Крест проклятых - Мариани Скотт - Страница 19

— Или они хорошо вымуштрованы.

Захария улыбнулся.

— Послушай, помнишь тот случай в… где же это было?

— В Стамбуле, — подсказала Лилит. Она подумала о том же.

— Тогда получилось, — сказал Захария. — Но то были люди.

— И тем не менее.

Лилит кивнула.

— На счет «три». Один… два…

— Три.

Выбросив свою мощную руку вперед, Захария схватил кончик направленного в его горло меча. Прежде чем захваченный врасплох стражник успел среагировать, он, действуя как рычагом, подкинул клинок вверх и назад, так что стражник повернулся вокруг своей оси, а меч просвистел у него над головой. Лилит в точности повторила его движения — с удивительной синхронностью. Вверх и над головой, затем быстрый шаг и поворот, так что стражники столкнулись друг с другом. Рукоятки мечей были вырваны из их рук, а сами стражники оказались прижатыми к ледяной стене, с приставленными к горлу стальными клинками.

— Отлично работает, — сказал Захария. — Теперь к Габриэлю.

Стражник Лилит испуганно вскрикнул, когда она прижала меч к его шее с такой силой, что потекла черная кровь вампира.

— Только пикни, и я снесу тебе голову, — сказала она на древнем языке убервампиров. Заметив его испуг, она улыбнулась. — Понял меня, да? Зал суда. Показывай дорогу.

— Ничего себе, — пробормотал Захария, когда они бежали по подземным коридорам, подгоняя стражников остриями мечей. — Ты только посмотри. Давно они тут сидят?

— С незапамятных времен, — ответила Лилит. Ее стражник замедлил шаг, и она ткнула его мечом. — Шевелись.

Во все стороны, насколько хватало глаз, тянулись вырубленные в скалах и льдах широкие туннели и камеры с гладкими стенами. Свернув за угол, Лилит и Захария оказались на перекидном мостике. Под ними простиралось огромное помещение, размерами превышавшее человеческий собор. С плоского, а не сводчатого, как в туннелях, потолка свисали гроздья гигантских сосулек. Сотни, тысячи сосулек, похожих на сверкающие сталактиты. От нижних концов сосулек к рядам вырезанных изо льда чанов, которые были установлены на возвышениях по всей площади зала, тянулись длинные блестящие трубки с ярко-красной жидкостью, которая, пульсируя, стекала по многочисленным изгибам. Жидкость из трубок наполняла чаны, которые затем отодвигали от сосулек.

Множество рабочих — ростом не выше ребенка, в одеждах с капюшонами как у средневековых монахов — обслуживали наполненные чаны. Они разливали кровь по ледяным контейнерам меньшего размера, грузили на тележки и куда-то увозили. Пока вампиры разглядывали открывшуюся перед ними картину, одно из маленьких существ остановилось, чтобы посмотреть на них, и откинуло капюшон. На мгновение показались сморщенное, высохшее лицо, глаза без век и тяжелая челюсть, а затем рабочий опустил капюшон и вернулся к своим обязанностям.

— Эти малыши еще уродливее больших, — пророкотал Захария.

Лилит уже собралась продолжить путь, но вдруг заметила в одной из гигантских сосулек какое-то движение. Внутри. Сосульки полые, поняла она. Там что-то дергалось и извивалось, как червяк, запертое внутри толстых, полупрозрачных конических стенок изо льда. Затем мелькнул четкий силуэт человеческой руки, и Лилит поняла назначение сосулек.

— Запасы еды, — сказала она Захарии. — Люди во льду. Они держат здесь людей и питаются ими.

Захария смотрел во все глаза.

— Даже мы не дошли до такой низости.

— Вперед. — Лилит ткнула мечом стражника. Из бокового прохода, мимо которого они пробегали, послышался тревожный крик. Потом еще и еще.

— Черт, — сказала Лилит. — Быстрее.

Они прибавили шагу, гоня перед собой стражников — подобная скорость была под силу лишь немногим из людей. Однако через несколько секунд их уже преследовала толпа вооруженных вампиров, ведомых двумя быстрыми убервампирами в простых одеждах. Блики света отражались от обнаженных клинков.

— Быстрее, — подгоняла Лилит.

Охваченные паникой, двое стражников спотыкались, замедляя движение. Толпа настигала их.

