Слуга короны - Швец Дмитрий - Страница 46

За воротами никого не оказалось, а как же иначе. Молот, скотина, не сказал, за какими именно воротами будет ждать Гробовщик, а их тут, как положено, четверо, и пришлось мне как угорелому носиться по городу, высматривая знакомые рожи.

Не так-то легко найти человека, даже такого здорового, как Гробовщик, в городе, который не знаешь, тем более ночью. Окна не светятся, луны не видать, и единственное, что дает хоть какой-то свет, – костры на улицах, дрова они не экономят, незачем, лес вон под рукой, а там деревьев тьма.

После долгого плутания по одинаковым улицам мне начало казаться, что я заблудился, а когда лоб врезался в стену и из глаз сыпанули искры, уверился в этом окончательно.

Длинный переулок, в который я забежал по своей глупости, заканчивался высоченной стеной. Я остановился, осмотрелся, вздохнул и полез по стене. Ну в самом деле, не возвращаться же назад.

И кто только понастроил таких высоченных стен. Тело безвольно повисло на самом верху, воздух с трудом проникал в передавленные легкие. Приходилось хрипеть и проталкивать его едва не пальцами. Наконец, отдышавшись, я влез на стену целиком и охнул.

Стена, стенища, королева стен! По ней в ряд могло спокойно проехать восемь всадников, размахивающих мечами. Какого черта они воткнули ее в самом центре города? Сам-то городок чуть больше Триита, но там таких стен нет даже вокруг храмов. А здесь квартал бедняков – и хлоп, стена. Чудо, просто чудо. Ну посмотрим, что скрывает это чудо, раз уж я все равно здесь.

Мне казалось, что я блуждаю по бесконечной стене целую вечность, а она, проклятушая, только длинней да пакостнее становится. Я устал и замерз, хотелось спать, жрать и набить кое-кому здоровенную, хитрую, наглую рожу над истекающим кровью брюхом. Черт возьми, если я не выберусь отсюда до утра, боюсь, я покойник, вон уже и заря.

– Все будет так, как давно оговорено, – уверенно произнес голос из ниоткуда.

– Не сомневаюсь, – ответил я, подняв голову к небу.

С голодухи уже мерещится черт-те что, еще чуть-чуть – и я увижу богов в белых одеждах или демонов – в черных. Лучше богов, они вроде добрее должны быть

– Если, конечно, вы выполните вашу часть договора, – добавил голос.

– Какого договора? – не понял я. – Никакого договора я не заключал.

Меня затрясло, на спине выступил пот, и холодный ветер пробрался под одежду, заморозив все тело. Неужто я умудрился продать свою душу? Проклятье, больше не буду напиваться до полусмерти. А то по пьяни можно не только души лишиться. Больше никогда, обещаю, только не убивайте меня сейчас и дайте, черт возьми, спуститься с этой стены. На хрена я поминаю черта? Я упал на колени и, воздев руки к небу, принялся читать молитвы, которым меня учил отец и которые с тех пор ни разу не были произнесены мной.

– Обижаете! – засмеялась Шепот. – Я вас когда-нибудь подводила?

Шепот? Ну все, точно смерть голодная на носу. Говорил мне Грязнуля, что голодом я себя уморю и надо иногда жрать, хотя б кору с деревьев или там червей да тараканов. Откуда, ну откуда здесь взяться Шепот, посреди стены, в осажденном городе, под самое утро. Она сейчас, как всегда, храпит в объятиях высоких чинов. Это точно, демоны пришли поиздеваться надо мной, а потом определить меня в самый дальний угол самого страшного каземата их вотчины.

– Я все устрою, не волнуйтесь, – продолжала она, – но мне нужны гарантии и деньги на расходы.

Узнаю тетю Шепот, она и в рай сможет устроить, но только за деньги. Стоп, а почему она берет их не с меня?

– Это само собой! – В голосе слышалась насмешка. – Вот деньги, а насчет гарантий, я же с вас их не прошу… Хотя и очень хочу увидеть доказательства.

Доказательства чего? Моей скорой смерти, так она не за горами. Я сделал шаг и поскользнулся на камешке.

Мое тело грохнулось на стену, подняв тучу пыли и распугав спорящих за мою душу богов.

– Нас тут не могут подслушать? – обеспокоенно спросил голос.

– Да что ж вы так волнуетесь? – ласково ответила Шепот. – Если вы мне не доверяете, так могли бы сами место выбрать.

