому что самая прекрасная девушка на земле – в моих объятиях! И она – лучшее, что могло со мной случиться!

На глазах Анны заблестели слезы. Она обхватила щеки Чигорина теплыми ладонями и нежно поцеловала его в глаза и лоб.

– Господи, Миша, я так тебя люблю. Ты не думай, я еще никому не говорила таких слов. Ты первый. И ты лучший шахматист! Этот мальчик Пильсбери – он с такой завистью смотрел на тебя. Похоже, ты для него идеал.

Чигорин вдруг нахмурился.

– Что случилось? – быстро спросила Анна.

– Гарри меня немного тревожит, – ответил Михаил Иванович.

– Ты его боишься? – удивленно вскинула брови Анна.

Чигорин покачал головой:

– Нет, я не об этом. Этот мальчик – гениальный шахматист. Но в последние дни с ним явно что-то происходит. Он ходит сам не свой и проигрывает партию за партией.

– Главное, чтобы ты выигрывал, – мягко сказала Анна.

– Да, конечно… Но в этом американце есть божья искра. Обидно видеть, как эта искра затухает.

– Да, мне тоже его жаль. Может, у него что-нибудь случилось?

– Может быть. Но он так неразговорчив.

– Знаешь что… Забудь о нем. Забудь обо всем. Ведь мы вместе.

– Да, ты права.

Анна попыталась его обнять, но вдруг Чигорин ее остановил.

– Ты должна уйти от Бостанжогло, – твердо сказал он.

На лице Анны отобразилась душевная боль, щеки ее словно бы осунулись, скулы обозначились четче.