Клянусь луной - Басби Ширли - Страница 67

— Ты готова к встрече с Йейтсом? — спросила она Эдвину. — Когда с ним будет покончено, тебе станет значительно легче жить. Я постараюсь уговорить Патрика выделить тебе денег, чтобы улучшить твои… жилищные условия.

Эдвина, за которой Тия следовала в глубь дома, обернулась к ней через плечо:

— Ты уверена, что он позволит? Не думаю, что твоему мужу понравится содержать женщину, у которой есть супруг, обязанный о ней заботиться.

Тия покусывала губу, раздумывая над словами сестры. Она не хотела давать Эдвине ложную надежду, но Патрик доказал, что благороден и щедр. Наверняка он не откажется помочь Эдвине. Не могла же она ошибиться и выйти замуж за жестокого скрягу!

Где-то в глубине дома пробили часы. Сообразив, что уже без пятнадцати двенадцать, Тия заволновалась:

— Куда мы идем? Разве мы не должны ждать Йейтса? Он приедет в полдень, и лучше бы встретить его у двери, чтобы его не видели торчащим около твоего дома.

— Не беспокойся о нем. Лучше скажи, ты принесла деньги?

— Да, они здесь, в сумке. Мне не терпится от них избавиться. Всю дорогу я думала только о том, как бы меня не ограбили.

Эдвина провела сестру в маленькую комнату в самом дальнем конце дома, воздух в которой казался спертым.

— С твоим состоянием подобная потеря не страшна. Ты всегда могла бы найти еще столько же денег.

— В общем, да, — ответила Тия, ощущая смутное беспокойство. — Но ведь и эти деньги — очень крупная сумма, практически целое состояние. Большинство людей никогда и в глаза их не видели. Мой банкир был потрясен тем, что я затребовала столько денег сразу. Боюсь, он заподозрил неладное.

— Конечно, это большие деньги, — согласилась Эдвина. — Жаль, что мой муж с такой легкостью их проиграл. Однажды он потерял пятьдесят тысяч за одну ночь! После такого мне трудно думать о семидесяти тысячах как о гигантских деньгах.

— Пятьдесят тысяч! — воскликнула Тия в ужасе. Устроившись за маленьким столиком из вишневого дерева, Эдвина вздохнула:

— Не вижу причин для такого удивления. Ты же знала, что Альфред — игрок. Знала, но позволила мне выйти за него замуж.

Едва не рухнув от потрясения на мягкий диванчик, накрытый линялым пледом, Тия уставилась на сестру:

— Что значит «позволила»? Ты уперлась и приняла решение сама.

Эдвина ласково посмотрела на Тию.

— Но разве это не было твоей обязанностью — оберегать меня от охотников за богатыми невестами? — Пухлые губки презрительно изогнулись.

— Эдвина! Я сделала все, чтобы уберечь тебя от Альфреда! Но ты была непоколебима. Ты даже убежала с ним, чтобы сочетаться браком! — Понизив голос, Тия продолжила: — Ты же знала, что после вашего побега брак неизбежен. Когда-то я совершила такую же ошибку, а ты ее повторила. Почему ты не послушалась меня?

— Ты так любишь говорить о себе, дорогая сестра, — фыркнула Эдвина. — «Я совершила ошибку», «Я виновата во всем»! Ты купалась в чувстве вины, как саламандра в огне! Я всегда оказывалась в твоей тени, жалкое повторение скандально известной сестрицы! И ты намного богаче меня. Семья бросила все свои связи и деньги на то, чтобы спасти твою репутацию. Бедняжка Тия! А как же я? Почему меня никто не спас после моей ошибки? Да на меня всем было наплевать! Даже если бы я вообще исчезла, никто бы не расстроился. Все любят Тию, всем нравится Тия, все обожают Тию! Меня тошнит от этого! — Эдвина, выпучив глаза, махала руками. Тия смотрела на нее, застыв от изумления. Эдвина взглянула на сестру полным ненависти взглядом. — Да если бы не ты и твой скандал, я могла бы сделать отличную партию. Я заслуживала лучшей участи! По твоей вине я вышла замуж за мерзкого Херста! По твоей вине я живу в развалюхе, на порог которой вечером страшно выйти, потому что здесь бродят бандиты и воры! Ты дрянь!

Тия молча смотрела на сестру. Для нее явилось немалым потрясением, что Эдвина так сильно ненавидит ее. Возможно, Модести была права, укоряя ее за излишнюю мягкость к сестре? Досада Эдвины на собственные неудачи вылилась в ненависть и презрение к Тии. Поддерживая несчастную сестру, Тия и не подозревала, что воспитывает в ней чудовище.

