Всегда, когда любишь - Басби Ширли - Страница 58

— Ты что-нибудь помнишь? — спросил он ласково. Саванна отрицательно покачала головой, морщась от боли, все тело нестерпимо ныло.

— Помню только, что мы решили выпить лимонада. И я собиралась спускаться с лестницы. Вот и все…

— Врач считает, что тебе стало дурно и ты упала. Что ж, это вполне возможно. Бетси говорит, что для нее это явилось полной неожиданностью.

— О! — только и могла произнести Саванна. Из глубины сознания всплыли какие-то подробности случившегося. Она нахмурилась. Почему вдруг ей стало дурно? Ведь ничего подобного с ней раньше не бывало. Что-то здесь не то…

— Поговорим о малыше? — осторожно спросил Адам. Она со стоном кивнула:

— Я хотела его, Адам. Несмотря ни на что.

— Знаю, любимая, — ласково ответил он. — Знаю. Я тоже его хотел.

Воцарилось тягостное молчание. Оба думали о ребенке. Страдания объединили их, и, забыв все обиды, они вели тихую беседу, понятную лишь тем, кто пережил такое горе.

Когда эмоции немного улеглись, Саванна почувствовала себя утомленной, и это не ускользнуло от Адама, который уговорил ее поспать. Проснулась Саванна уже под вечер от аппетитного запаха куриного бульона и свежеиспеченного хлеба.

Она не могла думать ни о чем, кроме ребенка, которого потеряла, и глаза затуманились слезами.

Теперь эта боль с ней будет жить постоянно, то стихая, то снова усиливаясь. И никогда не уйдет. Саванна это знала.

Усилием воли она прогнала грустные мысли прочь и тут, к своему удивлению, поняла, что изрядно проголодалась. Она попыталась сесть, но невольно застонала от приступа боли.

В этот момент полог над кроватью раздвинулся, и Саванна увидела Адама. Сейчас он был чисто выбрит, и его синие глаза светились радостью. У Саванны на душе потеплело, когда он с ласковой улыбкой произнес:

— Так я и знал, что запах еды разбудит тебя. Сможешь встать и поесть?

Саванна кивнула. Она выпила две чашки бульона, съела половинку булки, все еще горячей,

только-только из печки, и почувствовала прилив сил. Когда Адам проводил ее до постели, она взмолилась:

— Пожалуйста, не заставляй меня все время лежать в постели, будто я инвалид! Позволь мне переодеться и немного посидеть. Мне станет гораздо лучше. Вот увидишь!

Саванна уже не была так бледна, на ногах держалась уверенно.

— Думаю, ты вполне можешь отдохнуть на диване в соседней комнате, — сказал Адам.

Саванна приняла ванну и почувствовала себя гораздо бодрее. Она не стала стягивать в пучок свои золотистые волосы, надела одно из платьев, присланных мадам Галланд, и уютно устроилась на диване в гостиной, откинувшись на подушки и укутав ноги мягким пледом. Она немного устала, но даже себе самой не хотела в этом признаться и была рада, что можно просто так лежать, ничего не делая, накинув на плечи роскошную шаль, тоже от мадам Галланд, которую она попросила Адама принести. Сам же Адам сел напротив, на стул с высокой спинкой.

Вновь воцарилось молчание. Саванна нервно теребила край платья из тончайшей ткани.

— Благодарю тебя за эти красивые платья, — заговорила она наконец. — Жизни не хватит, чтобы все их переносить.

Адам предпочел бы поговорить с Саванной о более важных вещах. Но раз ей хочется болтать о пустяках, пусть болтает. Он возражать не станет. И, усмехнувшись, Адам ответил:

— Не стоит благодарности. Но полагаю, ты ошибаешься. Я хорошо знаю женщин, и, думаю, скоро ты скажешь, что тебе нечего носить, и придется немедленно отправляться к мадам Галланд заказывать новые сногсшибательные наряды!

Адам готов был откусить себе язык, когда увидел, что лицо Саванны стало непроницаемым. Он опустился перед ней на колени, схватил за руку и порывисто произнес:

— О любовь моя! Не смотри на меня так! Я просто хотел тебя поддразнить.

Саванна отвернулась и обиженным тоном промолвила:

— Если ты так стыдишься меня и моей одежды, незачем было жениться на мне!

Адам тупо уставился на нее, совершенно не понимая, в чем дело.

