Паломино (Саманта) - Стил Даниэла - Страница 69

– Чье это? – Он снова перепугался.

– Твое. Пока ты живешь здесь.

– Мое? – Глаза мальчика стали размером с блюдце. – Ты серьезно?

– Вполне.

В комнате имелись письменный стол (без стула), комод и маленький столик, за которым мальчик мог играть в разные игры. У него была своя ванная и особое переговорное устройство, по которому он, если бы с ним что-то стряслось, мог позвать кого-нибудь из взрослых, оказавшихся неподалеку.

– Тебе тут нравится?

Он смог произнести лишь:

– Ага!

Сэм показала ему комод и объяснила, что он может сложить туда свои вещи.

– Какие вещи? – недоуменно переспросил Тимми. – У меня нет никаких вещей.

– А разве ты не привез чемодан с одеждой? – Сэм вдруг сообразила, что не видела чемодана.

– Нет, – Тимми посмотрел на свою некогда голубую майку, которая была сплошь в пятнах. – Это все, что у меня есть. И еще мишка.

Он снова крепко прижал к себе плюшевую игрушку.

– Вот что, – Сэм посмотрела на Джефа, затем перевела взгляд на Тимми. – Мы сейчас позаимствуем у кого-нибудь чистые вещи, а попозже я съезжу в город и куплю тебе джинсы и все такое прочее. Хорошо?

– Конечно. – Однако на мальчика это не произвело впечатления, он был в восторге от своей комнаты.

– Теперь насчет ванны, – Сэм въехала в светлую ванную комнату и открыла кран, предварительно повернув специальный рычажок, располагавшийся так, чтобы ребенку было удобно до него достать, и затыкавший в ванне пробку. Здесь все было рассчитано на инвалидов. А к унитазу с двух сторон были приделаны ручки. – Если тебе захочется в туалет, нажми вот эту кнопку. Кто-нибудь тут же придет и поможет тебе.

Он непонимающе воззрился на Саманту.

– А зачем мне принимать ванну?

– Потому что это приятно.

– Ты меня будешь купать?

– Если хочешь, я попрошу Джефа.

Сэм подумала, что, может быть, он в шесть лет уже стесняется, но ошиблась: мальчик решительно замотал головой.

– Нет. Лучше ты.

– О’кей.

Ей это было в новинку. Она десять месяцев училась купаться самостоятельно, а теперь предстоит купать ребенка, сидя в инвалидном кресле… Да, это что-то новенькое.

Сэм отправила Джефа на поиски подходящей одежды для Тимми, закатала рукава и объяснила малышу, как нужно перебраться в ванну. Однако рука у него соскользнула, Сэм попыталась схватить мальчика, и они оба чуть было не упали. В конце концов ей все же удалось посадить его в ванну, сама по уши перемазалась мылом, а помогая Тимми вылезти, умудрилась-таки посадить его обратно в кресло, но сама не удержалась и шлепнулась на пол. Однако почему-то, очутившись на полу, она расхохоталась, и он рассмеялся вслед за ней.

– Глупо, да?

– Я думал, ты будешь меня учить таким вещам.

– Нет, этому тебя будут учить другие, – Сэм осторожно поднялась с мокрого пола и села в кресло.

– А ты что будешь делать?

– Учить тебя ездить верхом на лошади.

Он кивнул. Она не знала, о чем Тимми думает, однако радовалась, что он хотя бы ее теперь не боится. И когда Джеф принес одежду, которую он позаимствовал в нескольких коттеджах, Тимми преобразился. Сэм вымокла до нитки, и ей тоже нужно было переодеться.

– Хочешь осмотреть мой дом? – спросила она.

Мальчик нерешительно кивнул, и Саманта, переодев его, устроила ему экскурсию. Теперь в хозяйский дом можно было легко въехать по пандусу, и Тимми проследовал за ней в гостиную, а потом по коридору в ее спальню, где Сэм достала из гардеробной, переоборудованной специально для нее, чистые джинсы и рубашку. Спальню Кэролайн она превратила в комнату для самых почетных гостей, однако почти никогда никого туда не селила и старалась появляться там как можно меньше. Сэм до сих пор болезненно переживала потерю подруги.

– У тебя красивый дом, – Тимми с интересом оглядывался по сторонам. Плюшевый мишка тоже приехал с ним. – А кто спит в других комнатах?

– Никто.

– У тебя что, нет детей? – изумился он.

