Грешница - Шхиян Сергей - Страница 69

Время шло, а я все продолжала бесполезные попытки влезть в окно. Оборки и кружева цеплялись за неровности бревенчатой стены, и все у меня получалось так неловко, что каждый раз в последний момент, я срывалась вниз. Наконец, бесполезные попытки надоели, и я отправилась искать лестницу. На мою беду, хозяйство в Завидово велось образцово и просто так лестницы во дворе не валялись. Не найдя ничего подходящего, я опять вернулась к своему окну. Время Шло к полуночи, и нужно было торопиться. Мой план требовал времени на подготовку, а я не могла даже просто попасть к себе.

Стараясь не спешить, я начала медленно подниматься, цепляясь пальцами за неровности стены. Когда до заветного подоконника осталось меньше вершка, и я уже почти достала его рукой, подол платья опять застрял, я попыталась его освободить и в очередной раз сорвалась. От такого невезения я чуть не разревелась.

На следующую попытку у меня уже не доставало сил и терпения. И вдруг, решение пришло само собой. Чтобы без помех влезть в окно, мне нужно было всего лишь, снять с себя одежду.

Я разделась, связала одежду и обувь в узел, засунула в него пистолет и забросила в окно. Больше мне ничего не мешало, и лезть по стене оказалось совсем не трудно. К тому же взошла луна, стали видны все щели и выбоины в бревнах стены, и я легко, как кошка вскарабкалась на подоконник.

После улицы, в комнате казалось темно, я подождала, пока глаза привыкнут к мраку, и спрыгнула на пол. Моего отсутствия никто не заметил. Охранники сторожили меня в конце коридора и ничего не слышали. Они скучали в пустом коридоре, хотели спать и лениво переговаривались между собой. Амурные дела барина их не занимали, как и моя судьба. Разговор касался общих воспоминаний о выпитых недавно напитках.

Первым делом я от лампадки зажгла свечу. При свете рассмотрела пистолет и проверила, как меня учил Иван, заряд и запальный порох на полке. Пистолет был крошечный, много меньше тех, из которых мы с ним недавно стреляли, но все у него оказалось точно таким же, как и у больших. Я взвела курок и осмотрела кремни. На мой взгляд, он был в полном порядке. Теперь нужно было начинать исполнять свой план. Он был совсем прост. Я прямо на голое тело надела обычный ременный пояс от Алешиных панталон, затянула его на талии и засунула под него оружие, пистолет и нож для резки бумаги. И тотчас стала похожа на голого разбойника. После этого мне осталось, надеть на себя ночную рубашку и лечь в постель. Теперь можно было ждать, когда меня похитят.

Где-то в доме часы пробили полночь. Я посчитала удары, задула свечу и легла. Входная дверь был изнутри заперта на крюк, но между ней и косяком оставалась узкая щель, в которую можно было легко просунуть тонкое лезвие. Похитители уже начали возиться и возились с нехитрым запором. Что происходит в передней комнате, я видеть не могла, но слышала, о чем они шепчутся.

– Пусти, бестолковый, ничего сам сделать не можешь! – нетерпеливо корил один из злоумышленников второго, отталкивая его от двери. – Крючок наверху, а ты нож вниз суешь!

– Не учи, без тебя знаю, – сердился взломщик, – Щель слишком узка, нож никак внутрь не лезет.

– А ты сильней надави, она и разойдется! – торопил советчик.

– Отстань, смола! Если ты такой умный, возьми, сам попробуй!

После этого предложения советчики поменялись местами, теперь торопил и мешал советами первый, а второй на него огрызался. Я ждала, когда они наконец справятся с крючком, и прислушалась к своим ощущениям. Никакого страха перед встречей со смертельной опасностью у меня не было, только нетерпение, когда, наконец, все начнется. Мне было впору самой встать и включиться в игру. Однако вскоре все благополучно завершилось, в ночной тишине отчетливо звякнул крючок, и заскрипела дверь. Как я ни храбрилась, на мгновение у меня замерло сердце.

– Там она, – прошептал первый похититель, и послышались их осторожные шаги.

Я лежала поверх не разобранной постели и ждала. Неслышно отворилась дверь. Два темных человека приблизились и наклонились надо мной. Мне был любопытно, как они собираются меня украсть. С испуга я, вполне, могла закричать и переполошить весь дом. Однако оказалось, что все действие давно отработано. Один положил мне на лицо подушку, а другой крепко схватил за руки. От неожиданности я вскрикнула, и инстинктивно, попыталась вырваться, но не смогла. Они меня уже прижали к кровати.

– Тихо, барыня, лучше не кричи, а то не ровен час, порешу, – шепотом, пообещал тот, что прижимал к моему лицу подушку. – Будешь послушной, ничего тебе плохого не сделаем.

– Что вам нужно? – изворачиваясь, спросила я.

– Нам ничего, – засмеялся тот, что держал за руки, – это барин тебя в гости зовет. Ну, что будешь слушаться или бунтовать?

– Буду, – пообещала я, – только не делайте мне больно!

– Это уж как получится, ты, главное, покорись, тогда живой, здоровой останешься! – посоветовал он. – А на нас сердце не держи, мы люди подневольные, что приказали то и делаем.

Я перестала сопротивляться и хватка тотчас ослабла.

– Ну, вот и умница, – похвалил меня тот, что держал подушку и осторожно, чтобы, если я все-таки закричу, успеть прижать снова, приподнял ее с моего лица. – Барин у нас хороший, ничего тебе плохого не сделает. Ты у него не первая и не последняя. Пошалит чуток и отпустит.

– Я что, я и сама согласная, – сказала я, – не пойму, зачем ему было вас присылать.

– Господское дело темное, – вмешался в разговор второй, отпуская мои руки. – Простому человеку нипочем не понять, что у вас на уме. Сам наш барин из себя видный, холостой, что ему кроме мужних жен других баб мало? Ты уж прости нас, если что не так. Не своей мы волей…

– Ладно, чего там, сама недавно дворовой девкой была, – сказала я, – что такое барская дурь, понятие имею.

Мужики переглянулись и совсем расслабились. Теперь если бы была нужда, я вполне могла поднять скандал и разбудить весь дом, но понятно делать этого не стала. Спокойным голосом спросила:

– А как он вам велел меня доставить?

– Известно как, мешок на голову, чтоб, значит, не кричала, и нести к нему в покои.

– Ну, до его покоев я и своими ногами дойду, а уж потом потрудитесь, донесите на руках!