— Мне очень жаль, что ты так обо мне думаешь, — негромко проговорила Тия. — Я не могу изменить прошлое, но прежде, чем я покину Англию, я собираюсь тебе помочь. В последний раз. Возможно, когда я уеду, это благоприятно скажется на тебе. Высший свет может принять тебя в свои ряды теперь, когда твоя беспутная сестра очистилась с помощью брака. Я уговорю мужа дать тебе денег. А тебе стоит поучиться жить самой, без моей помощи. Так что распоряжайся тем, что тебе достанется, разумно. И если ты не сумеешь прожить на эти деньги, это будет целиком и полностью твоя вина. Я умываю руки.

Эдвина ахнула, потрясенная холодным тоном сестры. Меж тем старшая сестра встала и начала ходить по комнате.

— Что это? — вдруг насторожилась Тия. — Ты слышала этот шум? Кажется, кто-то ходит по дому. Что, если это Йейтс?

Эдвина наклонила голову и прислушалась. Дом казался безмолвным.

— Ты ошиблась, — буркнула Эдвина мрачно. — К тому же я просила Йейтса подойти к заднему входу. Не хочется, чтобы кто-то видел его возле моего дома.

Тия еще несколько секунд вслушивалась в тишину, затем снова начала мерить шагами комнату. Проведя бездумно пальцем по книжной полке, она с удивлением уставилась на толстый слой пыли и дорожку, которую оставил палец. Маленькие часы, стоявшие на полке, показывали начало первого. Недоуменно нахмурившись, Тия обернулась к сестре:

— Кажется, все сроки вышли. Где же этот проклятый Йейтс?

— Я думаю о том же. Где его носит? — вздохнула Эдвина.

Примерно в это же время Патрик выходил из дома матери. Настроение у него было самое добродушное, разговор порадовал его, и Патрик даже насвистывал себе под нос.

Итак, больше никакого шантажа. Вот уж удивительное стечение обстоятельств: письма вернули хозяйке, и сделал это не кто иной, как ее же муж! Патрик с улыбкой покачал головой, вспоминая рассказ лорда Колдекотта. Отчим приложил немало усилий, чтобы завоевать доверие жены. И на что только не идут несчастные мужчины, чтобы доказать женщинам свою любовь! Патрик рассмеялся, представив, как лорд Колдекотт крадется в темноте по Керзон-стрит, выслеживая шантажиста.

Встреча с матерью оказалась не только приятной, но и недолгой, а потому Патрик решил все-таки встретить жену в доме Модести, чтобы вместе вернуться домой. Однако его ожидало разочарование.

— Мисс Бредфорд нет дома? — изумленно спросил он у Тиллмана. — Что это значит? Моя жена собиралась ее навестить.

Дворецкий часто заморгал:

— Я… я, право, не знаю, милорд, что это значит. Мисс Бредфорд уехала по делам около получаса назад. — Он покашлял и помялся у двери. — Она не сообщила, куда едет и скоро ли вернется. А что касается мисс Ти… я хотел сказать, миссис Блэкберн, то она не предупреждала о визите. — Дворецкий с беспокойством взглянул на все сильнее мрачнеющего Патрика. — Возможно, вам будет интересно узнать, что всего несколько минут спустя после отъезда мисс Бредфорд приезжал мистер Джон Хазлетт. Его опечалило ее отсутствие не меньше, чем вас.

Патрик поблагодарил дворецкого и с тяжелым сердцем отправился домой. Он убеждал себя, что причин для волнений нет. Никто не тронет его жену. Херст мертв, Элсуорт — тоже. История с шантажом раскрыта. Зачем же паниковать? Возможно, Тия вообще передумала ехать к Модести и сейчас ждет его дома? Комок в горле растаял. Конечно, она дома!

Благостное настроение вернулось, и Патрик улыбнулся при мысли, какие непристойные вещи будет проделывать с женой, когда доберется до нее.

Однако на Гамильтон-сквер его ждали неожиданные новости. Тия уехала из дома и до сих пор не вернулась. Патрик угрюмо смотрел на Четема. Дворецкий смущенно молчал, словно отсутствие Тии было его виной.

— Кстати, милорд, в библиотеке вас ждет некий джентльмен. Он был расстроен тем, что не застал вас дома, и сейчас, полагаю, пишет вам записку. Это мистер Джон Хазлетт.