Наследник из Калькутты - Штильмарк Роберт Александрович - Страница 123

Вывороченный корень тянулся поперек тропинки. Кок наступил на корень, но не успел даже занести другую ногу, как в воздухе что-то пронзительно свистнуло. Матрос рухнул навзничь, едва не сбив с ног Ольберта. Из груди мертвого кока торчала длинная стрела, пронзившая его насквозь. Лорн осмотрел корень и раздвинул кусты: возле самой тропы, укрепленный вертикально, стоял в кустах высокий лук со спущенной тетивой...

— Негритянская штука... — пробормотал Ольберт. — Я слышал о таких ловушках в африканских дебрях. Помоги нам бог выбраться отсюда!.. Смотрите, мистер Лорн, мы со всех сторон окружены лесным пожаром! Лес подожжен, нас берут в огненное кольцо.

Лорн осмотрелся вокруг. Птицы с тревожными криками носились над облаками дыма. Из чащи то и дело выбегали козы, шакалы, обезьяны. Спасения следовало искать в горах, но как добраться до них, минуя проклятые тропинки?

Трое уцелевших моряков стали пробираться вслед за убегавшими животными. Несколько часов они шли по лесу и наконец достигли предгорий. Ущелье с каменистыми склонами, постепенно повышаясь, вело к Скалистому пику.

День близился к концу. Дождь утих, и сильный ветер раздувал лесной пожар.

Моряки поднялись еще на милю вверх по ущелью, увидели закатное солнце, лес, охваченный пожаром, и низкие тучи. В бухте, рядом с желтой отмелью, виднелись мачты затонувшей «Элли».

— Поищем себе убежище для ночлега, — предложил Лорн. — Если к нам попытаются ночью подползти, будем драться. Но, кроме этих проклятых мертвецов, на всем острове не видно ни одного человеческого существа. Ведь не скелеты же, в самом деле, хозяйничают в поселке, устраивают взрывы и жгут леса? Все это похоже на какую-то дьявольщину!

Они вскарабкались по крутому склону. Солнце освещало последними лучами мшистую поверхность скалы с какими-то полосами и значками. Лорн с трудом разобрал длинную поминальную надпись.

— Могила Бернардито!.. — прошептал он.

Все трое, почти теряя силы от усталости, преодолели последний подъем и увидели площадку. Но она оказалась уже занятой. Странные здесь обосновались гости! Посреди площадки, под самой надписью, высился могильный холм, покрытый гранитной плитой. Вокруг этой плиты шел странный пир: одиннадцать мертвецов сидели в самых причудливых позах над местом вечного упокоения Бернардито Луиса. Голые черепа доверительно клонились друг к дружке, будто мертвецы о чем-то совещались. А на самой могильной плите стояли бутылки и оловянные кружки.

У Ольберта волосы зашевелились на темени. Джозеф Лорн отступил от края, Трессель чувствовал себя уже близким к потере рассудка. Они торопливо покинули площадку веселых покойников и перебрались на уступ, откуда срывался водопад. Кругом сгустилась мгла. Края туч озарялись кроваво-красным заревом пожара. А вдали, за облаками дыма, чернели береговые мысы и глухо ревел океан, разбивая вал за валом об утесы «острова мертвых».

Утром мистеры Джозеф Лорн, Хью Ольберт и Роберт Трессель сами подивились тому обстоятельству, что они еще живы и что страшная ночь миновала благополучно.

При утреннем свете они увидели на дне ущелья стадо диких коз. Выгнанные со склонов горы пожаром, они сбились в кучу на берегу ручья.

Подкравшийся Лорн ударом ножа убил раненого козленка. Моряки развели костер. Это была их первая трапеза после гибели яхты. Подкрепившись, они выбрались руслом ручья к бухте и под вечер добрались до своей шлюпки. Суденышко оказалось в сохранности. Моряки долго осматривали шлюпку, опасаясь новых козней врагов, и наконец пересекли бухту. Крокодилы покинули песчаную отмель, потревоженные низко стелющимся дымом пожара. В песке лежало много черепашьих яиц. Моряки испекли их и наелись досыта.

Раздевшись и не выпуская из рук ножей, они принялись осматривать полузатонувшую «Элли». Было время отлива, и крышка задраенного люка выступала из воды. Моряки взломали люк багром и спустились в трюм. Здесь они нашли запасы провианта.

— Слушай, Джо, что ты думаешь обо всей этой чертовщине? Спим мы или отравились ромом?