– Нет, отчего же, я вам доверяю, – успокоенно произнес голос.

Я замер. Боль в колене заставила прийти в себя.

Тоже мне, пуп земли нашелся, вообразил о себе, галлюцинаций навыдумывал. Как будто богам и демонам заняться больше нечем, как обсуждать место твое под солнцем. Очнись, Медный, ты же не идиот! Ну ладно, идиот, но ведь не совсем, есть еще надежда на спасение.

Я подполз к краю стены и перегнулся через него. Шепот, подбоченясь, стояла и строила глазки человеку, целиком закутанному в плащ. Неспрятанными у незнакомца оставались только руки в перчатках да носки дорогих сапог. Если я правильно разглядел, а то в такой темноте можно и блоху за слона принять. Вот только Шепот я не спутаю ни с кем и никогда. Нет, эту стерву я узнаю из тысячи.

– Значит, как договорились? – потягиваясь, спросила Шепот. – Через полгода вы получите свое, со всеми потрохами, а я свое.

– Полгода? – недовольно произнес незнакомец и запустил руку под капюшон, раздался треск, от которого меня едва не вывернуло. – Полгода – это слишком долго. Нельзя ли ускорить как-нибудь это дело?

– Да вы что, – возмутилась Шепот, – полгода долго? Что вы несете? Ускорить? Вы видите, что творится за стенами города. Нет, ускорить никак нельзя. Я же часть отряда, будь он неладен, и не могу так просто покинуть его расположение, когда тут такое затевается. Нет, ускорить никак нельзя. И не надо мне предлагать еще денег, все равно ничего не выйдет, – сбивчиво затараторила она. – Никак не выйдет, – добавила задумчиво. – Еще эта осада.

– Ну вот это-то как раз и не проблема, – довольно заметил незнакомец, – с этим я вам помогу.

– Спасибо, – неуверенно сказала Шепот, – но боюсь, что и это не поможет.

– Хорошо, – вздохнул укутанный, – я столько ждал, могу подождать и еще полгода. Мне пора. – Он взял ее руку и поцеловал. – Если у вас ко мне больше ничего нет, то я откланяюсь.

Хренов аристократ! Ага, теперь я знаю, что среди мне подобных искать его бесполезно, такие, как я, ни за что не будут целовать руку женщине, какой бы красивой она ни была. Вот в губы да покрепче – это запросто, но руку нет, и пусть не ждут.

Они разошлись в разные стороны, и каждый из них был доволен, как купцы на базаре, что выгодную сделку заключили. Я развалился на стене.

Светает! Пора выбираться из города, а то парни панику поднимут и пойдут крушить паарцев за мою шею. Ага, пойдут! Да все только вздохнут с облегчением. Вот за Следопыта пойдут, от него польза, а я только пайку лишнюю жру да в неприятности влипаю.

Ой! Зубы отправились в одну сторону, голова в другую, а мозги и вовсе в третью. Пришлось голове изрядно постараться, чтоб собрать их воедино.

– Медный? Бестолочь, какого черта ты тут делаешь?

– Тихо ты. – Хм, бестолочь, станешь тут бестолочью, когда такие парни, как Метис, сначала по зубам, а уж потом вопросы задают. Как в голове гудит и кружится все… – Меня Молот послал на помощь Гробовщику. – Это я сказал или мне послышалось?

– Так какого лешего, – зашипел Метис, – ты тут-то делаешь? Где Гробовщик и где ты шляешься? – Он взмахнул огромной ручищей и едва не снес мне полголовы.

– Молот точного места не назвал. – Говорю как из бочки, сам себя не понимаю. – Пр-ру, стоять! – Я схватил руками голову и что было силы сжал ее, стало еще хуже. – Ты чего кулаками размахался? Я же теперь не дойду никуда, а меня там Гробовщик ждет.

– Никто тебя уже не ждет. Дуй домой, и быстро, пока не рассвело. А за Гробовщика не волнуйся, вывезли мы его. И его, и груз.

Что еще за груз? Да какая разница, я сам щас груз, и неподъемный груз, вон ноги совсем не держат, подламываются, отказываются идти, и тошнит чего-то.

– Госп! – позвал Метис. – Помоги парню до лагеря дойти, перестарался я, кажись.

– Ты, что ль, Медный будешь? – прокричали мне в ухо, я отскочил и принялся махать руками. И, кажись, зацепил кого-то, точно зацепил: себя по носу, рубаху кровью залью. – Ты чего руками машешь? Больной, что ль?