Ворон. Подлинная история лорда Северуса Тобиаса Снейп-Принц (СИ) - Александров Алексей "Vizivul" - Страница 68

У моей ненависти к Дамблдору нет границ. Но я не могу не восхищаться Стариком. Если бы не его одержимость всеобщим благом, то Магическая Британия уже давно бы дергала за ниточки не только магловскую Британию, но и весь мир маглов.

— Почему я? Уверен, что найдется немало древних и благородных родов, готовых пойти на предложенный вами договор только за сведения об Обретенной.

— Вы правы, лорд, — кивнул Гринграсс. — Но в данный момент у вас наибольшие шансы.

— Они не настолько велики, чтобы делать ставку только на меня.

— И снова вы правы. Но из союзных мне родов, кандидат, подходящий на роль жениха обретенной, есть только у Малфоев — это Люциус Малфой. Мне кажется, что вы были на приеме по случаю его помолвки с юной Блэк. Разрыв данных обязательств рассорит Малфоев и Блэков, а это некоторым образом отразиться и на роде Гринграсс. Мне это не выгодно. К тому же я уже заключил похожий нашему договор с лордом Малфоем касательно его внука. В роду Малфоев, как вы, наверное, знаете, рождается только один ребенок и это всегда мальчик.

Мне ли не знать, — усмехнулся я про себя. Я даже знаю, как будут звать наследника Малфоев, и кто станет его магическим крестным.

— Есть еще Блэки, — не отступал я. У них два сына. Оба подходящего возраста.

— Да, мне все больше нравиться сделанный выбор. Но не буду больше расточать вам комплименты. Нет ничего более пагубного гордыни. — Гринграсс неожиданно поморщился, словно вспомнил что‑то неприятное и ровно продолжил: — Что касается вашего справедливого замечания, то братья Блэк не подходят. Сириуса ждет изгнание — это очевидно. Даже не знаю, почему Орион и Вальбурга еще терпят его выходки. А Регулус… до вашего письма именно к этому варианту я и склонялся, но теперь он отпадает. У вас есть еще ко мне вопросы?

— Нет, я согласен заключить договор о намерениях заключить брачный договор. — И все равно звучит это по — идиотски.

— Великолепно, — Гринграсс несколько раз хлопнул в ладоши.

Рядом с нами тут же появился домашний эльф. Он молча и с достоинством поклонился, словно не слуга, а как минимум равный, и замер, так и не произнеся ни слова. Странное поведение для домашнего эльфа.

— Принеси бумаги с моего стола, — приказал Гринграсс.

Домовик также молча исчез и тут же вернулся. Еще раз молча поклонившись (может Гринграссы отрезают своим домовикам языки?), он протянул лорду Гринграсс два свитка.

— Прошу вас ознакомиться, лорд Снейп — Принц, а затем мы принесем должную клятву.

Я развернул свитки. Это был пресловутый договор о намерениях в двух экземплярах.

"Древние, благородные роды…" Это можно пропустить. "В случае рождения…" Тут все понятно. "По достижении пятилетнего возраста, когда возможна проверка магического потенциала, в случае удачного исхода оной вышеозначенные стороны обязуются заключить брачный договор".

Хм, в целом все было логично. Гринграсс правда не упомянул того что внук этого возможного брака становился наследником рода Гринграсс, а не Принц. Но это было не столь существенно. Если я выберусь из всей этой заварухи, то наследников для рода Принц я обеспечу. А если нет, то и заботить меня это не будет.

Все же я указал Гринграссу на этот момент.

— Кровь обретенной должна влиться и в мой род — это и есть моя цена. Ваш внук, и мой правнук станут главой рода Гринграсс, — ответил он, пожимая плечами. — Здесь не указано, с каким из сыновей: старшим или младшим, требуется заключить брачный договор. Так что дело за вами.

Н — н-нда, начинаю ощущать себя не магом, а будущим быком производителем. Или элитным, породистым рысаком. В этом все древние роды. Свое наследие они просчитывают на несколько поколений вперед. Возможно, что кому‑то покажется аморальным распоряжаться судьбами еще не родившихся детей, но таков Магический мир. Кровь не вода, а кровь рода тем более.

Достав палочку, я приложил ее к первому листу и провозгласил.

