Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках - Джеймс Эрика Леонард - Страница 44

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Анастейша, совершенно неважно, легален этот контракт или нет. Он представляет собой соглашение, которое я хотел бы с тобой заключить – что бы я хотел от тебя, и чего тебе ждать от меня. Если тебе не нравится, не подписывай. Если подпишешь, а потом решишь, что он тебя не устраивает, там достаточно отговорок, и ты можешь уйти, когда захочешь. Даже если бы он был законным, неужели ты думаешь, что я затаскал бы тебя по судам?

Ана изучающе смотрит на меня своими бездонными голубыми глазами. Нужно втолковать ей, что контракт не имеет отношения к юриспруденции, тут главное – доверие. Но, говоря по правде, мне совсем не нравится такой ее подход. Теперь она знает, что никакие контракты на свете не помешают ей меня покинуть, если она этого пожелает. Именно с этим ее правом покинуть меня я и не готов смириться. Она – моя. Каким бы чудовищем я ни был, она должна оставаться со мной. Черт побери, понятия не имею, как этого добиться.

Она делает глоток вина, а я торопливо пускаюсь в объяснения.

– Подобные отношения строятся на честности и доверии. Если ты мне не доверяешь – тому, что я с тобой делаю, насколько далеко могу зайти, – если не можешь быть со мной откровенной, то нам лучше и не начинать.

Ана потирает подбородок, размышляя над моими словами.

– Так что все просто, Анастейша. Ты доверяешь мне или нет?

Если она такого невысокого обо мне мнения, то не стоит и начинать. Внутри меня все сжимается.

– А с теми… хм… пятнадцатью ты тоже это обсуждал?

– Нет.

Зачем она меняет тему?

– Почему?

– Потому, что все они уже состоялись как нижние. Они знали, что им нужно от наших отношений и примерно чего жду я. Все обсуждение сводилось к установлению пределов допустимого и прочим мелочам.

– Где ты их находишь? В специальном магазине, где продаются сабы?

Ана вопросительно поднимает бровь, и я хохочу в голос. Напряженность исчезает, как по мановению волшебной палочки.

– Не совсем, – иронично отвечаю я.

– Тогда где?

Ее переполняет любопытство, но я не хочу снова говорить о Елене. Когда я упомянул о ней в прошлый раз, Ана обиделась.

– Может, все-таки вернемся к сути нашего разговора? Вернее, как ты говоришь, к спорным вопросам.

Она хмурится.

– Ты голодна?

Ана смотрит подозрительным взглядом на оливки.

– Нет.

– Ты ела сегодня?

Она медлит с ответом. Хреново.

– Нет.

Пытаюсь сдержать злость.

– Ты должна поесть, Анастейша. Мы можем поужинать здесь или у меня в номере. Что предпочитаешь?

В номер она точно не пойдет.

– Предпочитаю остаться там, где людно, на нейтральной территории.

Разумно, мисс Стил, как и ожидалось.

– Думаешь, это меня остановит? – хрипло произношу я.

Она сглатывает.

– Надеюсь.

Ладно, Грей, не мучай девочку.

– Идем, я заказал отдельный кабинет, так что никакой публики.

Встаю, протягиваю руку.

Примет ли ее Ана? Она переводит взгляд с моего лица на мою руку.

– Возьми свое вино, – командую я, и она послушно берет бокал, а потом кладет свою ладонь в мою. Я уже начинаю подозревать, что ее послушание – всегда мнимое, иллюзия, затишье перед бурей.

Мы идем через бар, и я замечаю, что другие посетители бросают восхищенные взгляды на мою спутницу, а один смазливый, атлетически сложенный тип пялится на нее с нескрываемым одобрением. Раньше мне не приходилось сталкиваться с чем-то подобным, я не уверен, что мне это по душе.

На мансардном этаже нас, по распоряжению метрдотеля, встречает молодой человек в ливрее и ведет в забронированный кабинет. Юноша не сводит глаз с мисс Стил, и я окидываю его уничтожающим взглядом, от которого он теряется и торопливо покидает роскошную комнату. Официант постарше усаживает Ану и кладет ей на колени салфетку.

– Я уже заказал еду. Надеюсь, ты не против.

– Нет, все в порядке, – грациозно кивнув, отвечает она.

– Отлично, тебя еще можно исправить, – ухмыляюсь я. – Итак, на чем мы остановились?