— Стыжусь? Тебя? — изумленно воскликнул он с нотками возмущения в голосе. — Господи Боже мой! Как я могу стыдиться тебя? Надо же до такого додуматься!

Саванна с опаской посмотрела на Адама. Он не притворялся, а действительно был растерян. Теперь настала ее очередь удивляться, и, озадаченно глядя на него, Саванна спросила:

— Зачем же в таком случае ты повел меня к мадам Галланд, если не стыдился появиться со мной на людях, когда я была в своем, не очень новом и не очень нарядном платье?

— Что за чепуху ты несешь! — возмущенно спросил Адам, пересел на диван и взял ее руки в свои. — Ты все не так поняла, дорогая, — с горячностью продолжал он. — Я повел тебя к мадам Галланд, чтобы порадовать красивыми нарядами, а вовсе не потому, что стыдился твоего старого платья. Я богат, и для меня одно удовольствие делать тебе подарки! Или же ты считаешь меня самодовольным хлыщом, способным стыдиться тебя из-за какого-то платья? — Его синие глаза потемнели от гнева. — Да мне наплевать, во что ты одета! В старое коричневое платье, в котором я увидел тебя в нашу первую встречу, или в самый роскошный наряд, ценой в целое состояние. Носи что тебе нравится, черт возьми!

Искренность, звучавшая в голосе Адама, не могла быть поддельной, и Саванне пришлось поверить ему. Какой же она была дурой, сомневаясь в его лучших побуждениях! Она покраснела, взглянула на их сплетенные руки и едва слышно произнесла:

— Прости меня. Я заблуждалась. — Она судорожно сглотнула и посмотрела прямо ему в глаза. — Прости!

— Ладно, на первый раз прощаю. — Глаза Адама лукаво блеснули, затем взгляд его потеплел, и он ласково произнес: — Значит, ты решила, что я стыжусь тебя! Эх ты, глупышка! Как только тебе такое могло прийти в голову?

Саванна еще больше покраснела и не знала, куда глаза девать. Затем нервно кашлянула и произнесла:

— Когда мы встретили в гостинице твоих друзей Эшеров, ты так торопился уйти, что мне показалось, будто ты не хочешь меня знакомить с ними.

— Я и в самом деле не хотел, — признался Адам и улыбнулся в ответ на возмущенный взгляд Саванны. — Но не потому, что стыдился тебя! — Он нахмурился и скривил губы. — Просто я попал в неловкое положение. Когда-то, гм… — Он осекся, и Саванна не поверила своим глазам, когда увидела, как Адам, холодный, надменный и невозмутимый Адам, густо покраснел. — Видишь ли, — продолжил он запинаясь, — когда-то мы с мисс Эшер были близкими друзьями. Очень давно, задолго до нашей встречи с тобой.

— О! — воскликнула она с напускным сочувствием, устремив в то же время на мужа осуждающий взгляд.

— Я тогда и не подозревал о твоем существовании. Саванна! Не можешь ведь ты сердиться на меня за мои прошлые похождения.

— Разумеется, нет, — запальчиво сказала она. — Но это ничего не значит. — Саванна сдвинула брови. — Она была со мной так мила, а я, поменяйся мы с ней местами, выцарапала бы ей глаза.

Такое заявление польстило мужскому самолюбию Адама, и Саванна, сообразив, что сказала, готова была провалиться сквозь землю. Щеки ее стали пунцовыми, однако она вздернула подбородок и с гордостью добавила:

— Да, я выцарапала бы ей глаза, но лишь в том случае, если бы наш брак был нормальным.

— Ну, тут я с тобой полностью согласен, — ответил Адам с веселым блеском в глазах. Это было своего рода признание в любви со стороны Саванны, можно сказать, первое признание. И сердце Адама возликовало.

— Опять дразнишь меня? — Саванна бросила на него суровый взгляд.

Адам обезоруживающе улыбнулся и привлек Саванну к себе.

— Ты угадала. Но я получу гораздо большее удовольствие, если поцелую тебя.

С этими словами Адам прижался горячими губами к ее губам со всей нежностью, на какую только был способен. Это тоже было признание в любви. Все сомнения Саванны рассеялись, и она обвила руками его шею. Адам готов был целовать Саванну до бесконечности, но сейчас им двигала не безумная страсть и желание обладать ею, а сильное, глубокое чувство, которое он впервые испытал к женщине. Щеки Саванны все еще пылали, но теперь уже от смущения. Адам обхватил ладонями ее лицо так, чтобы она смотрела ему прямо в глаза.