Трудные дети (СИ) - Молчанова Людмила - Страница 147

   В списке значилось больше трех сотен фамилий. Некоторые были знакомы отлично, какие-то просто оказались на слуху, но одно имя повергло меня в жестокую апатию, вырвав из реальности и вышибив почву из-под ног.

   Снова он. Дирижер. Его имя и фамилия под сто сорок седьмым номером горели для меня сигнальным светом. Чуть поодаль - имя Лешки и...и все. Все. Больше не было. Но и этих двух людей достаточно, чтобы свести меня в могилу. Я лихорадочно заметалась по пустой квартире, просчитывая варианты. Залезла в записную книжку Ромки, чтобы удостовериться, что это не его знакомые. Не его. Таких людей он не знал. Чьи они тогда? Тогда Льва Ивановича. Наверняка партнеры какие-нибудь...

   Я долгое время не оказывалась так близко с прошлой жизнью, своеобразной параллельной реальностью, которая вроде есть, а вроде бы и нет. Волоски на руках дыбом вставали от одной мысли, что две реальности соприкоснуться друг с другом, и тогда одна из них разрушится. Я даже знала какая - та, что с адским трудом была выстроена собственной кровью.

   Мне нужен был кто-то рядом, чтобы просто...был. Я смалодушничала - позвонила Тоше, согласная абсолютно на все, что бы он ни потребовал. Лишь бы приехал. Он не ответил. Элеонора Авраамовна наверняка спала, да и не факт, что стала бы со мной разговаривать и выслушивать непонятные страхи. И тут в моих мокрых ладонях завибрировал мобильный, заставив подскочить от ужаса. Рита.

   - Привет! - выдохнула я с облегчением и без сил рухнула на диван.

   - Привет, - тихий женский голос действовал почти успокаивающе. - Как ты?

   - Почему ты позвонила? Ведь уже поздно.

   - Не знаю. Просто захотелось позвонить. Я не вовремя? - испугалась она.

   - Нет. Вовремя. Очень вовремя.

   - Ты больше не сердишься на меня за те слова?

   - Нет.

   - Это хорошо, - повеселела девушка. - Я очень рада.

   - Я тоже.

   - Аль...а ты не хочешь ко мне приехать? Просто так. В гости.

   - Хочу, - светлые стены квартиры мужа не приносили ни защиты, ни успокоения. - Сейчас буду.

   Рита не задавала вопросов, не спрашивала, что случилось и почему я на взводе, молча сделала чай с ромашкой и так же молча его вылила, когда я попросила кофе. Спокойно подала пепельницу и зажигалку, когда я закурила, правда, отметила:

   - Почему ты всегда, когда ко мне приходишь, тянешься за сигаретой?

   - Потому что только здесь я могу спокойно покурить.

   - Тогда кури. У тебя что-то стряслось?

   Глубоко затянулась и пристроила голову на мягком подлокотнике.

   - Да. Потенциальная встреча со смертью.

   - Что? - опешила Рита.

   - Я как чувствовала, что с этим списком будет что-то не в порядке, - забыв про девушку, бормотала себе под нос. - Надо было проверить раньше, разузнать...А сейчас что? Через две недели свадьба...Но я не могу отступить. Я столько сил в нее вложила...

   - Я не понимаю, Аля. Ты можешь объяснить?

   - Объяснить? Легко. На свадьбу в перспективе приглашены те, кого я видеть не желаю.

   - И все?

   - И все.

   - Но в чем тогда проблема?

   - Проблема в том, что если эти люди придут, я умру долгой и мучительной смертью.

   - Ты шутишь? - с недоверием и надеждой спросила Рита.

   - Отнюдь. В моих словах нет и процента шутки.

   - Что ты им сделала?

   Вопрос на миллион. А что я сделала, собственно? Выжила?

   - Долгая история.

   - Не хочешь рассказать?

   - Нет, - сказала, как отрезала, и Марго понятливо отступила.

   - Не приглашай их.

   - Они партнеры моего свекра.

   - Важные?

   - Не знаю.

   - Тогда вычеркни, - дала отмашку рыженькая и легла на пол, меланхолично разглядывая потолок. - Вычеркни и забудь.

   - А если они придут?

   - Ну что ж...Все, что могла, ты сделала.

   - Не факт, что это поможет.

   - Я не знаю.