– На сути нашего разговора, – деловито говорит Ана, потом делает большой глоток вина, и ее лицо розовеет.

Похоже, она пьет для храбрости. Нужно проследить, чтобы не пила слишком много, ей еще машину вести. «Впрочем, она могла бы остаться ночевать в отеле… и я бы вытащил ее из этого соблазнительного платья», – думаю я. Собравшись с мыслями, возвращаюсь к теме нашего разговора – спорным вопросам. Достаю из внутреннего кармана пиджака е-мейл Аны. Она вновь расправляет плечи и выжидательно смотрит на меня, а я пытаюсь сохранить серьезный вид.

– Пункт два. Согласен. Это в наших общих интересах. Я изменю формулировку.

Она делает еще один глоток вина.

– Мое сексуальное здоровье. Ну, все мои предыдущие партнерши делали анализ крови, а я каждые полгода проверяюсь на инфекции, о которых ты упоминаешь. Результаты последних тестов отрицательные. Я никогда не принимал наркотики. Вообще-то, я категорический противник наркотиков. В своей компании я провожу политику нетерпимости к любым наркотикам и требую, чтобы сотрудники выборочно проверялись на их употребление.

Собственно, один из тех, кого я сегодня уволил, не прошел тест.

Ана явно ошеломлена, но я продолжаю:

– Мне никогда не делали переливания крови. Исчерпывающий ответ?

Она кивает.

– Следующий пункт мы уже обсуждали. Ты можешь прекратить отношения, когда захочешь, Анастейша. Я не буду тебя удерживать. Но если ты уйдешь, то навсегда. Просто чтобы ты знала.

Никаких. Вторых. Шансов.

– Хорошо, – отвечает она. Похоже, не очень уверенно. Мне обязательно нужно, чтобы хоть что-то ее держало сильнее, чем подписанный нами контракт. Если она его подпишет, конечно же.

Официант приносит первое блюдо, и мы оба замолкаем. Мелькает мысль: а не лучше было бы встретиться у меня в офисе, однако я тут же ее отбрасываю. Смешно. Только дураки смешивают бизнес и удовольствие. Я всегда разделял работу и личную жизнь, это одно из главных моих правил, и единственным исключением стали отношения с Еленой… но ведь она помогла мне основать собственное дело.

– Надеюсь, ты любишь устриц, – обращаюсь я к Ане, когда официант уходит.

– Ни разу их не пробовала.

– Неужели? Это легко, просто высасываешь содержимое раковины и глотаешь. Думаю, у тебя получится.

Я смотрю на губы Аны, вспомнив, как хорошо она умеет глотать. Ана, будто по команде, вспыхивает, а я выжимаю на устрицу лимонный сок и отправляю ее в рот.

– М-м-м, изумительно. Вкус моря. – Я улыбаюсь под завороженным взглядом Аны. – Давай же, попробуй.

– Значит, жевать не нужно?

– Нет, Анастейша, не нужно.

Я стараюсь не думать о том, как ее зубки играют с самой любимой частью моего тела.

Ана кусает нижнюю губу, оставляя на ней маленькие вмятины.

Черт! Это зрелище меня заводит, и я ерзаю на стуле. Ана берет раковину, выжимает лимон, закидывает голову назад и открывает рот. Мое тело напрягается, когда она высасывает устрицу.

– Ну как? – спрашиваю я слегка охрипшим голосом.

– Возьму еще одну, – с мрачным юмором отвечает она.

– Хорошая девочка.

Ана спрашивает, не заказал ли я устриц специально, из-за их возбуждающих свойств, и удивляется, когда я говорю, что и в мыслях такого не было, просто в меню устрицы идут первыми.

– Мне не нужны афродизиаки, когда ты рядом.

Да я бы прямо сейчас тебя трахнул!

Веди себя прилично, Грей. Давай-ка лучше вернемся к переговорам.

– Так на чем мы остановились?

Гляжу на ее письмо и пытаюсь сосредоточиться на спорных вопросах. Пункт девять.

– Во всем мне подчиняться. Да, я требую полного повиновения.

Это очень важно. Я должен знать, что она в безопасности и готова ради меня на все.

– Отнесись к этому как к ролевой игре, Анастейша.

– Но я боюсь, что ты причинишь мне боль.

– Какую?

– Физическую.

– Ты и вправду так думаешь? Что я перейду установленные тобой границы?