Выбор Наместницы - Школьникова Вера - Страница 56

Тейвор предлагал взаимовыгодное сотрудничество: империя выделяла деньги на новые корабли, герцог Квэ-Эро размещал эти корабли в своих портах и обеспечивал обученным экипажем. Кроме того, на десятину берегового братства открывалась морская школа, по примеру военной, открытой в Суреме два года назад. Прошедшие обучение в этой школе должны были служить на новых кораблях. Вот это и смущало Квейга больше всего: граф Тейвор, как обычно, меньше всего думал о людях, Квейг же хорошо знал обычаи морской братии. Не станут просоленные моряки подчиняться молокососам только что со школьной скамьи. Настоящий капитан начинает службу юнгой, и даже герцогский сын не избежал этой участи — полгода юнгой проплавал, и только потом уже до навигации дело дошло. А выпускать их простыми матросами — так зачем три года учить? Сразу на палубу, если не помрут — матросскую премудрость за год освоят без всяких школ. Но до чего же заманчиво получить новый флот за счет империи! Пускай корабли будут принадлежать наместнице, порты-то — его, да и учиться в эту школу опять-таки местные пойдут. Так просто Тейвор хребет береговому братству не сломает, пусть даже и не надеется. Квейг сел писать ответ. Он соглашался открыть школу, разместить новые корабли в своих портах и набрать команды при условии, что главнокомандующим этого нового флота будет не военачальник, а герцог Квэ-Эро, а выпускники морской школы после обучения будут два года служить простыми матросами и только те из них, кто покажут себя достойными, станут офицерами. Кроме того, Квейг настаивал на сохранении тайны берегового братства и неприкосновенности десятины. Достаточно и того, что на эти деньги откроют бесполезную школу, платить с них налог в имперскую казну герцог Квэ-Эро не будет. Квейг понимал, что рискует в будущем потерять власть на море, но с другой стороны, если новый военачальник осуществит свои задумки на суше, он все равно море в покое не оставит, так лучше уж взять сейчас то, что дают, чем потом потерять все. Ведь то, о чем сейчас его просят, через двадцать лет попросту прикажут сделать.

Он снова подумал о «Злате», красе и гордости своего флота. Скоро у нее появятся старшие сестры и братья, и повелитель Кавдна уже не сможет со спокойным сердцем титуловать себя «Хозяином морей». А если все пойдет успешно, он снарядит, наконец, флотилию и обойдет вокруг света, чтобы узнать, чем заканчивается мир! Может быть, правы окажутся те мудрецы, что утверждают, будто мир имеет форму шара, и если плыть по морю достаточно долго — обогнешь его целиком и вернешься туда же, откуда начал путь. Квейг совсем замечтался: вот они отплывают в далекое путешествие, на другом краю мира открывают богатые земли, где жители миролюбивы и покорны, а золото и серебро валяется на берегу прямо в слитках, где достаточно кинуть на землю зерно, и сразу же вырастут сто колосьев, где не знают войн и бедствий, голода и болезней. И вернувшись через много лет, когда уже никто не ждет их возвращения, он дарит эту землю самой прекрасной женщине в мире, единственной, что достойна такого подарка. Увы, мечтать можно сколько угодно, а на самом деле дай-то боги сохранить то, что есть. А морские путешествия — не для герцогов.

