Бурятские сказки - Автор неизвестен - Страница 67

— Почему вы едите из такой посуды? — спрашивает Бата Ошор.

— А мы черти, — отвечают те.

Досталось каждому по куску мяса, но черти говорят: «Мы сначала мясо на огне поджариваем, чтобы оно измельчилось, а потом едим», — вывалили мясо на угли, дождались, пока оно обуглилось, и только после этого съели. Когда черти собрались уходить, Бата Ошор спрашивает у них:

— Вы еще вернетесь, чтобы на сон грядущий закусить?

— Нет, мы уже сыты, — сказали черти и ушли.

Остался Бата Ошор один. Расставил он девять верблюдов кругом, а в середине круга постелил такую постель, как будто в ней человек спит, сам же спрятался за одним из верблюдов. Перед рассветом, в самый сонный час, черти вновь пожаловали. Увидели постель и толкуют меж собой: «Вон он спит», — а потом один другого подталкивает: «Ты иди!»; а другой в ответ: «Нет, ты!»

Самый главный из них, по имени Жабаадай, подкрался к постели и кинулся на нее. Тогда Бата Ошор крикнул из-за верблюда:

— Вы переступили черту круга, и за это я перестреляю вас из лука! Вы же дали слово не возвращаться, а сами убить меня вздумали?! — и тут же пустил стрелу в Жабаадая. Стрела задела черту нос, и взвыл он, обращаясь к остальным:

— Подайте мне мое лекарство!

А Бата Ошор схватил черта за шкирку и спрашивает:

— За что вы хотели убить меня?

— Не спрашивай и не сердись сильно, — отвечает Жабаадай. — Я отныне стану служить тебе верой и правдой.

— А что это за лекарство, которое тебе друзья дали? — не отстает Бата Ошор.

— Оно волшебное, — сказал Жабаадай, намазал себе нос целебным зельем и обернулся невидимкой.

Окликнул его Бата Ошор раз, окликнул другой. «Я тут, рядом с тобой», — отвечает Жабаадай.

Так и отправились они в путь: Бата Ошор, а рядом — невидимый черт Жабаадай.

Долго ли, коротко ли, доехали до развилки трех дорог и увидали на придорожном камне такие слова: «Налево поедешь — коня потеряешь и сам погибнешь. Прямо поедешь — останешься живым, но безлошадным. Поедешь направо — быть коню без седока». Бата Ошор говорит Жабаа-даю:

— Пока ты невидим, скачи по первой дороге и разузнай все. А я пока чай заварю.

Не успела вода закипеть, как Жабаадай обратно скачет.

— Что ты видел, что узнал? — спрашивает Бата Ошор.

— Видел я юрту, в которой живет злая старуха-толстуха. Но ты не бойся эту ведьму, я всегда рядом буду.

Поехали Бата Ошор с Жабаадаем по той дороге. Подъехали к одинокой юрте и остановились. Видят: вокруг человеческие черепа валяются. Заходит Бата Ошор в юрту и спрашивает у старухи-толстухи:

— Позволь, бабушка, ночь переночевать.

— Это можно, — отвечает старуха. — Но ответь мне, молодец: далеко ли путь держишь?

Рассказал ей Бата Ошор про свою нужду, про коня волшебного вороного. Тем временем старуха накормила, напоила Бата Ошора, постель постелила. Сама отправилась в другой угол, на свою кровать улеглась. А Бата Ошор все думает и думает: «Откуда человеческим черепам на старухином дворе взяться?»

— Глаз с нее не спускай, — наказал он Жабаадаю, лег в постель, а сон не идет.

Посреди ночи зашумело-загремело. Вошли в юрту пять парней, пять старухиных сыновей. Обрадовалась старуха их приходу:

— Как вам промышлялось, сыночки мои? Как вам воровалось? Что сегодня добыли? Если вы голодны, то я вам угощенье приготовила. Гляньте: какой молодец спит-почивает, о своей погибели не знает.

— Не голодны мы, — отвечают сыновья. — Со своей добычей приехали: ханскую дочь во дворе привязали, а двумя ее сановниками закусили по дороге.

— Раз так, — рассмеялась старуха-толстуха, — то мое угощение на завтра оставим, пусть поспит.

Улеглись сыновья спать, угомонилась старуха-толстуха. Тогда Бата Ошор говорит Жабаадаю:

— Возьми волшебную саблю, что висит на стене северной стороны, и отруби головы этим пяти шулмусам.

Подкрался Жабаадай к стене, снял волшебную саблю, снес головы шулмусам и накрыл убитых одеялами. Потом подошел к старухе, скрутил ее по рукам и ногам, к кровати привязал.

