Командовать парадом буду я! - Барщевский Михаил Юрьевич - Страница 102

– А вы не помните, кто автор этой статьи? Возможно, суд посчитает необходимым пригласить его в процесс в качестве эксперта для устранения возникших разночтений. – Судья старательно демонстрировала серьезность момента.

– Сейчас посмотрю. – «Адвокат-с-бодуна» протянул руку к судейскому столу, прося тем самым вернуть ему «Советскую юстицию».

Судья, явно назло, журнал закрыла и передала адвокату. Тот, волнуясь, дрожащими руками стал перелистывать страницы, нашел наконец то, что искал.

– Вадим Михайлович Осипов! – торжественно произнес «адвокат-с-бодуна». – Кандидат юридических наук, виднейший ученый, между прочим, в области советского наследственного права! – В голосе адвоката звучали фанфары, литавры и «Аллилуйя». – Непререкаемый авторитет для нас, практикующих юристов! – Он победоносно посмотрел на Вадима.

Судья повернулась к Осипову:

– Встаньте, пожалуйста, товарищ адвокат. Вадим встал.

– Представьтесь, если вам не трудно.

– Осипов Вадим Михайлович, кандидат юридических наук. Юный коллега моего оппонента.

Судья больше сдерживаться не могла. Прыснула и, глотая смех, произнесла:

– Суд удаляется для вынесения решения. – Потом, обращаясь к растерянному, дико озирающемуся по сторонам поверженному гладиатору, посоветовала: – А вы, товарищ адвокат, в следующий раз, я вам настоятельно советую, читайте фамилию оппонента в ордере консультации. Ордер-то в деле уже месяца два подшит.

«Мой юный коллега» был отомщен, дело выиграно. Казалось, ничто Вадиму не может испортить настроение. Тем более еще и эта весенняя капель…

– Вадик! – Голос показался Вадиму незнакомым, а потому обращение по имени, без отчества, резануло. Долго он не мог привыкнуть к «Вадиму Михайловичу», но все меньше и меньше вокруг оставалось называвших его просто по имени. Зато все больше и больше появлялось тех, кому и в голову не могло прийти фамильярничать с одним из известнейших московских адвокатов. Пусть еще и очень молодым. Иногда Вадиму становилось от этого очень тоскливо.

Вадим обернулся. От здания суда его нагонял молодой мужчина неприметной внешности. Незнакомый.

– Вадик, ты меня не узнаешь? – Мужчина приветливо улыбался, но на лице читалась некая степень разочарования. Он явно ожидал, что Вадим сразу бросится ему на шею.

– Нет, простите! – Вадим улыбнулся в ответ, но растерянно, извиняясь. – Что-то очень знакомое…

– Ну, все-таки не «что-то», а «кто-то», я надеюсь! – рассмеялся мужчина. – Да ты что, охренел? Я – Дима. Дима Соловьев – твой одноклассник. Более того, одногруппник!

– Тьфу ты черт! Димка! – Вадим бросился обниматься с Димой. – Правда, не узнал. Ты еще против солнца стоишь!

– Ладно оправдываться, товарищ адвокат. Вам еще никто обвинения официально не предъявлял. – Дима искренне забавлялся смущением Вадима.

– Нет, ну правда, извини! – Вадим совсем стушевался. – Где ты сейчас?

– Рядом с великим и ужасным Вадимом Осиповым! В городе Москве, столице СССР!

– Ну, слава богу! – Вадим пришел в себя и подхватил шутливый тон собеседника: – А я уж испугался, думал, я в Нью-Йорке!

Произнеся название американского города, Вадим вдруг действительно испугался. Он вспомнил, что между бывшими одноклассниками уже несколько лет ходил слух, будто Димка работает в КГБ. 111утка про заграницу с комитетчиком…

– Нет, до Нью-Йорка нам еще далеко! Да меня туда и не выпустят.

– Ну меня понятно почему. А тебя-то? – состорожничал Вадим.

– Наоборот! Меня – понятно. Я слишком ценный кадр. А вот тебя легко – гостайн не знаешь, наполовину еврей – можешь ехать. – Дима говорил с явной подначкой.

– Ага, ты еще скажи: «чемодан-вокзал-Израиль»! – Вадим напрягся.

– Нет, это не мой девиз. Это для дураков! Я, знаешь ли, придерживаюсь тезиса Косыгина из старого анекдота: «Не ряды наши пожидели, а жиды наши поредели!» – Дима смеялся от души.