— Род Принц принимает данный договор!

— Род Гринграсс принимает данный договор! — вторил мне лорд Гринграсс, приложив свою палочку к копии договора. Обменявшись листами, мы повторили свои действия.

Когда все было законченно, Гринграс внезапно улыбнулся и провозгласил, покровительственно похлопав меня по плечу:

— Теперь мы практически родственники. Пусть удача способствует вам во всех ваших делах. Будьте осторожны, я очень хочу, чтобы этот договор когда‑нибудь был выполнен. Вот подробнейший разбор необходимого вам ритуала, — он протянул мне довольно тонкий свиток. Если у меня и оставались какие‑либо сомнения, в том что Гринграсс заранее знал о цели моего прихода и тщательно подготовился к оному, то теперь они были окончательно похоронены.

О Мерлин! Надеюсь, что Лили никогда не узнает об этом договоре. А то детей у меня тогда точно не будет. Не только в браке с Лили, а вообще…

Глава 18. Черная магия и ее разоблачение

Вернувшись в свою комнату в "Дырявом котле", я погрузился в изучение свитка Гринграсса. Описание ритуала там действительно присутствовало. Объединив полученные от Долохова и Гринграсса данные можно было попытаться создать столь необходимый мне ритуал.

О, Мерлин! Так мало времени и так многое нужно сделать. С теоретической частью я справился довольно быстро. Первичная схема проведения ритуала была готова спустя каких‑то шесть дней. Проблема была в том, что для дальнейшего продвижения необходимы были практические исследования.

Ладно, я знал, что к этому все и идет.

Дождавшись очередного выходного дня, я, как ни в чем не бывало, появился на пороге родного дома в Паучьем.

— Северус! У тебя такое бледный вид. Ты в порядке? — спросила мама с тревогой в голосе.

— Да ерунда. Очень много… учебных заданий. Но я справлюсь, — сказал я как можно бодрей. Не стоит ей знать о том количестве зелий, под которым я нахожусь в последнее время. К сожалению, в сутках всего двадцать четыре часа, а это слишком мало, чтобы тратить драгоценное время на сон. — Как у тебя дела?

— Все хорошо, — солгала она, пряча глаза. — Твои зелья отлично помогли. Я уже практически здорова.

Хоть я и не колдомедик, но определить ее подлинное состояние мне не составляло труда. Все было плохо! Гораздо хуже, чем я предполагал. Это было видно не вооруженным глазом. Когда она возвращалась в гостиную, чтобы вновь прилечь на диван, она едва передвигалась. У нее дрожали руки, и было заметно, что она старается не двигать головой.

Черт! У меня осталось всего два месяца, возможно три. Надо успеть!

— Это просто прекрасно, — я заставлял свои губы кривиться в улыбке. Надеюсь, что она не похожа на гримасу боли. — Ты уже пила мое зелье?

— Нет, еще не успела. Сейчас выпью. — Она попыталась встать с дивана, но я жестом остановил ее.

— Лежи, я его сейчас принесу. Где ты его оставила?

— На кухне, прямо на столе. Я как раз собиралась его принять, когда ты пришел.

Зайдя на кухню, я взял со стола флакончик с зельем, включил воду в раковине и вылил туда зелье. Сейчас его тонизирующий эффект мне будет только мешать. Достав из кармана на поясе флакончик с другим, заранее подготовленным зельем, я стал перебирать чашки, расставленные на полке над раковиной. Старое зелье, к сожалению, имело несколько другой цвет, чем новое. Не хочу, чтобы мама что‑то заподозрила.

Нужная чашка нашлась быстро. Темно коричневая, она отлично замаскирует цвет полупрозрачного зелья. Открыв флакончик, я вылил зелье в чашку и вернулся к матери.

— Спасибо, Северус, — поблагодарила она, залпом выпив принесенное зелье. — Какой странный вкус.

Задумчиво посмотрев на пустую кружку, мама закрыла глаза и провалилась в сон. Кружка начала выпадать из ее рук, но я перехватил ее и поставил на пол.

— Прости ма, так нужно, — пробормотал я, доставая палочку и заранее заготовленный флакон.

Сперва кровь!

Сделав осторожный разрез на запястье матери, я подставил флакон и терпеливо ждал, пока он до краев наполнится кровью.