Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц (СИ) - Александров Алексей "Vizivul" - Страница 109

— Хозяин? — возле меня появился один из домашних эльфов. Судя по наибольшей вислоухости, это был Нивил.

— Восстановите подземелья, — приказал я. — И заделайте дыру, что проделал Грим.

— Все сделаем хозяин — сэр! — домовик поклонился и исчез.

Стало подмораживать. Келпи еще немного подремал на берегу, попрощался и вернулся в озеро. Проводив его задумчивым взглядом, я вспомнил, что мне еще предстоят объяснения с Лили и тяжело вздохнул. Может стоило дать Гриму возможность завершить начатое? Представляю, как Лили сейчас злится. Я ведь не только ее вышвырнул, но и отрезал любую возможность аппарировать обратно. Зная ее характер, это было весьма не лишней страховкой.

Ладно, хватит откладывать неизбежное. С очередным тяжелым вздохом я аппарировал в Паучий. Оказавшись в своей комнате, я аккуратно огляделся — тут было пусто. Может Лили решила меня не ждать и отправилась домой? Тогда моя казнь откладывается хотя бы на день.

Моим надеждам не суждено было сбыться. Я сделал только один шаг по комнате. Один маленький шажок! Скрипнула предательница половица и этот звук Иерихонскими трубами разнесся по квартирке. Дверь в мою комнату резко распахнулась.

— Северус Тобиас Снейп! — раздалось приглушенное полушипение — полурычание. В тот же момент я оказался сбит с ног и повален на пол. Лили оказалась сверху с явным намереньем притворить в жизнь свою недавнюю мысль о моем удушении.

— Осторожно, я же ранен.

— А сейчас будешь убит! Ты самый наглый, самоуверенный, невыносимый…

— Да, да, я знаю, что тебе нравлюсь.

— Как ты мог так со мной поступить! Выкинул словно нашкодившего котенка!

— Я заботился о твоей безопасности!

— Я и сама могу прекрасно о ней позаботиться! Я волшебница!

— Волшебница — недоучка, пусть и трижды отличница, — не удержавшись, фыркнул я. — А уж школьная программа Хогвартса… И не смотри на меня так злобно, ты знаешь, что я прав.

— Себя ты, похоже, считаешь великим магом? — не скрывая вызывающей иронии, заметила Лили.

— Великим? Нет. Но у меня есть возможность самообучаться за счет Родового кодекса… Кстати, ты долго собираешься так на мне сидеть? — я уже хотел было добавить что‑нибудь язвительное вроде: "Догадывался, что тебе нравится быть сверху", но чувство самосохранения быстро взяло верх.

Слегка порозовев, Лили встала на ноги. Вслед за ней поднялся и я, но только чтобы дойти до кровати и рухнуть уже на нее. Схватка с Гримом, не смотря на свою скоротечность, высосала из меня все силы.

— Что произошло? — несколько остыв, спросила Лили.

— В подземельях был обвал. — Признаться, я так толком и не решил, что сказать Лили и выдумывал прямо на ходу. Обычно это у меня хорошо получается… этот раз был исключением. Оказавшись в постели мне хотелось только одного — лежать, не шевелясь, не думая. Просто лежать и смотреть в потолок.

— Простой обвал? — на губах Лили появилась скептическая усмешка.

— Да, самый простой обвал.

— И откуда же тогда у тебя все признаки магического истощения?

— Это был очень сильный обвал, — попытался вывернуться я. Понимая, что в подобное оправдание не поверит и ребенок.

— Северус, я тебе уже говорила, что не люблю, когда из меня делают дуру. Рассказывай или я ухожу, громко хлопнув дверью!

— Ну, хорошо. На меня напали и пытались убить. Такое объяснение тебя устроит?

— О, Мерлин! Во что ты умудрился вляпаться!

— Я не могу тебе рассказать. Пока не могу, — спешно добавил я, заметив, что Лили вновь начинает закипать.

— Тогда ты должен немедленно все рассказать Дамблдору, — "обрадовала" меня Лили. — Директор способен тебя защитить от любой опасности.

