Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц (СИ) - Александров Алексей "Vizivul" - Страница 63

— Мне кажется, что тут замешано что‑то еще, — неуверенно заметила Беллатриса. — Что‑то личное, простите мой лорд, — девушка склонила голову в жесте повиновения.

— Ты проницательна, моя дорогая Белла, — усмехнулся Волдеморт. Взяв девушку пальцами за подбородок, он приподнял ее голову и заглянул прямо в глаза. — Дело в его матери. Прожить столько лет с посмертным проклятием, да еще умудриться родить не сквиба, а весьма одаренного мага… — Темный лорд задумчиво покачал головой и перевел свой взгляд на огонь в камине.

Некоторое время он молчал, словно что‑то вспоминая.

— В свое время она была очень сильной волшебницей. В Хогвартсе она не блистала, но ее потенциал был велик. Если бы лорд Принц был менее горд и согласился принять мою помощь в погубившем его ритуале, то этот мальчик мог бы быть моим сыном. В то время я всерьез рассматривал вариант вхождения в этот древний род.

На мгновение Беллатрису охватил дикий приступ ненависти и ярости к совершенно незнакомой ей женщине.

— Род Блэк ничуть не хуже! — горячо воскликнула она. — Может мы не столь древние, как Принц, но у нас хватило силы и мудрости сохранить свое богатство и влияние!

Волдеморт с удивлением посмотрел на девушку и раскатисто рассмеялся.

— Ты ревнуешь? — Его ладонь скользнула по волосам девушки, пропуская черные локоны между пальцев. — Моя дорогая Беллатрис, это просто глупо. В то время ты была еще младенцем. А потом я понял, что вхождение в любой древний род не позволит мне ничего изменить — время уже упущено. Я нашел другой путь! Свой путь!

— Ради всеобщего блага? — с усмешкой поинтересовалась Беллатриса. Ее гнев стал отступать. Действительно, глупо ревновать обожаемого господина к прошлому… практически мертвому прошлому. Усмешка на ее губах стала злой.

— Всеобщее благо оставим старику, — поморщился Волдеморт. — Мы боремся только за благо Магического мира. За законное право древней крови и силы решать его судьбу!

— А Дамблдор знает об этой истории с матерью этого Снейпа?

— В нашем мире есть мало того, что старик не знает.

— Поэтому он столь благоволит этому полукровке?

— Лорду, Бэла. Лорду. Я хочу, чтобы ты проявляла больше уважения к нашему юному другу. Магию рода не обманешь.

— Если вы этого желаете, господин, — поморщилась Беллатриса.

— Да, я так желаю! — отрезал Волдеморт. — А что касается твоего вопроса, то планы старика на лорда Снейп — Принц могут быть различны.

— Он хочет заслать к нам шпиона! Я уверена в этом!

— Возможно, но надо рассматривать и другие варианты. Дамблдор умеет планировать на несколько ходов вперед. Но что бы он там не задумал, пока что лорд Снейп — Принц мне не угрожает, не мешает моим планам. Кроме того, мне интересно посмотреть, что у него получится. Если ему удастся найти способ победить посмертное проклятие, то одно только это оправдает любую оказанную ему помощь. В мире найдется немало магов готовых заложить душу за подобные знания. Да и благодарность лорда Снейп — Принц будет нам весьма не лишней.

— Даже если он найдет способ, вы думаете, что он отдаст нам эти знания?

— Ты не веришь в человеческую благодарность?.. Правильно делаешь. Если лорд Снейп — Принц добьется успеха, то я найду способ получить эти знания!

Конец интерлюдии

Глава 16. Посмертные проклятия

Мы аппарировали на небольшую поляну со всех сторон окруженную живыми зелеными стенами чуть выше моего роста.

— Прошу сюда, лорд Снейп — Принц. — Долохов подошел к этой живой стене и плавно повел перед ней палочкой. Ветви растений ожили и расползлись в разные стороны, открывая узкий овальный проход. Когда мы оказались по ту сторону стены ветви вновь сомкнулись.

Хорошее заклинание. Может попросить Долохова научить меня ему? Или это секретная родовая техника?

— Прекрасный сад, — заметил я, оглядываясь по сторонам. Зеленая клетка, в которую мы переместились, оказалась частью небольшого, но весьма уютного сада.

