Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц (СИ) - Александров Алексей "Vizivul" - Страница 133

— Кто там у нас еще остался? — задумчиво произнес он. Мое сердце пропустило удар. Взгляд Дамблдора на мгновение остановился на мне. — Ах да, Северус Снейп, Лили Эванс. Прошу вас в круг.

Ох, как же мне это не нравится! Я не верю в случайности. Ну не верю и все тут. Если что‑то происходит, значит кому‑то это нужно.

Сохраняя невозмутимость, я вышел в круг и занял место напротив Лили.

— Мистер Снейп — Принц, начинайте.

Вскинув палочку, я метнул в Лили первый ступефай, стараясь при этом держать Дамблдора в поле зрения. Что же он задумал‑то? Что?

Бледным светом мигнули выставленные Лили Щитовые чары. Молния ступефая отразилась в сторону, достигла границы окружающих дуэльную площадку рун и растворилась в воздухе.

— Достаточно, — произнес Дамблдор спустя минуты две моего непрерывного обстрела Лили ступефаями. Не знаю, заметил ли кто‑нибудь, но не одно из моих заклинаний не было прицельным. — Мисс Эванс ваша очередь, начинайте.

Лили атаковала сразу после команды. Атаковала резко, быстро, опасно. Но от заклинания я просто уклонился. Весь мой многолетний опыт заставил тело действовать автоматически. Увернутся и контратаковать зачастую гораздо проще, чем принимать атаку на Щитовые чары.

— Стоп! — скомандовал Дамблдор, и мы послушно опустили волшебные палочки. — Северус, мальчик мой. Я знаю, что у тебя прекрасная реакция. Но мы тренируем именно протего. Потому, будь добр, используй его для защиты, а не уворачивался от заклинаний. Мисс Эванс, продолжайте!

Мы продолжили. И теперь мне приходилось применять протего. Лили разошлась не на шутку, ступефаи шли один за другим. В какой момент Дамблдор оказался позади меня я не заметил — слишком отвлекся на защиту. Но оглядев в перерыве между атаками Лили зал и не найдя его, я понял что сейчас что‑то произойдет. Повалится на пол, имитируя магическое истощение, я просто не успел.

— Ступефай! — в очередной раз выкрикнула Лили, облизнув пересохшие губы. Она тоже уже начала уставать. Вместо обычных пяти — шести минут наша схватка шла уже добрые десять.

— Протего! — вторил я ей. Знакомое прозрачное белесое сияние окружило меня, готовясь вновь отразить опасность. Внезапно, волшебная палочка в моей руке нагрелась, щит заискрился и лопнул, словно мыльный пузырь. Что‑то громко треснуло. Мою кисть обожгло резкой болью. Я с удивлением отметил, что в моей руке вместо волшебной палочки лишь жалкий ее огрызок. Впрочем, долго удивляться не пришлось. Ступефай достиг цели и ударил меня в грудь. Короткий полет. Удар затылком об пол. Темнота.

Очнулся я в больничном крыле. Я понял это сразу, не успев даже открыть глаза. Воздух. Этот пропитанный запахами лечебных зелий воздух не спутаешь ни с чем. Да и у меня слишком богатый опыт пребывания в этих стенах. Похоже, что я лежу на одной из многочисленных кроватей Хогвартской "больницы". На голове тугая повязка, пропитанная чем‑то на редкость вонючим. Так сразу и не скажу с чем именно, вонючесть — признак слишком многих зелий. Правая рука жутко зудит — верный признак применения Бальзама Лемма. Его обычно используют, когда надо затянуть множество мелких порезов.

И как же я оказался в больничном крыле?

Долго размышлять над этим вопросом мне не пришлось. Все обстоятельства "ранения" сразу же всплыли в памяти. Вот же чертов старик! Теперь сиди и думай, зачем он все это затеял? Ведь явно не для того чтобы убить. Иначе я был бы уже мертв.

Подавив тяжелый вздох, я открыл глаза.

— Северус, как ты себя чувствуешь? Прости я не хотела. Правда! — тут же набросилась на меня Лили, похоже все это время она просидела рядом с моей постелью.

— Ш — ш-ш! — я прижал палец к губам и поморщился. — Говори тише, у меня жутко болит голова. Что произошло? — разыграем небольшую потерю памяти.

— Ты ничего не помнишь? — заволновалась она.

