Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках - Джеймс Эрика Леонард - Страница 38

– Ты уже готова для меня, так быстро, – шепчу я, медленно вводя и вынимая пальцы, вызываю у нее долгий протяжный стон. Она поднимает бедра навстречу моим движениям.

О да, она очень хочет.

– Какая жадная девочка, – тихо говорю я, а она движется в такт установленному мной ритму. Я начинаю ласкать клитор большим пальцем, дразня и мучая.

Ана вскрикивает и выгибается подо мной. Мне хочется видеть выражение ее лица, свободной рукой стягиваю с ее головы футболку. Она открывает глаза и моргает от мягкого света.

– Хочу тебя потрогать, – хрипло и умоляюще шепчет Ана.

– Знаю, – выдыхаю я и целую ее в губы, не прекращая ритмично двигать пальцами. Этому не суждено сбыться, и ей просто придется с этим смириться. Это то, чем ей предстоит заниматься в ближайшее время. Усмирять свой нрав. Учиться видеть во мне центр своей вселенной. Она не сможет жить без меня, как… как я не могу без нее? Этот простой факт меня оглушает, и на секунду я забываю, где нахожусь. Но затем я нахожу точку опоры. Я чувствую вкус вина, желания и Аны. Она отвечает на мой поцелуй с жаждой, которой прежде я в ней не замечал. Придерживаю одной рукой ее голову, чтобы не дергалась, и продолжаю возбуждать ее пальцами другой руки. Ноги Аны напрягаются, и я замедляю ритм.

Нет, детка. Тебе еще рано кончать. Проделываю это еще трижды, целуя ее в теплые сладкие губы. На пятый раз замираю и шепчу ей на ухо:

– Это твое наказание, так близко и так далеко. Приятно тебе?

– Пожалуйста, – умоляет она.

Господи, до чего приятно слышать ее мольбы!

– Как тебя трахнуть, Анастейша?

Продолжаю ласкать ее пальцами. Ноги ее начинают дрожать, и я вновь останавливаюсь.

– Прошу тебя! – выдыхает она едва слышно.

– Чего ты хочешь, Анастейша?

– Тебя… сейчас! – взмаливается она.

– Как тебя трахнуть – так, или вот так, или, может, вот так? Выбор бесконечен, – бормочу я. Убираю руку, беру с тумбочки презерватив и встаю на колени между ее ног. Глядя ей в глаза, сдергиваю с нее трусики и швыряю на пол. В потемневшем взгляде Аны ожидание и голод. Я надеваю презерватив, ее зрачки расширяются.

– А так приятно? – спрашиваю я, взяв член в руку.

– Это была шутка, – хнычет она.

Шутка?! Слава богу! Еще не все потеряно.

– Шутка? – спрашиваю я, поглаживая свой член.

– Да. Ну, пожалуйста, Кристиан! – просит она.

– Тебе сейчас смешно?

– Нет! – едва слышно отвечает она, качая головой.

Видеть, как она хочет меня… Я могу кончить от одного взгляда на это тело. Хватаю ее, переворачиваю на живот, удерживая прелестную попку на весу. До чего соблазнительное зрелище! Увесисто шлепаю по ягодице и с размаха вхожу.

О, черт! До чего она возбуждена!

Ана сжимается вокруг моей плоти и с криком кончает.

О, черт! Слишком быстро.

Удерживая ее за бедра, яростно трахаю ее, пока она переживает оргазм. Стиснув зубы, вколачиваюсь в нее снова и снова, и чувствую, как она возбуждается.

Давай же, Ана! Еще, приказываю я, не сбавляя темп. Она стонет и хнычет подо мной, спина покрывается капельками пота. Ноги ее начинают дрожать. Она близка к оргазму.

– Давай, Анастейша, еще разок! – рычу я, и тело ее снова содрогается от сладких судорог, которые затем передаются и мне.

Боже милостивый! В изнеможении падаю на нее сверху. Да уж, я выложился по полной.

– А это было приятно? – спрашиваю я, втягивая воздух через сжатые зубы.

Она лежит на кровати, едва дыша. Снимаю использованный презерватив, встаю, быстро одеваюсь. Закончив, развязываю галстук и освобождаю Ану. Переворачиваю ее на спину, она сгибает пальцы, разминает запястья и поправляет чашечки лифчика. Укрываю ее одеялом и ложусь рядом, оперевшись на локоть.

– Очень приятно, – шаловливо улыбается она.

– Опять это слово! – усмехаюсь я.

– Тебе не нравится?

– Нет. Оно мне не подходит.

