Когда осенние печали. Часть 2 (СИ) - Пиженко Эвелина Николаевна - Страница 46

- Стоп-стоп-стоп… - Мясников выставил вперёд ладонь. – Что за ерунда? Твоя секретарша и… я… Бред какой-то…

- Этому бреду уже месяца четыре… насколько я могу судить. И она мне в таком виде совершенно не нужна. – Глаза Олега сузились, теперь в них сквозил холод вперемешку со злобой.

- Подожди… - Виталий был в явном замешательстве и, положив на стол сложенные локти, чуть подался вперёд. – Она тебе что, сама сказала?!

- Естественно, нет. Я не обсуждаю с секретаршами подробности их личной жизни. Я могу лишь догадываться.

- Интуиция тебя подвела, Олежек, - Мясников нарочно усмехнулся, - к твоей Юле я не имею никакого отношения. И, вообще, у нас с тобой более серьёзные дела на повестке, чем беременность какой-то девочки.

- Ну, смотри... – Олег как-то странно усмехнулся, бросив на собеседника недобрый взгляд, - Хотел я её пристроить… да, видимо, не по адресу попал.

На фоне надвигающихся проблем беременность Юлии, с которой он не так давно состоял в любовной связи, казалась пустяком, но после разговора с шурином Виталий то и дело мысленно возвращался к этой новости. Он давно не видел Юлю… После летних событий он резко оборвал их встречи, и, если Олег не врёт, то четыре месяца беременности – вполне реальный срок для его ребёнка.

«Какого ещё к чёрту ребёнка?!»

Одёрнув себя от этой мысли, Мясников переключился на Татьяну… Олег сказал, что Таня приписывает ему беременность секретарши. Он, конечно, мог соврать, и, скорее всего, соврал, но… неужели Татьяна, действительно, ревнует этого урода?! Она бы скорее предъявила претензии ему, Виталию… Ведь она так тяжело перенесла его измену тогда, летом…

«Измену…»

Странное слово по отношению к чужой, по сути, женщине. А она и правда, чужая… По всем формально-официальным статьям – чужая. И ничего не исправить… Они не могут быть вместе, этому постоянно находятся какие-то дурацкие причины… Даже сейчас, когда, казалось бы, их чувства проверены и как никогда сильны, они не могут соединить свои судьбы. Земля в очередной раз уходит из-под ног, и слишком много поставлено на кон.

Но, Боже… Как он соскучился… Они не виделись уже почти два месяца – Татьяна боится, что муж установил за ней слежку и отказывается от встреч. О том, что её подозрения не беспочвенны, говорят некоторые, ей одной известные факты. Виталий верит ей… Таня не из тех, кто истерит без веской причины.

Она боится и за себя, и за детей… Олег – грамотный юрист, ему ничего не стоит отсудить у неё сыновей, он уже вёл подобные дела, она знает все подробности чужих трагедий… Он рассказывает ей о них, и она почти уверена, что эти рассказы имеют под собой одну цель: напугать её саму. С некоторых пор Таня подозревает, что муж знает о её связи с Виталием.

…Они перестали видеться наедине, и это – настоящая мука. Встречи за «семейным» столом в доме Олега, куда Виталий время от времени заходит в гости, не в счёт… Они только разжигают его страсть, когда Таня, хлопоча на кухне, накрывает им с Олегом стол… она скользит мимо него, нечаянно задевая то рукой, то бедром… И никто не знает, чего стоят ему сдержанные улыбки и дежурные фразы, за которыми тщательно скрывается порыв схватить её в охапку… разорвать этот чёртов халат… ощутить под рукой её желанное тело…

Он думает о ней каждый раз, когда пользуется «услугами» своей собственной секретарши Светланы… он представляет её, когда ложится в постель с очередной девочкой по вызову… Не так давно он купил себе квартиру, но Таня ещё ни разу не осмелилась переступить её порог. Хотя об этой квартире не знают ни Александра, ни другие члены семьи, включая и Олега. Впрочем, слово «семья» в данном случае не очень уместно.