— Не останавливайся! — прикрикнул Захария.

Он повернулся и высоко подпрыгнул, изо всех сил ударив мечом в потолок туннеля. Лед здесь был твердым, как бетон, и при столкновении с ним стальной клинок разлетелся на куски.

Послышался громкий треск, и лед прорезала синяя трещина. Потолок рухнул, и лавина ледяных осколков завалила туннель, преградив дорогу преследователям. Захария издал торжествующий вопль, отшвырнул сломанный меч и бросился догонять Лилит.

Показался величественный, украшенный резьбой проход, по бокам которого стояли гротескные статуи убервампиров, и стражники остановились.

— Зал суда, — сказала Лилит.

Путь им преградили охранники. При виде чужаков они вышли вперед и предупреждающе подняли руки, раздались скрипучие звуки древнего языка. Захария свалил одного из них ударом наотмашь, способным сломать шею быку. Лилит ударила в живот второго, отчего тот сложился пополам, а затем рукояткой меча оглушила третьего. Захария распахнул высокие ледяные двери Зала суда.

— Неслыханное оскорбление, — проскрипел Судья, вставая с трона, когда гулкое эхо шагов Лилит и Захарии отразилось от стен зала. Длинной когтистой рукой он указал на чужаков. — Вам не место в Зале суда. Стража!

Лилит поспешно положила меч на пол и опустилась на одно колено в проходе между рядами сидений.

— Прошу простить наше вторжение, — сказала она на древнем языке. — Но разве правосудие вершится без показаний свидетелей?

Обвинитель Тарц-кои презрительно фыркнул.

— Наше правосудие не подчиняется законам людей.

— Прошу вас. Пожалуйста, выслушайте меня, прежде чем судить моего брата. — Лилит встала. Захария придвинулся к ней и застыл, сложив руки на груди, нахмурившись и бросая по сторонам угрожающие взгляды.

— Он предатель, — бесстрастно произнес Тарц-кои. — Только предатель мог скрывать от нас появление такого мощного оружия.

Лилит набрала полную грудь воздуха и заговорила, обращаясь ко всему собранию:

— Если единственное преступление Габриэля состоит в том, что он не сообщил, что наши враги вновь нашли Крест, то он поступил так только потому, что не хотел поднимать тревогу. У него был план, и он верил в успех. Теперь Крест уничтожен. Да, мы не выиграли войну у Федерации, но отвратили от всех нас величайшую опасность. Дорога к победе теперь открыта. Я прошу этот суд вознаградить Габриэля за верность, дав ему второй шанс. На этот раз мы не проиграем.

— И вообще, — прибавил Захария, — если вы, козлы, тронете Габриэля хоть пальцем, тут будет много мертвых уродов.

Несколько присутствовавших убервампиров нахмурились, услышав звуки странного языка, но — к облегчению Лилит — никто из них ничего не понял.

Зал суда наполнился шепотом. Властитель Ксенраи кивнул Лилит, и его лицо скривилось в некоем подобии улыбки. Лицо обвинителя явно дышало ненавистью.

Судья постучал когтем о трон, призывая к тишине.

— Достаточно. Будем голосовать. Все, кто выступает за казнь вампира Габриэля Стоуна, которого мы называем Крайзок, встаньте, чтобы вас сосчитали.

Лилит и Захария затаив дыхание наблюдали, как убервампиры вставали со своих мест. Их было десять — половина присутствовавших в зале. Увидев, как приподнялся одиннадцатый, Лилит вздрогнула. Судьба Габриэля решена. На плечо ей легла громадная ладонь Захарии.

— Мы не позволим им это сделать, — шепнул он ей на ухо.

Одиннадцатый присяжный замер в нерешительности, затем снова сел.

Судья снова постучал когтем по трону.

— Как мы видим, совет разделился, — произнес он. Лилит вглядывалась в его уродливое лицо, но видела лишь бесстрастное выражение глаз. — Согласно нашей древней традиции, — продолжил судья, — окончательное решение теперь принимаю я.

В зале повисло молчание. Захария крепче сжал плечо Лилит.

— Вот мое решение: Габриэль Стоун будет помещен в Комнату Шепота, — объявил судья, — где и свершится правосудие. Приговор окончательный, и судебное заседание закрывается. Унесите его.