Чародольский князь (Ведьмин крест) - Щерба Наталья Васильевна - Страница 69

При этих словах глаза у полудуха заблестели. По-видимому, молчание стоило ему больших сил.

– Мой отец был прав. Я допустил слабость по отношению к тебе, и вот – его не стало… Я сделал выбор. Но не такой, как он хотел.

– Так, значит, ты еще и винишь меня? – вспылила Каве. – Я виновата, что так получилось?

– Нет… Просто с ним тебе будет лучше. – В его голосе прорезалась тоска. Но вместе с нею – и упрямство. – Он защитит тебя, – как заведенный, повторял парень.

– Да, это так, – сказал полудух. – Со мной Каве будет понадежнее. Но сначала я получу у девушки Золотой Ключ, если ты не против.

– Мне тоже нужен Ключ, – тут же возразил Вордак. – Мы находимся на карпатской земле, а значит, он мой.

Полудух хмыкнул:

– Быстро учишься, Вордак. Но все же я заберу и Ключ, и девушку. Извини.

Больше Татьяна не могла выдержать:

– Ну уж нет! Это вы извините.

Губы у нее задрожали, глаза сузились от обиды, но она сделала маленький шаг назад.

Полудух метнулся к ней, но Каве была к этому готова: еще одно движение назад – и ведьма очутилась за дверью.

К ее удивлению, она продолжала видеть через волшебную дверь все, что происходило с той стороны, но словно бы через толстое стекло.

– Каве, отдай Ключ, – четко произнес с той стороны полудух. Девушка прекрасно его слышала. – Я тебя все равно найду. Или ты вздумала скрыться от меня на моих же землях?

Каве не ответила. Она сняла с шеи Ключ и вставила в замочную скважину.

– Не делай этого, Каве! – Кажется, полудух впервые за время их знакомства так рассвирепел. – Не делай!!!

– Ну вот и поищи меня на своих землях, – мстительно произнесла Каве и повернулась, намереваясь исчезнуть в ближайших кустах. Позади виднелся какой-то лесок. Пели птицы и светило солнце. Дышалось легко и свободно. Скорее всего, мир Чародола не сильно отличался от карпатской земли.

– Каве!!! – вдруг выкрикнул Лешка. – Та-а-аня! – Казалось, это каждый камень в котловине кричит имя девушки.

И она не выдержала, остановилась.

– Таня, не уходи! Пожалуйста! – Лешкин голос летел к ней, преодолевая междумирную преграду. – Пожалуйста! Останься…

И она обернулась.

Полудух замер, прищурился, остро всматриваясь в ее лицо.

Но Рику Стригою не стоило волноваться, – она тоже приняла решение. Леша хочет отомстить за отца – это его выбор.

Так что прощай, карпатская земля, здравствуй, Чародол.

Извини, Алексей Вордак.

Но это навсегда. Или очень, очень надолго.

Над горами царил зной.

Маг Виртус и Шелл осторожно поддерживали новоявленного карпатского правителя под руки. Все трое легко скользили над землей и вскоре очутились на небольшой тихой полянке в тени дубов, прохладной и тенистой.

Как только его отпустили, Лешка схватил себя руками за голову и, не выдержав, осел прямо на зеленую траву.

– Ушла, – растерянно пробормотал он. – Насовсем ушла…

Маг Виртус недовольно поморщился, но промолчал.

– Вот жестокая баба, – мрачно сплюнул Шелл. – Все они такие.

– Нет, не все! – вдруг разозлился Лешка. – Она – не такая! И больше всего обидно, – быстро пробормотал он, словно был в беспамятстве, – что это я! Я сам виноват! Я должен был удержать, должен… А не слушать ваши идиотские советы! Чем бы мне помог тот Ключ, чем?! Вы все – уроды! Ненавижу!!!

Виртус осторожно приблизился.

– Ты ее уже не вернешь, – тихо, но веско произнес он. – Дух Стригой вряд ли отпустит девушку из своего царства… Хранительница Венца останется в Чародоле навсегда.

Он положил руку ему на плечо. Опять. Совсем так же, как делал отец…

– Отстаньте от меня! – грубо сбрасывая его ладонь, выкрикнул младший Вордак.

– Ты теперь хранитель Скипетра, – вдруг резко произнес Виртус. – Поэтому соберись. Люди признали тебя Карпатским Князем. У тебя два символа из трех. Мы поймаем Лютогора и отнимем у этой падали Державу. Отомстим за твоего отца. Соберись и властвуй. У тебя впереди много дел.

