Слуга короны - Швец Дмитрий - Страница 88

– Я собрал вас, – тем временем продолжал король, – чтобы сообщить новость. Ни для кого из вас не секрет, что я тяжело болен. А на наше королевство обрушиваются одна беда за другой. Недавно умер мой друг, граф Таерский. Он был человеком государства, но не оставил после себя наследников. Потому в стране возникли волнения. Многие захотели прибрать к рукам его земли. Я их понимаю, земли богаты, и тот, кто будет обладать ими, разбогатеет. Есть те, чьи претензии законны, но другие, как лорд Паарских земель, не имеют на них никакого права. Его единственный довод – это сила и близость границ. Так быть не должно. Я долго думал, – он умолк и отпил из кубка, поданного слугой, – думал над тем, как быть со спорным вопросом. Я решил. – Слова едва сходили с его губ, он часто замолкал и тяжело дышал в эти перерывы. – Это непростое дело, – сказал он и обвел взглядом зал. – Но я решил. Я сам назову человека, который будет владеть оставшейся без хозяина землей. Это весьма достойный человек, много сделавший для государства. Его заслуги должны быть вознаграждены. – Он снова обвел взглядом зал, мне кажется, он просто тянет время. – Сегодня, сейчас, я объявлю его имя. Это…

– Остановитесь, ваше величество! – раздался голос. – Вы совершаете ошибку.

– Кто это сказал? – спросил король, побагровев, если можно назвать багрянцем слабый розовый цвет, проступивший на его щеках. – Кто смеет прерывать короля?

– Тот, кто знает то, чего не знаете вы, – продолжал голос.

– Как ты смеешь? – прорычал король, даже не сделав попытки встать, вместо этого он расплылся по трону.

– Смею! – ответил голос – Я смею просить вас не торопиться с оглашением вашего выбора. Потому что вам не все известно.

– Кто ты, черт тебя возьми? – Король не выглядел удивленным, я в этом готов поклясться. – Выйди, чтобы я тебя видел, или ты боишься?

– Вы можете меня казнить, – ответил голос, – только сначала выслушайте меня.

– Хорошо, – согласился король, – только покажись сначала.

– Как прикажете. – Человек вышел из ниши, находившейся за рядом людей напротив меня.

– Это еще что за хрен? – спросил я, наклонившись к самому уху Тау.

– Граф Ният, – ответила она, – он из очень древнего, но обедневшего рода. Я не знала, что и его пригласят. А ты бы не выражался в приличном обществе. Тут такое не принято.

Ну да, конечно! Я удивленно посмотрел на Тау, не выражаются они, как же. При случае ни один из них не упустит возможности вставить крепкое словцо. Да и бывают случаи, когда оно необходимо. Посмотрел бы я на аристократа, когда ему на ногу лошадь наступит.

– Не смотри на меня, – зашипела Тау, сдавив мне руку. – Так не смотри. Ты же не хочешь, чтобы все узнали, кто ты на самом деле? Не хочешь. Тогда не выражайся, а то тебя выгонят.

– Ясно, – сказал я, хотя ни хрена мне ясно не было. – Давай-ка послушаем, что скажет этот, как там его, хрен.

Тау легонько стукнула меня по спине.

– А-а, – произнес король, – это ты. Как ты попал сюда?

– Обманом, ваше величество, обманом. Но по-другому вы бы не стали меня слушать.

– Тогда говори! – повелел король. – Убить тебя мы всегда успеем.

Граф улыбнулся и в абсолютной тишине произнес:

– Ваше величество, я надоедал вам на протяжении долгого времени, – граф явно настроился на долгую речь, – но вы не желали меня слушать…

– Ближе к делу, – оборвал его король.

– У графа есть наследник, – растерянно выпалил еще живой граф.

По рядам потенциальных преемников пробежал ропот, многие схватились за сердце, прочие за оружие.

– Что ты несешь?

– Правду, ваше величество, только правду. Наследник есть, вернее наследница, и сейчас она въезжает в замок.

Только сейчас? Проклятье, черт возьми, как только сейчас, не может этого быть. Я что, зря тут торчу?

Тишина, повисшая над залом, сдавила уши. В этой тишине было слышно, как шелестят платья и бьются сердца. Ничего не происходило. Никто ничего не сказал. Никто не шевелился. Все ждали, что скажет король. Он ничего не сказал, он рассмеялся.