Вадим напрягся еще больше – что это вдруг бывший одноклассник чуть ли не с порога начал с политических анекдотов? Пусть и старых. Точно в КГБ работает!

– А кстати, ты ценный кадр где? – Вадим спросил как бы невзначай. Естественный вопрос при том, что давно не виделись.

– Успокойся. В 5-м Управлении КГБ я не работаю, так что анекдоты можешь травить с той же скоростью, что и в старших классах. – Дима ответил, не моргнув глазом, что Вадима несколько успокоило.

– И все-таки?

Не будь занудой. В правоохранительных органах. Но на интеллектуальном направлении, я все же Бауманский окончил, – было понятно, что дальше распространяться на эту тему Дима не хотел. – Ты-то как?

– Да нормально. Ты здесь случайно? – что-то Вадима все-таки тревожило, не верил он в такие неожиданные встречи.

– Если честно, то нет. С тобой хотел поговорить. Просьба у меня есть.

«Жигули» Димы были припаркованы за углом. Как и сам он, неприметные, но аккуратненькие. Небитые, особо сильно не замызганные.

– Твои или служебные? – поинтересовался Вадим.

– Мои. Я достаточно прилично зарабатываю. 150 плюс погоны, плюс выслуга, плюс секретность. Короче, сильно за 300. С твоими доходами, конечно, не сравнить, но мне хватает. – В голосе Димы не было ни зависти, ни раздражения. Правда, смирением тоже не пахло. Просто спокойствие и уверенность.

– Я, как ты знаешь, тоже на «Жигулях» езжу, – на всякий случай уточнил Вадим.

– И жена, и отец. А еще одни стоят в гараже у друга, имя, извини, не помню, в Солнцеве. Но все – «Жигули», это правда. – Дима улыбался. – Да перестань ты дергаться! Я вправду пришел просто за помощью. Ни шантажировать тебя, ни интересоваться твоими доходами в мои планы не входит.

– Но информацию собрал вполне приличную, – огрызнулся Вадим.

– Я же сказал – работаю на интеллектуальном направлении. А кто сегодня владеет миром? Тот, кто владеет информацией.

Дима предложил покататься, навестить их общую альма-матер. Благо до школы было не так далеко. Вадим, как всегда, торопился, но спорить не стал. Во-первых, разбирало любопытство, что за просьба у Димы, а во-вторых, действительно вдруг захотелось посмотреть на стены родной школы – сам-то он точно туда не выберется.

– Ну, так что стряслось? – спросил Вадим, как только машина тронулась с места.

– Все очень просто и очень сложно одновременно. – Дима был явно сосредоточен и деловит. – Есть девушка. Для меня – важная. Она сбила пешехода на «зебре». Труп. Трезвая.

– Ночью? – Вадим невольно принял телеграфный стиль собеседника.

– Днем.

– Светофор?

– Нерегулируемый переход.

– Хреново!

– Спасибо, сам знаю. Но что-то надо придумать. Надо!

– Я же не веду транспортные дела. – Вадим будто оправдывался. – Пойми, лучше обратиться к специалисту.

Воспользовавшись тем, что машина остановилась на красный свет, Дима внимательно посмотрел на Вадима и с нажимом произнес:

– Я же сказал, это для меня очень важно! Я не могу обратиться к чужому человеку.

– Любовница, – понимающе кивнул Вадим.

– О нет! – Дима неожиданно рассмеялся. – Нет. Все куда серьезнее. Я очень обязан ее мужу, а он обратился за помощью ко мне.

– Начальник?

– Опять мимо! Хотя моя карьера от него зависит во многом.

«Какой-нибудь партийный бонза», – решил Вадим.

– Но, Димуль, как бы то там ни было, я – не транспортник. Могу кого-нибудь толкового порекомендовать.

– А мне нужен не транспортник. Мне нужны твои «штаны», – опять с нажимом произнес Дима.

При упоминании «штанов» Вадим вздрогнул: «Откуда он может знать? Эта история хорошо известна в консультации, ну, может, среди некоторых адвокатов, но…»

– А ты откуда про «штаны» знаешь? – В голосе Вадима звучали и растерянность, и недовольство.

– Давай договоримся – исходим из тезиса, что я знаю все, что меня интересует! – В тоне Димы зазвучало раздражение.

– Ну, тогда ты, наверное, знаешь и каким будет приговор твоей подруге? – огрызнулся Вадим.

– Знаю! Оправдательным. При твоем участии! – Дима коротко хохотнул.