Собрание сочинений. Том 7 - Маркс Карл Генрих - Страница 110

В то время как шварцвальд-хегауский отряд, возглавляемый Гансом Мюллером из Бульгенбаха, вступил в тайные сношения с Ульрихом Вюртембергским и частично принял участие в его безрезультатном походе на Штутгарт (февраль — март 1525 г.), 9 февраля произошло крестьянское восстание в Риде, выше Ульма; крестьяне собрались в прикрытом болотами лагере при Бальтрингене, водрузили красное знамя и образовали под предводительством Ульриха Шмидта бальтрингенский отряд. Их было 10–12 тысяч человек.

25 февраля на Шуссене, под влиянием слухов о приближении войск, посланных против появившихся и здесь недовольных, собрался верхнеальгауский отряд, численностью в 7000 человек. Кемптенцы, которые всю зиму враждовали со своим архиепископом, объединились 26 февраля и примкнули к отряду. К движению присоединились на известных условиях города Мемминген и Кауфбёйрен, но уже здесь обнаружилась двусмысленность той позиции, которую заняли города в этой борьбе. 7 марта в Меммингене были приняты двенадцать меммингенских статей для всех верхнеальгауских крестьян.

Под влиянием посланцев альгауских крестьян на Боденском озере образовался приозерный отряд, предводительствуемый Эйтелем Гансом. Этот отряд также быстро увеличивался. Главная квартира его находилась в Берматингене.

Уже в первых числах марта крестьяне восстали также в нижнем Альгау, в окрестностях Оксенхаузена и Шелленберга, в Цейле и Вальдбурге, владениях Трухзесса. Этот нижнеальгауский отряд, численностью в 7000 человек, расположился лагерем у Вурцаха.

Все эти четыре отряда приняли меммингенские статьи, которые, впрочем, были значительно умереннее статей хегауских крестьян и в пунктах, касавшихся отношения вооруженных отрядов к дворянству и властям, носили печать весьма характерной нерешительности. Там, где крестьяне проявляли решительность, они проявляли ее в ходе самой воины, после того как они на опыте знакомились с образом действий своих врагов.

Одновременно с этими отрядами на Дунае образовался шестой отряд. Со всего района от Ульма до Донаувёрта, из долин Иллера, Рота и Бибера крестьяне собрались в Лейпгейм и расположились там лагерем. Из 15 местностей явились все способные носить оружие мужчины и из 117 прибыли подкрепления. Предводителем лейпгеймского отряда был Ульрих Шён, его проповедником — лейпгеймский пастор Якоб Bee.

Таким образом, в начале марта под оружием находилось в шести лагерях от 30 до 40 тысяч восставших верхнешвабских крестьян. По своему характеру эти крестьянские отряды отличались большой пестротой. Революционная — мюнцеровская — партия всюду составляла меньшинство. Тем не менее она всюду являлась ядром и оплотом крестьянских лагерей. Крестьянская масса всегда готова была идти на соглашение с господами, лишь бы только ей гарантировали уступки, которые она рассчитывала вырвать посредством своего угрожающего поведения. Кроме того, когда дело затягивалось и начинали приближаться княжеские войска, крестьянам война становилась в тягость, и те из них, у кого было еще что терять, большей частью расходились по домам. При этом к отрядам присоединялась масса бродяжничавших люмпен-пролетариев, которые мешали установлению дисциплины, разлагали крестьян и часто то уходили, то снова возвращались. Уже одним этим объясняется, почему крестьянские отряды повсюду вначале ограничивались оборонительными действиями, подвергались деморализации в лагерях и, независимо от тактических недочетов и недостатка в хороших предводителях, не выдерживали никакого сравнения с княжескими войсками.

Еще в то время, когда собирались отряды, герцог Ульрих с навербованными им войсками и некоторым количеством хегауских крестьян вторгся из Хоэнтвиля в Вюртемберг. Если бы крестьяне двинулись теперь с другой стороны против войск Трухзесса фон Вальдбурга, то гибель Швабского союза была бы неизбежна. Но при чисто оборонительном образе действий крестьянских отрядов Трухзессу быстро удалось заключить с альгаускими, бальтрингенскими и приозерными крестьянами перемирие, начать с ними переговоры и назначить срок для окончательного разрешения дела на воскресенье Judica (2 апреля)[244]. В течение этого времени он смог двинуться против герцога Ульриха, занять Штутгарт и принудить герцога уже 17 марта снова покинуть Вюртемберг. Затем он обратился против крестьян, но в его собственном войске произошел мятеж ландскнехтов, которые отказались против них выступить. Трухзессу удалось, однако, успокоить мятежников, и он двинулся к Ульму, где собирались новые подкрепления. У Кирхгейма на реке Тек он оставил наблюдательный лагерь.