   Каким-то образом я успокоилась и пришла в норму, убедив себя, что ничего страшного не произойдет. Из списка я их вычеркну, никому про них напоминать не буду...Все в норме. Только бы свадьба закончилась.

   - Пойдешь ко мне подружкой невесты? - перед уходом предложила я Рите.

   Она как ребенок подскочила и захлопала в ладоши.

   - Пойду! Ааа, - завизжала она и кинулась мне на шею. - Спасибо! Я иду на свадьбу, я иду на свадьбу...

   - Слушай, Рит, - поинтересовалась я, глядя на скачущую козленком девушку. - Ты на учете в психушке часом не состоишь?

   - Нет, - от неожиданности вопроса она замерла, застыв в нелепой позе. - А надо?

   - Вообще - нежелательно. Ладно, до встречи.

   С холодной головой и трезвым рассудком я собственноручно проследила за отправкой пригласительных, строго-настрого приказала охране - а она была! - никого постороннего не впускать. Пусть это хоть сам президент. И заказала два билета на романтическое путешествие в Париж, где отлет должен был состояться через три с половиной часа после свадьбы. То есть - мы в Париж, а гости пусть развлекаются. Мне на это даже денег не жалко было. Рома со мной не спорил, а Наталья Дмитриевна лезть боялась.

   ***

   Когда настал день Х, хотелось только одного - чтобы он побыстрее закончился и остался в прошлом. Не радовал дорогой, красивый и стильный наряд, которым в обычное время я наверняка бы гордилась, потому что приложила руку к его созданию. Не радовали кольца, украшения и собственная потрясающая мордашка в зеркале. Мою нервозность все списывали на свадебный мандраж, но это последний страх в моем списке. Были куда более сильные. Парикмахер, молодая неухоженная женщина лет тридцати не упустила возможности вполголоса пошутить:

   - Наверное, первой брачной ночи боится, - и они с визажисткой захихикали в кулачки.

   Я промолчала. Было откровенно не до них. И на свадебной церемонии я молчала, не считая сдавленного "да", с трудом вырванного из собственного горла. Ромка сиял, с гордостью держа меня за локоть, свекровь блистала дорогими украшениями, свекор лоснился от похвалы, сыпавшейся на его невестку. А многие гости меня хвалили и восхищенно переглядывались, рассматривая винтажного покроя платье и сложную прическу.

   Каждый третий норовил со мной сфотографироваться, но я решительно и твердо отказывалась.

   - Почему ты не хочешь сделать фото? - шепотом спросил Рома, утягивая меня за талию к столу. - Ты потрясающе красива.

   - Просто не люблю фотографироваться, - туманно отнекивалась в ответ и сверлила напряженным взглядом входные двери, зорко подмечая всех вошедших. - Вот и все.

   За три часа пытки я думала, что поседею. И как только настало приличествующее для ухода время, я с неожиданной силой потянула Ромку к черному входу, мотивируя это тем, что мы опоздаем на самолет, а нам еще переодеваться. Он согласился, закивал, но вернулся в зал, чтобы попрощаться со своими друзьями, оставив меня за дверью. Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, с раздражением ждала мужа и считала минуты, когда неожиданно в дверях нарисовалась взлохмаченная Рита, умудрившаяся даже на такое важное мероприятие одеться черти-как.

   - Что? - я с неудовольствием поджала губы.

   - Вы уезжаете уже?

   - Да. На три недели.

   - Ясно. Я хотела вручить подарок.

   Я привстала на носочки, мысленно костеря Герлингера на чем свет стоял, и высунулась из-за Риты, высматривая мужа. Его на горизонте не было.

   - Давай. Только быстрее.

   Рита кивнула, проворно метнулась внутрь и притащила большую кожаную папку, какие обычно бывают у художников.

   - Ты, наверное, не помнишь, но когда мы жили у Лёни, я рисовала твой портрет. Ты там еще боком сидишь, с ножом...

   - Короче.

   - Да-да, - запнулась от волнения девушка. - В общем, ты потом сказала, что его надо сделать цветным, и я...Вот.

   Она протянула цветную картину с изображением худой, изможденной девочки-подростка, которая натачивала нож и смотрела в сторону...Бла-бла-бла, я его уже видела, пусть и давно. Но рисунок...неуловимо изменился. Стал еще хуже, чем раньше, потому что заставил мой желудок неприятно сжаться. Раньше было что-то незначительное в нем, мелкое, что цепляло, теперь это мелкое выросло и действовало сильнее, но что это такое - я сказать не могла.