– Граф, – произнес он, насмеявшись, – вы, должно быть, перепили?

– Ни в коем случае, ваше величество, – низко поклонился граф. – Позвольте мне представить вам и всем собравшимся дочь графа Тимола, законную наследницу Таеры!

Массивные дубовые двери со стуком распахнулись, и в зал вошли две женщины в сопровождении десятка вооруженных до зубов солдат. Лица и тех и других были скрыты. Но как минимум одну из них я узнал. Шепот вырядилась в роскошное голубое платье. Дура, никакой фантазии.

– И которая из них дочь графа? – насмешливо улыбаясь, спросил король, но руки его вжались в подлокотники трона.

– Эта! – ответил граф и сделал шаг к женщинам.

Свет упал на него, и я узнал своего недавнего собеседника. Чертовски мал наш мир. А где его спутница? Я пробежался глазами по залу. Ее не было. И все-таки я не ошибся насчет платья. Она щеголяла в нем перед всеми, а потом передала Шепот, а та прошла внутрь, уже не вызывая подозрений.

Граф замер перед женщинами, обменялся с Шепот какими-то знаками и поднял руку с зажатым в ней платком. Он открыл рот, но в этот момент платок выскользнул и опустился на его сапог. Граф поднял платок и почтительно склонился в поклоне.

– Леди, вы позволите? – Ният, не дожидаясь ответа, протянул руки к вуали, скрывающей лицо второй женщины, одетой в розовое с белым платье. Та отпрянула и попыталась укрыться за голубым платьем. Шепот уверенным движением вернула ее на место и позволила графу снять вуаль.

По залу разнесся стон. В нем мой крик и потонул. Я до последней минуты надеялся, что Шепот одумается и не будет подставлять свою племянницу, но нет, эта старая сучка делала только то, что было выгодно для нее. Мне хотелось броситься к ним, вытащить меч и, отбиваясь от всех аристократов сразу, вырвать Адель из их лап, но длинные пальцы Таурелии впились в мою руку, и я сдержался. Мне пришлось, иначе часть моей руки осталась бы ей на память.

Вместо этого я взглянул на монарха. Вид у него, как, собственно, и у всех вокруг, был какой-то пришибленный. Все, выпучив глаза, смотрели на Адель, и только я, как сумасшедший, крутил головой и судорожно сжимал медальон на груди. Первой в себя пришла Тау. Она подтянула меня к себе и прошептала:

– Это же та самая девушка, что я учила недавно.

– Я знаю, – также шепотом ответил я.

– Так ты все знал? – то ли удивленно, то ли обиженно спросила она.

– Так уж вышло, что да.

– И потому ты ее искал?

– Да, – ответил я. – Знаешь что. Ты это, давай-ка уезжай отсюда. Быстро хватай лошадь и, нигде не останавливаясь, лети домой. И запомни, в случае чего – ты меня не знаешь и никогда не видела. Давай, давай, уезжай быстрее!

– Зачем? – спросила она.

– Поверь мне, – ответил я, – так будет лучше для тебя. Боюсь, дальше все будет не слишком хорошо.

– Чего ты боишься? – Она заволновалась.

– Резни, – ответил я и добавил: – Ты думаешь, они все согласятся признать ее права на Таеру?

Она все правильно поняла и, взяв с меня обещание, что я, если мне повезет выбраться отсюда, приеду к ней, удалилась. Мне стало несколько легче. Хотя бы она не пострадает, да и сдерживать меня больше некому. Надо действовать.

Я начал протискиваться вперед, плохо представляя, что делаю, но тут король пришел в себя.

– Господи, – едва смог выговорить он, – как она похожа на свою мать.

Собравшиеся разделились, одни вторили ему, другие кричали, что это бред. Монарх ни на кого не обращал внимания, он протянул руки к Адели и произнес:

– Подойди ко мне, дитя. Подойди, не бойся!

Побледневшая Адель снова попыталась спрятаться за Шепот, но та толкнула ее еще раз, и у маленькой испуганной девочки не осталось выбора. Едва переставляя ноги, она подошла к королю.

– Боже, – произнес монарх, водя рукой по воздуху перед ее лицом, – ты такая красивая.

Он с трудом поднялся и заключил ее в объятия. По щекам его текли слезы. И эти слезы были настоящими.