Швабский союз, у которого, наконец, оказались развязаны руки и который уже собрал свои первые контингенты, сбросил теперь маску и объявил, что «он решился с оружием в руках и с божьей помощью положить конец своевольным действиям крестьян»[245].

Между тем крестьяне строго соблюдали условия перемирия. Для переговоров в воскресенье Judica они выдвинули свои требования, знаменитые «Двенадцать статей». Они требовали выборности и сменяемости духовных лиц общинами, отмены малой десятины, употребления большой десятины[246], за вычетом содержания священнику, на общественные нужды, отмены крепостного состояния, права охоты и рыбной ловли, отмены посмертного побора, сокращения до определенного размера непомерных податей, оброков и барщины, возврата общинам и отдельным лицам насильственно отобранных у них лесов, пастбищ и привилегий, устранения произвола в судах и управлении. Как мы видим, умеренная, соглашательская партия еще значительно преобладала среди крестьянских отрядов. Революционная партия выдвинула свою программу еще раньше в «Статейном письме». Это открытое обращение ко всем крестьянским общинам призывало их вступать в «христианский союз и братство» для уничтожения всех тягот, добром ли, «что, впрочем, невозможно», или силой, и грозило всем упорствующим «светским отлучением», т. е. изгнанием из общества и прекращением всякого общения с членами союза. Светскому отлучению должны были быть подвергнуты также все замки, монастыри и церкви, если только дворяне, попы и монахи не покинут их добровольно, не переселятся в обычные жилища, подобно остальным людям, и не примкнут к христианскому союзу. — Итак, в этом радикальном манифесте, который, очевидно, был составлен до весеннего восстания 1525 г., речь шла прежде всего о революции, о достижении полной победы над еще господствующими классами, а пункт о «светском отлучении» означал лишь, что угнетатели и изменники должны быть перебиты, замки сожжены, монастыри и церкви конфискованы и сокровища их обращены в деньги.

КРЕСТЬЯНСКАЯ ВОЙНА В ГЕРМАНИИ

Однако прежде чем крестьяне смогли предложить назначенным третейским судьям свои двенадцать статей, до них дошла весть о нарушении договора со стороны Швабского союза и о приближении войск. Немедленно были приняты меры. В Гейсбёйрене состоялась общая сходка альгауцев, бальтрингенцев и приозерных крестьян. Четыре отряда были слиты, и из них образованы четыре новых колонны; было постановлено конфисковать имения церкви, продавать ее драгоценности в пользу военной кассы и сжигать замки. Таким образом, наряду с официальными двенадцатью статьями «Статейное письмо» сделалось правилом для ведения войны, и воскресенье Judica — день, назначенный для заключения мира, — стало датой всеобщего восстания.

Возраставшее всюду возбуждение, непрерывные местные столкновения крестьян с дворянством, вести о разраставшемся уже в течение шести месяцев восстании в Шварцвальде и о его распространении вплоть до Дуная и Леха — все это и так в достаточной мере объясняет, почему ряд вспыхнувших одно за другим крестьянских восстаний охватил две трети Германии. Самый факт одновременности всех отдельных восстаний доказывает, что во главе движения стояли люди, заранее организовавшие его через посредство анабаптистских и других эмиссаров. В Вюртемберге, на нижнем Неккаре, в Оденвальде, в Нижней и Средней Франконии волнения вспыхнули уже во второй половине марта, но днем всеобщего выступления повсюду заранее было назначено 2 апреля, воскресенье Judica, и решающий взрыв массового восстания повсюду произошел на первой неделе апреля. Также и альгауские, хегауские и приозерные крестьяне, ударив в набат и созвав массовые сходки, призвали 1 апреля всех способных носить оружие мужчин в лагери и вместе с бальтрингенцами начали военные действия против замков и монастырей.