С небес на землю, но только с тобой (СИ) - "Arne Lati" - Страница 56

      Стремительный рывок вперед, удар в лицо, такой сильный, что Глеб, потеряв равновесие, вместе со стулом завалился на пол. Удар ногой в живот, резкий выдох, волна боли, заставляющая скручиваться на полу, пытаясь прижать колени к животу и тихо скулить. Но вместо этого Глеб начинает смеяться, истерично, зло, почти воет от смеха, с каждым выдохом становясь все больше похожим на психа, потому что сейчас, с первым ударом, все встало на свои места. Сейчас перед шокированными мужчинами предстал не взрослый парень, а тот подросток, которого они помнили, которого не узнали. Это была истерика, да, именно она, и от каждого изданного звука, воя, кровь стыла в жилах.

      Юрий замирает и этого хватает, чтобы Яр, подскочивший со спины, заломив руки, зафиксировал мужчину на месте.

      - Ты че творишь? Убьешь же, - прошипел Яр, спокойно удерживая дезориентированного начальника на месте.

      - Вот именно, убью. Отпусти, - голос стал ровным и холодным, как обычно, но взгляд по-прежнему оставался прикованным к бьющемуся на холодном бетоне в истерических конвульсиях парню. И что-то такое теплое, давно забытое, стало шевелиться внутри, раздражая одним фактом своего существования, но злость была сильнее, намного…

      - Пусти! – выкрикнул Юрий, дернув плечами и начиная злиться не только на Глеба, но и на своего заместителя, почти бывшего заместителя.

      - Выйдем, поговорим, - не спросил, а поставил перед фактом Яр, выталкивая мужчину на улицу и закрывая за ним дверь.

      На город спускались сумерки, метель завывала в кронах деревьев, по периметру обступивших складские помещения, пасмурное небо выглядело пугающе, но двое совершенно не замечали этого.

      - Давай ты скажешь все, что думаешь, а потом я объясню тебе, почему ты не прав? - ровно произнес Яр, спиной подпирая железную дверь, собой перекрывая начальнику единственный путь попасть в ангар.

      Юрий не торопился отвечать, он был зол и на взводе, поэтому мог сгоряча ляпнуть то, что знать никому не следовало. Достав из пачки сигарету и нервно прикурив ее, глубоко затянулся, выпуская тонкую струю дыма в небо, только сейчас замечая, что начинает темнеть.

      - Ты знал, что Глеб жив? – эти слова дались с трудом. Ну не мог Юрий поверить, что после исчезновения парень мог выжить на улицах города один.

      - Знал.

      - Как давно?

      - С самого начала, - безразлично пожал плечами Яр, уже сейчас понимая, что просто так ему эта история с рук не сойдет.

      - Ты бежать помог?

      - Нет.

      - А кто?! – Юрий вспылил, гнев затоплял его сознание все сильнее, и сдерживать себя уже не было сил. Резкий удар в железный каркас здания глухим звоном разлетелся по округе. Яр даже не дернулся, лишь наклоном головы ушел от удара в сторону и спокойно встал обратно.

      Юрий, растерявшись от подобной наглости, а возможно всему виной переполняющие его эмоции, наклонившись вперед, лбом уперся Ярославу в плечо, только сейчас понимая, что вся злость и обида, направленные на мужчину, лишь остатки тех переживаний, которые были частью его жизни много лет назад.

      - Ты не это хотел спросить, - подтолкнул его Яр, не отталкивая, но и не обнимая. Он просто стоял рядом и ждал, хотел услышать вопрос, к которому был готов.

      - Он Вика трахает назло мне? – как маленькая смерть для Юрия, признать, что из-за его ошибок, совершенных в прошлом, мог пострадать тот, кто дорог больше всех. Это было больно, а еще страшно. Что если Вик узнает о прошлом отца, поймет, как низко его использовали, попользовались как вещью… Он не переживет этого, только не Вик.

      - Нет, там все серьезно.

      Юрий отрывает голову от плеча друга и смотрит на него в упор, сканирует, ищет подтверждение сказанных слов и находит, но верить в это не хочет.

      - Серьезно? Бред!

      - Зря ты так думаешь. Тут дело в другом. Ты же понимаешь, что если Вик узнает, что ты трахал Глеба, да еще подробностями приправить, он возненавидит тебя, - в голосе Яра не было ни страха, ни волнения, казалось, что ему вообще было все равно, что происходящее вокруг начинает напоминать бразильский сериал. Вот только в душе все замирало от страха. Глеб на самом деле находился на волосок от смерти, и Юрию ничего не стоит самому спустить курок, одним выстрелом избавившись от всех проблем, а Вику, вполне возможно, позже удастся доказать, что Глеб сам сбежал.

      - Я убью его! – взгляд мужчины наполнился смыслом и он, оттолкнув не сопротивляющегося Яра в сторону, распахнул дверь, ускоренным шагом направляясь вглубь помещения, на ходу доставая ствол и снимая его с предохранителя.

      Что ж, Ярослав сделал все что мог, теперь судьба Глеба в руках этого человека, как и много лет назад. Черт, кажется, за десять лет ничего не изменилось. Он шел следом, отставая на пару шагов, его взгляд был пуст, в нем не было ни жалости, ни сожаления, вот только душа рыдала.

      Глеба уже подняли и посадили как прежде. Он смотрел прямо перед собой, понимая, осознавая все, что думал Юрий, и это было неебически весело. На красивом лице играла легкая обреченная улыбка, из уголка губ стекала струйка крови, вытереть которую было нечем, да и незачем по большому счету. Он просто смотрел перед собой, в последний раз представляя образ взбалмошного мальчишки, понимая, что больше-то и вспомнить нечего. Сейчас стало понятно откуда были знакомы не глаза, нет, выражение глаз, когда Вик злился, некоторые жесты, черты лица, как же Глеб был слеп и сам понимал это, возможно не хотел верить в такую бросающуюся в глаза реальность. Смог бы он отказаться от мальчишки тогда, в первую их встречу, если бы знал правду? Сейчас об этом уже поздно говорить, слишком поздно.

      Он понимал что сейчас произойдет, смирился, даже радовался, что его никчемное существование наконец-то прервется и этот замкнутый круг из череды безумия, затопившего все его существование, прервется. Поэтому когда услышал звук снимаемого предохранителя, даже не дернулся.

      Юрий решил, он все решил для себя, рукоять пистолета лежала в его руке, приятно холодя кожу, пальцы не дрожали, голова была светлой и ясной, почти пустой. Шаг, за ним другой, все как на автомате. Поднять руку вверх, направить ствол прямо в голову, чтобы не мучился, последний вздох и…

      Глеб поднимает глаза вверх, и рука дрогнула, внутри, в каменном сердце что-то надломилось, раскололось, россыпью миллионов острых осколков раня самую душу. В серых, почти дымчатых, глазах не было страха, беспокойства, мольбы, даже банального желания жить, лишь смирение и вызов, тот самый, который он всегда бросал, глядя на Юрия. Этот взгляд, забытый и стершийся из воспоминаний, яркой вспышкой, почти ожогом, запечатался в памяти, теперь уже точно навсегда.

      - Стреляй, - ровно произнес Глеб, немного хриплым от тяжелого дыхания голосом. В нем нет дрожи, несмотря на то, что парень замерз в неотапливаемом помещении, он просто хотел поскорее покончить со всем этим.