Возвращение (СИ) - Федотовская Алена - Страница 15

- Оракул не поможет тебе, Дартарион, - произнес эльф. – Ты же знаешь, он никогда не меняет своих решений.

- Он отсрочил принятие Дара Хранительницей, надеюсь, и мне не откажет. Ты же едешь от него, тебя он принял?

- Нет, - коротко ответил эльф. – Поэтому и предупреждаю, что Оракул не меняет своих решений, например, то, что второй раз посетить его нельзя.

- Что ты забыл у Оракула, Тинатриэль?

- А тебе не кажется, что ты лезешь не в свое дело, Дартарион?

Дарт хмыкнул.

- Ну, ты же интересуешься моими делами?

- Только теми, которые напрямую касаются меня.

Наступило молчание, а затем Дарт спросил:

- Это правда, что твоя жена пропала? Именно об этом ты хотел спросить у Оракула, Тинатриэль? А ты не думаешь, что Артаниэль к этому причастна?

- Надеюсь, что нет, - глухо ответил король.

- Тогда, может быть, к этому причастны гоблины?

- Дартарион! – Угрожающе прошипел зеленокожий.

- Прекратите, - устало произнес Тинатриэль. – У тебя есть месяц, Дартарион. После этого я не хочу ничего слышать об Артаниэль.

Я поняла, что аудиенция окончена, и скользнула мимо барной стойки на свое место. Бармен подозрительно взглянул на меня, а я поняла свою ошибку – забыла хлопнуть дверью. Быстро усевшись за стол, я схватила кружку с холодным отваром и выпила его залпом. В голове крутилось множество разнообразных мыслей, и ни одна мне не нравилась.

Совершенно точно можно было сказать одно – Дарт меня обманул. Причем не один раз. А все мои предположения относительно личности сероглазого оказались верны… Придется смотреть правде в глаза – Дарт на самом деле является наемным убийцей. Эльфийский король поручил ему устранить некую Артаниэль, но почему-то это задание не вызывает у него энтузиазма. Судя по всему, Дарт хочет отказаться, но его шантажируют семьей и чем-то еще, о чем я не имела понятия, но детали, по сути, были не важны. Да, Ника, хорошо ты влипла. Но самое ужасное было в том, что желания сбежать от Дарта почему-то не возникло. Куда испарилась та законопослушная гражданка, которой я всегда являлась? Похоже, при виде сероглазого все мои внутренние установки переворачивались с ног на голову. Впрочем, это не имело никакого значения – теперь совершенно очевидно, что после Оракула наши пути разойдутся.

Я услышала приближающиеся шаги и, подняв голову, встретилась взглядом с Дартом.

- Нам пора, Ника, - сказал он. – Если поторопимся, успеем до заката.

Я молча кивнула и поднялась из-за стола, но, оказавшись у двери, не выдержала и оглянулась. Тинатриэль провожал нас внимательным взглядом.

Глава 5

До Обители мы добрались очень быстро, потому что с самого начала пустили лошадей в галоп. Солнце уже касалось одним краешком горизонта, когда лес, наконец, расступился, и мы выехали на небольшую поляну. Зрелище, открывшееся нам, настолько захватило меня, что я не могла отвести от него глаз. На поляне возвышалась треугольная башня, похожая на пирамиду, но ее вершина была более вытянутой, а стены выполнены из мутного белого камня, похожего на опал. Солнечные лучи освещали Обитель, и казалось, что она светится изнутри, хотя, не исключено, что дело было вовсе не в солнце. На Лирдиане ничего нельзя знать наверняка.

Дарт быстро спешился и помог слезть мне, буквально стащил с лошади. Схватив меня за руку, он твердым шагом направился к Обители, но остановился, не доходя до нее несколько метров. Прямо перед нами располагался треугольный вход, затянутый густым молочно-серым дымом. Неужели там что-то горит? Что-то мне туда уже не хочется.

Дарт остался стоять у входа, не произнося ни слова. Я удивленно посмотрела на него и спросила:

- Ты не собираешься входить? Зачем же торопился?

Он покачал головой:

- Мы не можем войти просто так, Оракул сам пригласит нас.

- И долго нужно ждать?

- Как повезет, - коротко ответил Дарт.

Странная логика и странная Обитель. И Оракул тоже странный. Почему-то местный вариант прорицателя может освободить кого-либо от исполнения заказа на убийство. А если не освободит, а еще парочку навесит? Неужели жители Лирдианы пойдут и убьют? Странный мир… Мне как-то снова захотелось попасть домой. Хорошо бы еще Дарта с собой забрать, но, к сожалению, это невозможно. Если вчера я исчезла из его объятий, то со мной он перенестись не может.