У него нет семьи. Люди, которые называют себя его родственниками, даже те, кто носит его фамилию – не его семья. Они всегда были чужими с Сандрой… А Миша… Нельзя сказать, что парень ему безразличен. И, женись он на женщине, изначально имеющей ребёнка от другого мужчины, его чувства к этому ребёнку были бы совершенно другими. Но в его ситуации между ним и сыном всегда стояла стена обмана. Да, Миша ни в чём не виноват… но он, Виталий, так и не смог привязаться к мальчику так, как привязывается любящий отец к своему чаду. Мысль о том, что его в своё время просто использовали, прикрывшись благородным поступком, безжалостно разрывала их связь с сыном на протяжении всех этих лет.

Даже свой недавний день рождения Виталий предпочёл провести не в семейном кругу.

…День рождения… именно с него всё и началось тогда, шестнадцать лет назад. Траур по случаю смерти генсека, совпавший с его, Виталия, очередной датой… Отчаянный, «на публику», поход в ресторан с любимой девушкой, закончившийся дракой и тяжкими последствиями… Нелепая женитьба на Сандре… И годы жизни, в которых не было самого главного: личного счастья..

…Интересно, где теперь та самая Аня?.. Ведь он любил её тогда… И потом – любил… Она исчезла из его жизни, растворилась без следа… Он так и не узнал, был ли он на самом деле отцом её ребёнка?.. Тогда, много лет назад, когда чувства к Анюте ещё не остыли, Виталий часто думал о том, что, увидев малыша, он сразу бы понял – его это ребёнок, или того курсанта, за которого Аня вышла замуж.

Ребёнок… А, что, если, действительно, у него где-то есть родной сын или дочь?.. Может, стоило всё же найти её… Хотя… теперь это не так и важно. Любви к Ане давно уже нет… остались лишь приятные воспоминания…

Которые, впрочем, сейчас вовсе не уместны.

Его бизнесу, его благополучию грозит серьёзная опасность, и не время предаваться ностальгии.

«Чёрт… Ещё и Юлька…»

***

Таня позвонила через день и сама назначила встречу – к его огромному удивлению и не менее огромной радости. В целях конспирации она запретила ему встречать её где-нибудь на улице, и сама приехала на его новую квартиру.

- Таня… Танечка… - он не смог справиться с собой, и, прежде чем выслушать, утащил в спальню, повалил на новую кровать, - Таня… потом… всё потом…

…Она даже не сопротивлялась, сама растворившись в его ласках, отдаваясь им с небывалой доныне страстью, граничащей с исступлением. Даже потом, выплывая из окутавшей её неги, она не сразу вспомнила, зачем отважилась на такой рискованный шаг. Вспомнив же, сразу сделалась серьёзной и, присев в постели, подняла на Виталия тревожный взгляд.

- Виталик… я не знаю, правильно ли я сделала, что пришла, но…

- О чём ты… - он попытался снова притянуть её к себе, но Таня слегка упёрлась ладонью ему в грудь и медленно покачала головой.

- Подожди… - она судорожно вздохнула, как бы собираясь с мыслями. – Я хочу сказать, что… наверное, я поступаю подло по отношению к Олегу, но… я не могу не предупредить тебя…

- Что случилось? – уже догадавшись, что услышит сейчас что-то очень важное для себя, Мясников тоже посерьёзнел.

- Олег хочет тебя подставить. Я случайно услышала, как он говорил по телефону, что готов продать часть своих акций Лозинской… Я поняла, что разговор шёл о смещении тебя с поста генерального директора… Ты же знаешь, как работает эта схема?.. Он продаст часть акций, чтобы имитировать собрание акционеров…

- Ну, почему же имитировать… - от услышанной новости Виталий помрачнел и заговорил глухим, низким голосом. – Собрание будет самым настоящим…

- Я хотела сказать, что весь спектакль и будет устроен только ради этого собрания…

- Что-то подобное я и подозревал…

- Но это ещё не всё… - Таня глубоко вздохнула и на несколько секунд замолчала, как бы обозначая особую важность тех сведений, которые она собиралась сейчас сообщить.