– Нет. Только ребятишки, которые живут со мной на ранчо.

– А муж есть?

Этот вопрос ей задавали многие дети. Сэм всегда улыбалась, говорила «нет», и дальнейшие расспросы прекращались.

– Нет.

– Почему? Ты же красивая.

– Спасибо. Но просто нет – и все.

– А ты хочешь замуж?

Сэм тихо вздохнула и посмотрела на прелестного белокурого мальчика. Теперь, когда его помыли, он стал таким хорошеньким!

– Нет, наверное, не хочу, Тимми. Я веду необычную жизнь.

– Моя мама тоже. – Он понимающе кивнул.

Сэм была шокирована, но затем расхохоталась, однако не могла не возразить:

– Нет, у меня совсем другая жизнь, не такая, как у нее.

Она попыталась объяснить Тимми свою точку зрения на замужество.

– Я думаю, что мне не будет хватать времени на мужа, ведь у меня и ранчо, и дети, и столько сотрудников.

Но он внимательно поглядел на нее и указал рукой на инвалидное кресло.

– Ты из-за этого не хочешь, да?

Сэм словно ударили в солнечное сплетение. Мальчик сказал истинную правду, но она не желала в этом признаваться никому и тем более себе самой.

– Вовсе нет.

Однако тут же спросила себя: догадался ли Тимми, что она лжет? И, не дожидаясь дальнейших расспросов, поспешила вывезти мальчика из комнаты. Они заехали в конюшни и в столовую, понаблюдали за коровами, стоявшими в хлеву, и отправились в бассейн, где Сэм немного поплавала вместе с Тимми перед ленчем. В этот час детей на ранчо было немного, только самые маленькие. Другие были в школе, их возили туда на большом специально оборудованном автобусе, который приобрела Сэм. Ребятишки, остававшиеся на ранчо, приняли Тимми дружелюбно и заинтересованно, и, когда в половине четвертого вернулись дети постарше, он уже никого не дичился. Тимми смотрел, как они учились ездить верхом, въезжали на своих креслах в бассейн и гонялись друг за другом по широким, гладко заасфальтированным дорожкам. Знакомясь с Джошем, Тимми торжественно пожал ему руку и внимательно наблюдал за Самантой все время, пока она давала уроки верховой езды. Когда уроки закончились, Тимми по-прежнему сидел рядом с ней.

– Ты еще здесь, Тимми? А я думала, ты вернулся к себе в комнату. – Он молча покачал головой, прижимая к груди большеглазого плюшевого медведя. – Хочешь заехать перед обедом ко мне домой?

Мальчик кивнул и потянулся к ней. Держась за руки, Сэм и Тимми поехали по направлению к большому дому. Там она принялась читать ему сказки. Чтение продолжалось до тех пор, пока не зазвонил большой школьный колокол, провозглашая, что пора обедать.

– Можно я сяду с тобой, Сэм?

Тимми снова забеспокоился, Саманта поспешила его ободрить. Однако ей показалось, что он уже утомился от долгого пребывания в новом месте. Сидя рядом с Самантой, Тимми громко зевал и, не дожидаясь десерта, уснул, опустив подбородок на грудь и съежившись в уголке большого серого кресла. Однако мишку из рук не выпускал. Сэм ласково улыбнулась, сняла с себя теплый свитер, накрыла им мальчика, как одеялом, и увезла из столовой. В спальне Саманта легко подняла Тимми и переложила его из кресла на кровать: благодаря тому, что вся нагрузка теперь приходилась на ее руки, они стали очень сильными. Она раздела сонного малыша, сняла с него ботинки, выключила свет и ласково погладила Тимми по мягким светлым волосам. Сэм вдруг вспомнила детей Чарли, в памяти промелькнули их милые мордашки с большими голубыми глазами, и нахлынуло воспоминание о той страшной тоске, которая охватила ее, когда она впервые взяла на руки последнего ребенка Чарли, малышку Саманту… и как она тогда поняла, что эту пустоту ничто не сможет заполнить… Теперь, глядя на Тимми, Сэм внезапно потянулась к нему всем сердцем и обняла его так, словно он был ее собственным сыном. Он слегка пошевелился, когда Сэм поцеловала его в лоб, и прошептал:

– Спокойной ночи, мама… Я тебя люблю…

На глаза Сэм навернулись слезы. Она вдруг почувствовала, что готова отдать за эти слова жизнь… Опустив голову, она выехала из домика и закрыла за собой дверь.