Слова Тресселя глухо звучали в трюме. Лорн перекрестился.

— Хотел бы я оказаться за тысячу миль отсюда! Видно, ад выпустил на этот остров всех своих детей. Надо уносить ноги отсюда. Я предлагаю выйти в море на шлюпке. Пойдем навстречу шхуне Каррачиолы и повернем ее на шестнадцать румбов. Пусть сам дьявол занимается плантацией на острове Райленда. Я ему здесь не слуга! По мне, лучше десять раз утонуть, чем провести еще один такой денек.

Трессель и Ольберт обрадовано согласились. Шхуна Каррачиолы, как они полагали, остановилась неподалеку от подводной гряды рифов. Это шестьдесят-восемьдесят миль; есть шансы на спасение.

Посланцы виконта Ченсфильда вооружили шлюпку парусом, взяли запас продовольствия и бочонок воды, соорудили на корме парусиновый навес и заняли места гребцов. Лорн принес из рубки штурвальное колесо «Элли», судовой журнал и денежный ящик. Оружия у моряков по-прежнему не было. Перекрестившись, Лорн оттолкнул шлюпку от песчаной отмели. Они благополучно миновали пролив, поставили парус и пошли вперед, борясь с волнами и течением. Вскоре остров, объятый дымом пожара, отдалился, и маленькая скорлупка с тремя беглецами оказалась во власти угрюмого, пустынного океана...

На вторые сутки плавания шлюпка подошла к подводной гряде. Здесь, к своему ужасу, моряки увидели остатки разбитой «Удачи». Осмотрев погибшую шхуну, они смогли лишь немногим пополнить свои запасы, но зато перебрались в другую шлюпку, более устойчивую и поместительную. Дальнейшее путешествие на шлюпке с «Удачи» длилось почти три недели. Уже кончились запасы, а бочонок из-под воды пустовал третьи сутки, когда в двухстах милях от Игольного мыса моряки были подобраны кораблем, шедшим в Вест-Индию.

Когда они добрались туда, истратив все деньги, им пришлось наняться на каботажное судно Вест-Индской компании и проплавать два месяца. Попутным рейсом британское судно доставило их до Гибралтара. Лишь к зиме 1779 года все три моряка ступили наконец на английскую землю в Бристоле и в качестве пассажиров почтовой кареты прибыли к бультонской гостинице «Белый медведь». К своему удивлению, Джозеф Лорн узнал в лице нового владельца гостиницы «Белый медведь» мистера Вудро Крейга, весьма пополневшего и еще более величественного.

Пока Хью Ольберт и Роберт Трессель откупоривали первую бутылку, мистер Джозеф Лорн, выслушав от Крейга новости, взял наемный кэб и отправился к своему высокому патрону, сэру Райленду, графу Ченсфильду, адмиралу отечественного флота.

6

Неимоверная теснота царила на борту «Африканки». Более семисот спасенных из неволи возвращались на Конго. Чернокожие матросы капитана Бернардито, производя парусные маневры, буквально переступали на палубе через тела своих соплеменников. Корабль сделал на протяжении всего пути от Капштадта только два захода в островные бухты, чтобы пополнить запасы пресной воды. В начале ноября 1778 года «Африканка» приняла на борт туземного лоцмана и, минуя португальские фактории в дельте, поднялась на сотню миль вверх по священному Конго. Судно двигалось в окружении целой флотилии негритянских челноков и лодок с причудливо скроенными парусами. По берегам простирались болотистые заросли и зеленели тропические леса. С мостика открывался вид на густолиственные чащи, перевитые ползучими растениями.

Навстречу кораблю прибыл из своей резиденции сам Нгуди-Мианге, властитель обширной области, вождь баконго, отец военачальника Майни-Мфуму. Под грохот барабанов, звуки труб и тростниковых флейт, под струнную музыку маримб и оглушительные приветственные крики старый Нгуди-Мианге прежде сына обнял высокого капитана в потертой треуголке. Бернардито, Антони и Доротея сошли на берег и в сопровождении сотен людей совершили на слонах небольшое путешествие до священного озера близ Мбанза-Конго, где высился храм, посвященный царю богов и всем предкам народа баконго.

Жрецы ввели одноглазого капитана в этот храм и торжественно провозгласили его великим Чэмбу, божественным посланцем на земле, всевидящим светлым оком, сокрушающим копьем, молнией божественного гнева, могучим баобабом и пальмой пустыни.