– Да ладно тебе, Леха, забудь, – попытался внести свою лепту и Шелл. – Найдешь себе другую бабу, понормальнее… А то влюбился, как пацан…

Короткий и сильный удар в переносицу прервал легкомысленные речи поляка.

– За что?! – взвыл тот, хватаясь за нос. – Совсем сдурел?!

Но Лешки уже не было: лишь серебрился, плавясь от сильной жары, воздух – парень совершил ультрапрыжок в неизвестном направлении.

– Вот же гад! – Шелл обиженно и зло поглядывал на участок примятой травы, где только что пребывал младший Вордак. – Ну я ему устрою! Пусть только вернется!

– Не трогай его, – тихо произнес Вирт. – Парню и так досталось. На его плечи взвалили тяжелую ношу… Так что остынь. А он придет. Поревет где-нибудь в уголке леса, да и придет. Успокоится. Все через это проходят – через год и не вспомнит.

– Да он по этой блондинке не первый год сохнет! – пробурчал Шелл, все еще потирая переносицу. – Все никак не перебесится…

– Успокоится, – уверенно проговорил Вирт и задумчиво тронул серьгу с черно-золотым полумесяцем. – А после… нам всем будет чем заняться. Лютогор жаждет мести за отобранный титул Карпатского Князя. Алексей будет мстить за отца… Нашему молодому Князю надобно набраться сил. Ведь вскоре ему придется встретиться с Чародольским Князем на его первых переговорах. Подтвердить или опровергнуть наш мирный договор. Что-то мне подсказывает – будет нелегко.

– Надеюсь, Лешка успокоится…

– Вот именно. И это станет твоей задачей.

– Двинуть по шее ему надо – вот и вся задача, – не утихал Шелл.

– Ладно-ладно, разбушевался… После разберемся.

Вирт досадливо щелкнул пальцами, и они с Шеллом тоже покинули поляну.

Большой ушастый филин ухнул, тяжело сваливаясь с ветки, и, взмахнув широкими крыльями лишь у самой земли, полетел по направлению к ближайшему селу.

Завидев колодец, птица радостно спикировала прямо на деревянный брус, на который ставили ведра с водой.

Филин нахохлился, с отвращением поглядывая на лужицу воды у колодца.

– Нет, до такого я не опущусь, – пробормотал он совершенно по-человечески.

К колодцу, громыхая пустыми ведрами, направлялась девушка в обычной одежде: длинной юбке и просторной батистовой рубашке, в которой так хорошо ходить в жару. Девушка была невысока, черноволоса и вовсю распевала народную, несколько похабную песню.

Увидев филина, она замерла в удивлении. Нахохлившаяся птица старательно делала вид, что спит. Косо поглядывая на филина, девушка осторожно опустила ведро в нутро колодца, а затем стала медленно поднимать, по-видимому, не желая скрипом ворота разбудить ненароком лесную птицу.

Но когда ведро опустилось на деревянный брус, колодезная цепь неосторожно брякнула.

Круглые желтые глаза мгновенно открылись.

– Вода!!! – радостно гаркнул филин. – Во-дич-ка!

В следующий миг птица, ловко пользуясь крыльями, наклонила ведерный край к себе и жадно припала клювом к полившейся струе.

– А-а-а… а-а-а… – Девушка попятилась, наступив босыми ступнями в ту самую лужу, которой побрезговала птица.

Филин на миг оторвался от воды.

– Да спасибо… спа-си-бо! – веско произнес он и вновь вернулся к прерванному занятию.

Дикий визг размножило колодезное эхо: девица, позабыв про ведро, ускакала так резво, что лишь пятки засверкали под развевающимся подолом юбки.

– Ну и народ пошел. – Ночная птица неспешно вытерлась крылом и неодобрительно покачала ушастой головой. – Совершенно неверующий… А, ладно, спишет все на солнечный удар… Ну что ж, займемся делами, пожалуй! Нанесем визит юному карпатскому князьку… Все-таки у нас мирный договор, нельзя нарушать. А может, он лучше меня знает, где искать эту несносную ведьмочку.

Филин мрачно ухнул, взмахнул крыльями, да и взмыл в воздух. Через миг он превратился в маленькую точку, а после и вовсе пропал в небесной вышине.