Неожиданно прямо из задымленной арки вышел высокий человек в длинном светлом, почти белом, балахоне, скрывавшим его лицо. Взмахнув рукой, он глухо произнес:

- Дартарион, Доминика, вы можете войти в Обитель, - и почти растворился в клубящемся то ли дыме, то ли тумане.

Я поморщилась. Видимо, ответы на свои вопросы я точно получу, Оракул весьма продвинутый в плане информации товарищ.

- Доминика? – Удивленно переспросил сероглазый.

- Внимательно слушаю тебя, Дартарион, - усмехнулась я.

- Меня поражает не то, что ты сокращаешь свое имя, а оно само.

- И что же такого странного в моем имени? – Не поняла я.

- Давай обсудим это позже, - Дарт покрепче сжал мою ладонь и потянул меня к треугольной арке. Я боялась, что дым или туман будут резать глаза, но ничего подобного не произошло. Едва мы вошли в Обитель, он быстро рассеялся, и перед нами предстал длинный, не имеющий конца, коридор. Стены были исполнены из такого же белого полупрозрачного камня, как и сама Обитель, пол был гладким, как стекло, и я порадовалась, что на ногах у меня кроссовки. На этом полу можно было легко навернуться.

Никаких источников света не наблюдалось, но в коридоре было светло, будто сами стены излучали приглушенное магическое сияние. Мы шли уже несколько минут, но коридор даже не думал заканчиваться.

- Дарт, может быть, ты мне все-таки расскажешь, что не так с моим именем? – Решилась спросить я. – Или это очередная твоя тайна?

- Нет никакой тайны, - ответил Дарт. – По преданию, Доминикой была названа последняя, восьмая дочь Лирдиана, верховного бога нашего мира.

- Какого бога? – Удивилась я. – У вас же только богини.

- Это его дочери, - пояснил Дарт. – Лирдиан – создатель нашего мира, к сожалению, он покинул его много тысячелетий назад, оставив своих детей опекать этот мир вместо себя.

- А что там с восьмой дочерью?

- Считается, что она была незаконнорожденной, и, уберегая ее от гнева жены, он перенес девочку в другой мир, и вскоре сам отправился туда. Его жена сошла с ума и вскоре умерла. Историю достоверно не знает никто, но имя Доминика не принято давать детям, чтобы ребенок не принес разлад в семью.

- Ну и страсти творились в вашем местном пантеоне, - заметила я. – У нас это имя переводится как «Принадлежащая Богу». Так как у меня с религией весьма сложные отношения, я предпочитаю сокращать свое имя до Ники.

За разговором мы и не заметили, как коридор закончился, и мы вошли в огромный зал, пол которого имел форму круга. Стены были из того же молочного камня, что и Обитель, тем ярче и удивительней смотрелся большой темно-синий шар, лежащий в центре.  Я огляделась - вокруг не было ни души, никого, кто смог бы объяснить, что нужно делать дальше. Но Дарт, похоже, знал. Он подошел к сфере и встал рядом с ней, опустив руки и голову. Я последовала его примеру, но через десять минут полного молчания начала недоуменно оглядываться по сторонам.

- Доминика, - неожиданно раздавшийся под сводами потолка шелестящий голос заставил меня подпрыгнуть, - Оракул ждет тебя.

В стене раздвинулся небольшой проход в форме арки. За ней не было видно ничего, полная, абсолютная темнота. Я испуганно поежилась.

- Не бойся, - прошелестел тот же голос, я оглянулась на задумчивого Дарта, улыбнувшегося мне глазами, и, глубоко вздохнув, пошла вперед.

Проход закрылся за мной, едва я шагнула в непроглядную тьму. Вздрогнув, я уже собиралась заорать, но тут темнота неожиданно рассеялась. Небольшой синий шар, стоящий на возвышении посередине зала, как две капли воды похожего на предыдущий, светился ровным голубоватым светом. Я подождала, пока мои глаза привыкли к нему, и огляделась. Справа у стены возвышалась высокое кресло из синего камня. Я даже обрадовалась, увидев его, все-таки хорошо, что сообразили поставить здесь стул для посетителей. Не дожидаясь приглашения, я взобралась на него и уселась, ожидая… чего-то. Как выглядел Оракул и как происходит с ним общение, я спросить у Дарта как-то не догадалась.