— Вставайте, сыновья мои! Выручайте вашу матушку! — стала звать старуха-толстуха.

— Спят твои сыновья, — говорит Бата Ошор.

Дернулась старуха, хотела взглянуть на своих сыновей, но ни рукой, ни ногой не пошевелить — путы мешают.

— Почему ты, злодейка, кормишь своих сыновей человечиной? — спрашивает Бата Ошор.

— Мы, шулмусы, испокон веков на людей охотимся, — отвечает старуха-толстуха.

— Кончилась ваша охота! — сказал Бата Ошор, забрал волшебную саблю и вышел во двор, оставив старуху на верную погибель. Глядит: а к коновязи девушка-красавица крепко-накрепко ремнями прикручена.

— Кто ты такая? — спрашивает Бата Ошор.

— Я ханская дочь, — отвечает девушка сквозь слезы. — Пошла я прогуляться в сопровождении двух сановников. Но тут напали на нас пятеро шулмусов, и вот я здесь, а от сановников моих только косточки остались.

— Нет больше шулмусов в живых, а значит, и бояться тебе некого, — говорит Бата Ошор. — Я сам провожу тебя домой. — Распутал он крепкие путы, развязал тугие узлы, освободил девушку. А потом кликнул Жабаадая, и поскакали они втроем дальше.

Когда впереди показался великолепный дворец со множеством людей в траурных одеждах, девушка сказала Бата Ошору:

— Не иначе как справляют по мне поминки. Ведь с тех пор как я исчезла, прошло пять дней. Сходи, предупреди моих родителей. Скажи им о моем избавлении, только осторожно, а то не перенесут они нежданной радости. Я же пока здесь побуду.

Зашел Бата Ошор во дворец, чинно поздоровался со всеми. Печальные хан с ханшей учтиво встретили гостя, под руки взяли, за стол усадили.

— По какому случаю в вашем доме совершают молитву набожные ламы? — спрашивает Бата Ошор.

— Была у нас единственная дочь-дангина, — отвечает хан. — Отпустили мы ее погулять вместе с двумя сановниками. И с тех пор их нет, как в воду канули. Мы не знаем, куда делась наша дочь, но думаем, что случилось самое худшее, поэтому и пригласили почтенных лам на поминальную молитву. — После этих слов хан опустил голову в большой печали, а ханша зарыдала.

— Батюшка хан, матушка ханша, — обратился к хозяевам Бата Ошор, — не надо так убиваться, я найду вашу дочь.

Хан и ханша руками замахали.

— Что ты, что ты! — говорят. — И ее не найдешь, и сам голову сложишь.

— А я говорю, что верну вам дочь! — стоит на своем Бата Ошор. — Только не падайте от радости в обморок.

Через малое время вернулся Бата Ошор во дворец вместе с дангиной. Хан с ханшей, не помня себя от радости, стали свою дочку обнимать-целовать. Бросили ламы читать поминальную молитву по живому человеку, удалились незаметно.

В награду за спасение дочери хан подарил Бата Ошору чудесного гнедого коня. Отправились Бата Ошор и Жабаадай дальше. Ехали, ехали и наконец приехали во владения Шаазгай хана. Бата Ошор отправил Жабаадая разузнать, где находится волшебный вороной конь.

Не мешкая, отправился Жабаадай на подворье Шаазгай хана. Через малое время возвратился обратно и говорит:

— Волшебный вороной конь заперт в чугунном амбаре, огороженном каменной стеной. Трудно будет до него добраться.

— Не труднее, чем шулмусов победить, — сказал Бата Ошор.

Вспомнил он о волшебной старухиной сабле, взмахнул ею раз — все замки, все запоры с чугунных ворот слетели, взмахнул другой раз — ворота сами отворились. Вывел Бата Ошор из чугунного амбара волшебного вороного коня, сел на него, Жабаадай сел на гнедого, и поскакали они обратно.

Долго ли, коротко ли, приехали в родные края. Бата Ошор отправил невидимого Жабаадая к отцу да к мачехе с наказом: «Сходи, разузнай, что говорят обо мне». Пришел Жабаадай во дворец и слышит разговор хана с ханшей:

— К приезду нашего сына выкопаем яму глубиной в девяносто саженей. Накроем ее красивым ковром. Приготовим побольше арзы и хорзо. Поставим угощение на золотой столик. Усадим за него сына, как самого дорогого гостя. Будем яствами кормить, винами поить. А когда он опьянеет, возьмем под руки и под сладкие речи поведем по ковру. Тут наш дорогой гость и провалится в девяностосаженную яму.