— Видели бы вы его летом, лорд Снейп — Принц.

— Можно просто Северус, мистер Долохов, — слегка поморщился я, чувствуя скрытую усмешку при каждом титуловании меня Долоховым.

— Ну, тогда зови меня просто Антонин, — улыбнулся он.

— Молодой хозяин, стойте! — раздался чей‑то плаксиво — просящий крик.

По садовой дорожке бежал мальчик лет восьми — девяти. Его пытался преследовать домовой эльф, его‑то крики и тревожили покой сада.

— Привет па. А кто это с тобой? — Мальчик ловко затормозил перед нами, скользя ногами по садовой дорожке. Быстро оглядев меня внимательным взглядом, он тут же засыпал меня вопросами. — Ты учишься в Хогвартсе? На каком факультете?

— Костя веди себя прилично. Перед тобой настоящий английский магический лорд, — сказал сыну Долохов.

— Я еще маленький и не смышленый мне можно, — гордо заявил тот, хитро улыбаясь.

Долохов рассмеялся и потрепал сына по голове.

— Меня зовут Северус Снейп — Принц. Я учусь в Хогвартсе на факультете Слизерин, — подобрав мантию, я присел на корточки и протянул ребенку руку.

— Константин Долохов, — представился он, пожимая мою руку.

Преследователь Долохова — младшего наконец‑то настиг свою цель. Тяжело дыша, домовик остановился рядом с нами и, поклонившись Антонину, плаксиво заголосил:

— Простите хозяин, молодой хозяин слишком быстрый. Грабби плохой! Плохой! — Домовик отвесил себе несколько звучных оплеух.

Домовые эльфы странные существа. Все их представители получают какое‑то извращенное удовольствие, когда самостоятельно наказывают себя по любому поводу.

— Грабби, возьми вещи нашего гостя, — распорядился Долохов, мало обращая внимание на причитания домашнего эльфа.

— Грабби рад услужить хозяину, — тут же вскинулся эльф. Практически с силой выхватив из моих рук зонт, он еще раз низко поклонился и с тихим хлопком исчез.

— Константин, предупреди маму, что сегодня за обедом у нас будет гость. А мы с Северусом пока поработаем в моем кабинете.

— Я не хотел бы… — протестующе начал я.

— Ерунда, — отмахнулся Долохов, — моя жена обидится, если я вас не познакомлю. Гости бывают у нас редко.

Понимая, что все протесты бесполезны, я смирился.

Лабораторией Долохову служил расположенный в некотором отдалении от дома флигель, защита которого сделала бы честь иному хранилищу гоблинов. Особенно меня поразило несколько невысоких деревянных столбиков окружавших флигель. На каждом из них было вырезано какое‑то изображение, вроде бы птиц и зверей.

— Тотемы? — с любопытством поинтересовался я. Это была не самая распространенная в Европе сфера магического искусства.

— Так и есть, — кивнул Долохов. Подойдя к тотему рядом с садовой тропинкой, он низко ему поклонился и что‑то прошептал. — Все, можно проходить.

Внутри флигель показался мне гораздо больше чем снаружи. Первая комната напоминала мне мой кабинет: стеллажи для книг, котлы для варки зелий, стол с записями. Справа от основного входа виднелась лестница ведущая, по — видимому, в подвал. У противоположной стены был вход в другую комнату.

— Одну минуту, я сейчас, — с этими словами Долохов скрылся в соседней комнате.

С интересом осмотревшись по сторонам, я подошел к стеллажу с книгами и стал изучать потемневшие от времени корешки фолиантов. Даже не пытаясь прикоснуться к ним руками. Кто знает, какая защита может на них стоять?

Лаборатория Долохова была довольно интересным местом. В том будущем — прошлом мне так и не удалось в ней побывать. Но среди последователей Волди про нее ходило множество слухов. Изначально Долохов при Волди занимал что‑то вроде должности разработчика новых темномагических заклинаний — эдакого безумного гения. Впрочем, это только в глупых магловских фильмах злобные полусумасшедшие гении разрабатывают "оружие возмездия". В реальности же это обычные люди. Одни ученые разработчики атомной бомбы будут писать петиции за запрет этого оружия. Другие просто заметят, что "это была прекрасная физика"*. (*Фразу приписывают Энрико Ферми после того как ему сообщили о бомбардировке Хиросимы.)