Энциклопедия философских наук. Часть первая. Логика - Гегель Георг Вильгельм Фридрих - Страница 132

сначала опосредствоваться последним. Средство, как объект,

находится в этой второй посылке в непосредственном соотношении с другим

крайним термином умозаключения, с объективностью, как

предпосылаемой, с материалом. Это соотношение есть сфера служащих

цели механизма и химизма, истиной и свободным понятием которых

цель является. То обстоятельство, что субъективная цель, как власть,

правящая этими процессами, в которых объективное стирается и

снимается, сама держится вне их и вместе с тем есть то, что в них

сохраняется, — есть хитрость разума.

Прибавление. Разум столь же хитер, сколь могущественен.

Хитрость состоит вообще в опосредствующей деятельности, которая,

дав объектам действовать друг на друга соответственно их природе

и истощать себя в этом воздействии, не вмешиваясь вместе с тем

непосредственно в этот процесс, все же осуществляет лишь свою

УЧЕНИЕ О ПОНЯТИИ

319

собственную цель. В этом смысле можно сказать, что божественное

провидение ведет себя по отношению к миру и его процессу как

абсолютная хитрость. Бог дает людям действовать, как им угодно, не

стесняет игру их страстей и интересов, а получается из этого

осуществление его целей, которые всецело отличны от целей, руководивших теми,

которыми он пользуется.

§ 210.

Реализованная цель есть, таким образом, положенное единство

субъективного и объективного. Однако характерной чертой этого

единства является то, что лишь то, что есть одностороннего в

субъективном и объективном, нейтрализовано и снято в нем, объективное же

в нем цодчинено и сделано соответственным цели, как свободному

понятию, и, следовательно, подчинено также и его власти. Цель

отстаивает себя и сохраняется в борьбе, одновременно

противополагая себя объективному и сохраняя себя в объективном, потому что

она есть не только одностороннее субъективное, особенное, но, кроме

того, также и конкретно всеобщее, в себе сущее тожество

субъективного и объективного. Это всеобщее, как просто рефлектированное

внутрь себя, есть содержание, которое остается одним и тем же на

протяжении всех трех терминов умозаключения и их движения.

§ 211.

Но в конечной целесообразности осуществленная цель страдает

таким же изъяном, каким страдает средина и начальная цель: она

так же надломлена внутри себя, как и последние. Поэтому получилась

форма, лишь внешне приложенная к преднайденному материалу, —

форма, которая, благодаря ограниченному содержанию цели, также

представляет собою случайное определение. Достигнутая цель есть

поэтому лишь некий объект, который, в свою очередь, представляет собою

средство или материал для других целей и так далее до бесконечности.

§ 212.

Но то, что в реализации цели происходит в себе, это именно то,

что снимаются односторонняя субъективность и видимость наличия

противостоящей ей объективной самостоятельности. Овладевая

средством, понятие полагает себя как в себе сущую сущность объекта; в себе

самостоятельность объекта испарилась уже в механическом и

химическом процессах, а в их протекании под господством цели снимается

видимость этой самостоятельности, снимается противопоставляющее себя

320

понятию отрицательное. Но уже в том обстоятельстве, что

осуществленная цель определена лишь как средство и материал, этот объект сразу

же положен как нечто в себе ничтожное, как нечто лишь идеальное.

Тем самым исчезла также противоположность между содержанием

и формой. Так как цель, благодаря снятию определений формы,

смыкает себя с собою, то форма положена как тожественная с собою,

положена, следовательно, как содержание, так что понятие, как

деятельность формы, имеет содержанием лишь себя. Таким образом, через

этот процесс положено вообще то, чем было понятие цели, в себе сущее

единство субъективного и объективного положено теперь как для себя

сущее единство, — положена идея.

Прибавление. Конечность цели состоит в том, что при реализации

цели материал, употребленный как средство, лишь внешним образом

подводится под нее и делается соответственным ей. Но на самом деле

объект есть в себе понятие, и когда последнее, как цель, реализуется

в нем, эта реализация является лишь проявлением его собственной

внутренней сущности. Объективность есть, таким образом, как бы

только покров, под которым скрывается понятие. В рамках конечного

мы не можем испытать или видеть подлинного достижения цели.

Осуществление бесконечной цели состоит, поэтому, лишь в снятии

иллюзии, будто она еще не осуществлена. Добро, абсолютное добро,

осуществляется вечно в мире, и результатом этого является то,что оно

давно само по себе осуществлено и ему не приходится ждать нас, чтобы

мы его осуществили. В этой иллюзии мы живем, и вместе с тем только

она является побуждением к деятельности, она одна заставляет нас

интересоваться миром. Идея в своем процессе сама создает себе эту

иллюзию, противопоставляет себе нечто другое, и ее деятельность состоит в

снятии этой иллюзии. Лишь из этого заблуждения рождается истина, и

в этом заключается примирение с заблуждением и с конечностью.

Инобытие или заблуждение, как снятое, само есть необходимый момент

истины, которая существует лишь тогда, когда она делает себя своим

собственным результатом.

С.

Идея.

§ 213.

Идея есть истина в себе и для себя, абсолютное единство понятия и

объективности. Ее идеализованное содержание есть не что иное, как

понятие в его определениях. Ее реальное содержание есть лишь

УЧЕНИЕ О ПОНЯТИИ

321

раскрытие ее самой в форме внешнего существования, и, замыкая эту

форму (Gestalt) в своей идеальности, идея удерживает ее в своей власти,

сохраняет, таким образом, себя в ней.

Примечание. Определение абсолютного, согласно которому оно есть

идея, само абсолютно. Все предыдущие определения приходят к этому

определению, сосредоточиваются в нем. — Идея есть истина, ибо

истина состоит в соответствии объективности понятию, а не в

соответствии внешних предметов моим представлениям; последнее есть лишь

правильное представление, которое я, данное лицо, составляю себе.

В идее дело не идет об «этом», о единичном, не идет дело ни о

представлениях, ни о внешних предметах. — Но и все действительное,

поскольку оно—нечто истинное, есть идея и обладает своей истинностью

посредством и в силу идеи. Единичное бытие представляет собою

какую–нибудь одну сторону идеи; последней нужны поэтому еще

другие действительности, которые также выступают как обладающие

видимо самостоятельным существованием. Лишь во всех них вместе

и в их соотношениях друг с другом реализовано понятие. Единичное,

взятое само по себе, не соответствует своему понятию; эта

ограниченность его существования составляет его конечность и ведет к его гибели.

Идею не следует понимать как идею о чем–то, идею о том или

другом предмете, точно так же, как не следует понимать понятие лишь

как определенное понятие. Абсолютное есть всеобщая и единая идея,

которая в акте суждения, перводеления (urtheuend), обособляет себя

в систему определенных идей, которые, однако, по своей природе

не могут не возвратиться в единую идею, в их истину. В силу этого

суждения, этого перводеления, идея вначале есть лишь единая

всеобщая субстанция, но в своей развитой, подлинной действительности

она есть субъект и, таким образом, дух.

Идею, поскольку она не имеет своей исходной и опорной точкой

некоторого отдельного существования, часто принимают чем–то чисто

формально логическим. Такое понимание следует предоставить тем