— Была практика по ЗОТИ. Мы с тобой проводили спарринг. Потом что‑то произошло с моей палочкой… дальше не помню.

— Я попала в тебя ступефаем. Тебя отбросило назад и здорово приложило об пол. А твоя палочка… директор сказал, что это все из‑за нее. Она перестала тебе подходить, вот и сломалась в самый неподходящий момент.

Вот это новость! Вертевшийся на языке нецензурный комментарий мне пришлось приберечь до лучших времен. Какая чушь! Эта волшебная палочка служила мне несколько десятков лет, и никаких проблем у меня с ней не было. Да и в последний год никакого дискомфорта не ощущалось. Я слишком хороший маг, чтобы не знать подходит мне инструмент или уже нет.

— Знаешь, в первый момент мне показалось, что это Дамблдор испортил твою палочку, — Внезапно призналась Лили. — Никто этого не заметил, все внимание было приковано к нам. А я хорошо его видела, он у тебя за спиной стоял и сделал странный жест рукой, словно сотворил безпалочковое заклинание. Привидится же такое?! — она с надеждой посмотрела на меня, ожидая поддержки. Я не стал ее разочаровывать.

— Это полная чушь. Зачем директору это. — А действительно, зачем?

— Вот и я так же подумала, — сказала она, повеселевшим голосом. Но было видно, что некоторые сомнения у нее остались. Это хорошо, это правильно.

— Как же болит голова! — присев на кровати, я осторожно потрогал затылок. — Так у меня теперь нет волшебной палочки?

— От нее остались только щепки, — подтвердила Лили. — И большая их часть оказалась в твоей ладони. Мадам Помфри их битый час из тебя вытаскивала. А потом протерла раны каким‑то зельем.

— Бальзам Лемма, — отстраненно заметил я.

— Тебе лучше знать, — Лили пожала плечами и сочувственно погладила меня по плечу. — Тебе помочь дойти до твоих комнат?

— Пожалуй, это будет не лишним, — признал я, с трудом вставая с кровати. В голове все еще порядком шумело.

Лили обхватила меня левой рукой за талию, я аккуратно оперся на ее плечо. Так, практически в обнимку, мы и покинули больничное крыло.

Итак, подведем итоги. Пострадало мое самолюбие и волшебная палочка. И что в таком случае было целью Дамблдора? Мое самолюбие? Это вряд ли, Дамблдор просто не знает, насколько я им дорожу. Хм, неужели все это он затеял только из‑за моей волшебной палочки? Но зачем же ему это?

— Да, директор просил тебе передать, что ты должен приобрести за выходные новую волшебную палочку, — сказала Лили. — Он успел переговорить через камин с мистером Олливандером. Тебя ждут завтра в любое удобное время.

Ах, какая трогательная забота. Старик явно что‑то задумал. Надо признать, ударил он там, где я не ожидал. Это была МОЯ волшебная палочка. Нет, нельзя сказать, что я потерял что‑то сверхценное, частью себя самого. Все эти слухи о первой волшебной палочке по большей части полный бред. Многие маги за свою жизнь несколько раз меняют волшебные палочки. Разное случается. Обычно в случае утраты волшебной палочки на заказ делают ее полную копию. Впрочем, бывают и иные варианты. Палочка это инструмент. Нужный, полезный, но инструмент. Не смотря на это, я ощутил в душе легкую грусть. Так бывает от потери хорошей и любимой вещи, которую ценил не за ее стоимость в галеонах, а за воспоминания с нею связанные. Мне ведь и вправду будет не хватать этого куска дерева. Привык я как‑то к нему за все эти годы.

Оставшуюся часть пути мы с Лили по большей части молчали. У меня все еще кружилась голова, и шли мы довольно медленно. Спустя некоторое время я понял, что ненавижу в Хогвартсе больше всего. Лестницы! Они тут слишком крутые и их слишком много. Про такие мелочи, что они иногда меняют свое местоположение, я уже умолчу.

Впрочем, ближе к концу пути меня ждала награда за паршивый день. Нам на пути попался Джеймс Поттер собственной персоной. И что странно, без своей обычной свиты. Выглядел Рогоносец на редкость довольным. Еще бы! У мародеров сегодня праздник — Северус Снейп наконец‑то оказался в больничном крыле. Нет, у него хватило мозгов (что странно) промолчать и оставить без комментариев все произошедшее на ЗОТИ. Но вот довольную ухмылку он скрыть не подумал… зря.