— Он и так многое знает. — А вот тут не вру… почти. Дамблдор опытный маг и еще более опытный интриган и знает очень многое, просто не о произошедшем. — Это связано с его поручением. — Опять же почти не вру. Дамблдор поручил мне заслужить доверие Волдеморта. А информация, которую Старик пытается столь рьяно спрятать, явно может мне в этом помочь.

В очередной раз убеждаюсь, как же хорошо быть слизеринцем! И оставьте все эти наивные россказни про то, что говорить всегда надо только правду. Если бы я так делал, то вряд ли бы дожил даже до тридцати. Правда — это слишком сильное оружие, и часто она не лекарство, а страшный яд, где ложь — это противоядие. Мерзко? Возможно. Но я предпочитаю быть живым лжецом, чем мертвым праведником. Да и речь идет не только о моей жизни.

— Ты помогаешь Дамблдору?! — в голосе Лили смешались нотки удивления, недоверия, облегчения и даже какой‑то гордости.

— Я не могу ответить на этот вопрос, — эти слова я произнес таким тоном, что у Лили отпали последние сомнения в моей помощи директору Хогвартса. Впрочем, это тоже не ложь (опять же почти). Я и вправду буду помогать Дамблдору в борьбе с Волдемортом. Естественно в меру своих сил. А то, что я то же самое планирую делать и для Темного лорда, это недостойные внимания частности, не более.

Надеюсь, что у Дамблдора не было связи с Гримом, а то он быстро сложит два и два. Но что‑то мне подсказывает — такой связи у него нет. Классический спящий страж. Только следов этих чар я бы не заметил при своей проверке. Большинство сторожевых заклятий действуют по принципу "Не влезай, убьет!". Их легко обнаружить, не просто опознать, и крайне трудно снять. Старик подошел к делу более основательно: оставил Грима или завязал вскрытие могилы на его вызов. Хоть ума не приложу, как ему это удалось. Да и обычный спящий страж должен был проснуться и атаковать сразу после того, как я разрыл могилу. А тут прошли целые сутки. Хотя, судя по не любви Грима к свету, его появление возможно сопряжено с рядом условий. Например, с темным временем суток. Эх, с удовольствием занялся бы исследованиями этого вопроса, но время…

Упоминание Дамблдора подействовало на Лили успокаивающе. Наивное дитя! Знала бы ты, что эта слепая вера в нашего Белого генерала один раз тебя уже погубила. Впрочем, сейчас эта вера играет мне на руку. Лили перестала злиться, теперь в ее эмоциях чувствовалось просто беспокойство и интерес. Нет, я не лез к ней в голову, свято следуя своему (да и не только своему) правилу, не копаться в голове близких тебе людей. Просто, я слишком долго знаком с Лили, чтобы не уметь угадывать ее настроение по глазам, тембру голоса и прочим совершенно не магическим признакам.

— И что это было за существо, пытавшееся тебя убить? — спросила она.

— Точно не знаю, — опять же не вру. Я не знаю точно, что такое Грим. Да и никто не знает… разве что Дамблдор. — Призрак или высший дух. Нептуну удалось его уничтожить. А я ему немного помогал, — скромно признал я. То, что помощь сводилась к роли приманки, можно умолчать.

— Ты говорил, что ранен! — встревожилась Лили. — Может тебе стоит отправиться в Мунго?

— Царапина, — я продемонстрировал ей ладонь, на которой от глубокой резаной раны осталось только покраснение кожи и едва заметный шрам. — Я уже все залечил. Просто вымотался слишком сильно.

— Я могу тебе чем‑то помочь?

— Да, там в шкафу должно быть зелье. Достань его. Самое первое на полке слева.

Лили подошла к шкафу и открыла его.

— Это? — в ее руках оказался флакончик с бледно зеленым содержимым.

— Оно самое.

— А это что? Какой интересный цвет. Что это за зелье?

— Это не зелье, — усмехнулся я, заметив, что она с интересом рассматривает флакончик с кровью Арианы.

— А что?

— Кровь девственницы собранная на кладбище.

— Опять твои идиотские шуточки, — фыркнула Лили, возвращая кровь Арианы на место. — Похоже, ты уже совсем пришел в себя.

А все же я люблю говорить правду… главное, чтобы в нее никто не верил.

Глава 30. Практическая некромантия