Граф Тейвор с трудом сдерживал свою радость — при секретаре нужно было сохранять солидный вид, но хотелось прыгать до потолка. Клюнул, красавчик пустоголовый, заглотал наживку по самое удилище! И пяти лет не пройдет — офицерами на всех кораблях станут выпускники морской школы, и пусть герцог Квэ-Эро не надеется, что учиться пойдут только местные, уж Тейвор об этом позаботится — со всей империи мальчишек соберет. А там, гляди, и свои порты заложим, на его земле, охнуть не успеет, как десятина берегового братства перейдет к империи. Военачальник аж зажмурился от восторга, представив свою новую идею, о которой пока что не знала даже наместница — военные лагеря и порты по всей империи, в каждом графстве и герцогстве, и чтобы ни один надутый лорд туда носа сунуть права не имел, будь это хоть трижды его земля! А еще хорошо бы построить по всей империи крепости по одному и тому же образцу, а то завели моду — каждый граф себе укрепления строит, как его левая шпора пожелает. Хорошо еще, если у него мозги есть, тогда от этой крепости хоть какая-то польза, а если граф — дурак? Бывает же такое. Достаточно вспомнить крепость, на постройку которой его благородный предок потратил тридцать лет и огромные деньги, до сих пор долги за эту стройку века выплачивают. А что получилось в результате? Выглядело это сооружение внушительно, даже неприступно, осаду там можно было держать хоть год, хоть два, одна беда — нормальному полководцу в голову бы не пришло штурмовать эту крепость! Зачем, если ее гораздо проще было обойти? Войдя в строительный раж, тогдашний граф решил искать не там, где потерял, а где светлее, и построил крепость, где было удобнее всего, вместо того, чтобы занять господствующую возвышенность и перекрыть хотя бы две из трех дорог. Вот и стоит теперь каменное чудище среди поля, хоть хороводы вокруг него води! А в Квэ-Эро вообще ни одной крепости нет, сплошные дворцы! Зато в Суэрсене герцоги себе такую твердыню отстроили, что хоть всем имперским войском штурмуй — не одолеешь. Да дай Тейвору волю — он бы и королевский дворец перестроил.

Оторвавшись от сладостных мечтаний, он снова углубился в бумаги. Ну почему в империи запрещено рабство! Как следствие — в Кавдне основа флота тяжелые боевые галеры, а в империи — парусники. Еще бы, свободных попробуй на весла посади, никаких денег не хватит. А ведь такая галера любой парусник протаранит, если догонит, конечно. И от ветра она не зависит, куда надо, туда и плывет. Но граф Тейвор четко представлял границы своих возможностей. Если прищучить верных вассалов, построив на их землях военные лагеря, наместница еще может согласиться, то восстановить рабство только для того, чтобы приковать к веслам на галерах пару сотен несчастных — никогда. Хм… приковать… а ведь это идея! Эльн придвинул к себе чернильницу и начал писать докладную записку наместнице. Почему бы не использовать на галерах осужденных преступников? Да, сейчас их отправляют на государственные рудники, но Тейвору они гораздо нужнее! Вместо подземелий — свежий морской воздух, вместо кирки — весла. Будут меньше умирать, дольше работать. А уж как герцог Квэ-Эро обрадуется, когда узнает, что за корабли бросят якорь в его портах! Воистину сегодня удачный день!

Энрисса, скрывая раздражение, выслушивала вечерний доклад своего временного секретаря. Придраться было не к чему, чиновник очень старался, да и не взяла бы наместница бездаря в секретари, пусть даже и на несколько месяцев, но он не был Ванром, и уже этим приводил свою госпожу в тщательно скрываемое бешенство. И ведь она сама отослала Ванра проверять эти библиотеки! Ну зачем, зачем она это сделала! Можно ведь было найти кого-нибудь другого! Но голос разума неизменно остужал накал страстей: есть тайны, которые нельзя доверять даже подушке, не говоря уже о самых преданных слугах. Ванру, связанному с наместницей прочнейшей из цепей, Энрисса могла верить как самой себе, но больше — никому. Если, нет, когда он найдет эту книгу — он сохранит тайну, что бы там ни было. И все же, хоть бы он поскорее вернулся! Только сейчас, оставшись одна, Энрисса осознала, до какой степени она зависит от этого человека. Она посмотрела в окно — моросил противный мерзкий дождь, самая гадкая погода для путешествий, все отсыревает, и одежда, и обувь, на дорогах слякоть. Наместница вздохнула и заставила себя вернуться к докладу:

— Что предлагает граф Тейвор? — переспросила она секретаря.

— Перевести осужденных на каторжные работы из рудников на галеры, ваше величество.

— Но у нас нет галер!

— Он предлагает их построить.

— Для того чтобы перевести туда преступников?

— Не знаю, ваше величество. Тут сказано, что доклад о необходимости реформирования военного флота империи будет представлен на следующем заседании Высокого Совета.