– Ну, не знаю… похоже, оно действует на тебя весьма благотворно.

– Теперь еще и благотворно!.. Мисс Стил, вы и дальше будете ранить мое самолюбие?

– Думаю, что с самолюбием у тебя все в порядке. – Ана бросает на меня хмурый взгляд.

– Ты так считаешь?

Доктор Флинн многое мог бы сказать по этому поводу. Например, что у меня вместо самолюбия – огромная воронка, как после небольшого ядерного взрыва. А вокруг – бетонные стены. А за ними – забор, обнесенный сверху колючей проволокой. И это – самый мягкий, самый безопасный из образов, которые можно было бы применить.

– Почему ты не любишь, когда тебя трогают? – нежным голоском спрашивает она.

– Не люблю, и все. – Целую ее в лоб, чтобы пресечь дальнейшие расспросы. – Значит, тот е-мейл был шуткой…

Ана сконфуженно улыбается и виновато пожимает плечами.

– Понятно. Так ты все еще обдумываешь мое предложение?

– Твое непристойное предложение… Да, но у меня есть кое-какие возражения.

Ну, слава яйцам! Наша сделка все еще в рассмотрении. Мое облегчение вполне осязаемо, оно буквально чувствуется в воздухе.

– Я бы разочаровался, если бы у тебя их не было.

– Я хотела отправить список по электронной почте, но ты, можно сказать, меня прервал.

– Прерванный половой акт.

– Видишь, я знала, что где-то глубоко внутри у тебя есть чувство юмора. – Ее глаза искрятся весельем.

– Анастейша, не над всем можно смеяться. Я подумал, что ты категорически отказываешься.

– Я пока не решила. Ты наденешь на меня ошейник?

Ее вопрос меня удивляет.

– Похоже, ты действительно изучала предмет. Не знаю, Анастейша. Я никого не заставлял носить ошейник.

– А на тебя надевали ошейник? – спрашивает она.

– Да.

– Кто? Миссис Робинсон?

– Миссис Робинсон! – Я хохочу во все горло. Роль Энн Бэнкрофт в фильме «Выпускник». – Я передам ей, что ты так сказала, она будет в восторге.

– Вы по-прежнему видитесь? – Голос Аны звучит пронзительно, она вне себя от возмущения.

– Да. – А что в этом такого?

– Понятно. – Теперь голос ее звучит сдержанно. Неужели злится? Почему? Не понимаю. – Значит, у тебя есть кто-то, с кем можно обсудить твою альтернативную жизнь, а мне нельзя.

Она снова дерзит и тычет меня носом в мое собственное дерьмо.

– Никогда не думал об этом в подобном ключе. Миссис Робинсон была частью этой жизни. Я же говорил, теперь мы просто хорошие друзья. Если хочешь, я познакомлю тебя с одной из моих бывших саб, можешь поговорить с ней.

– Теперь ты шутишь, да? – допытывается она.

– Нисколько. – Я отрицательно мотаю головой. Ее реакция меня удивляет: для сабы вполне нормально пообщаться с бывшими партнерами доминанта.

– Спасибо, как-нибудь сама разберусь, – отнекивается она и натягивает одеяло до подбородка.

В чем дело? Почему она расстроилась?

– Анастейша, я… Я не хотел тебя обидеть.

– А я и не обиделась. Я возмущена.

– Чем?

– Я не намерена разговаривать с твоей бывшей подружкой… рабыней… нижней… или как ты там их называешь.

Ого!

– Анастейша Стил, ты ревнуешь? – изумленно спрашиваю я.

Она густо краснеет, и я понимаю, что добрался до корня проблемы. Какого черта она ревнует? Милая, до тебя у меня была своя жизнь. Или ее подобие, видимость.

– Останешься? – резко спрашивает она.

Что? Разумеется, нет.

– Утром у меня назначена встреча в отеле за завтраком. К тому же, как я тебе говорил, я не остаюсь на ночь с подружками, рабынями, нижними или с кем-либо еще. Пятница и суббота были исключением. Больше ничего подобного не случится.

Она поджимает губы все с тем же упрямым выражением лица.

– Все, я устала, – заявляет она.

Ни хрена себе!

– Ты меня выгоняешь?

Все идет не так!

– Да.

Какого черта? Мисс Стил снова ставит меня в тупик.

– Что ж, еще одно «впервые», – бормочу я. Она меня выставляет! Поверить не могу. – Значит, ты сейчас не хочешь ничего обсуждать? Я имею в виду контракт, – уточняю я, пытаясь потянуть время.

– Нет, – ворчливо заявляет Ана.