Тайны острова Буяна - Шведов Сергей Владимирович - Страница 48

– Ну и что? – не понял я.

– Если верить господину Якуну, то атланты высшей категории не тонут в воде и в огне не горят.

– Но это всего лишь поэтическое преувеличение, – попробовал отбояриться я.

– Ничего подобного, – обиделся на меня Якун. – Совершенный вполне способен пройти огонь, воду и медные трубы.

– С огнем и водой все понятно, а что такое медные трубы? – полюбопытствовал де Перрон.

– Понятия не имею, – пожал плечами жрец. – Но так написано на плече у царевича Вадимира.

Словом, эти люди вознамерились загнать меня в воду и, если нужно, даже утопить. С их стороны, это было бестактно. В конце концов, я же не водолаз. С какой стати именно я, родившийся на сухопутье, должен исследовать подводные глубины. Мало ли что можно нацарапать на чужом плече, почему это я должен нести ответственность за неконтролируемые действия зверя апокалипсиса. А потом, ведь и Якун мог ошибиться в прочтении древних символов, а то и коварно ввести всех нас в заблуждение.

Однако мои аргументы присутствующие почему-то сочли малоубедительными. А господин Крафт заявил, что верит в мою звезду. Лучше бы он поверил в свою! В этом случае мое здоровье не подверглось бы такому чудовищному риску. Я все-таки вынужден был под давлением своих спутников и трагически сложившихся обстоятельств сунуть руку в воду. Надо сказать, что в этом бассейне вода была теплой и относительно чистой.

– Вода родниковая, – попробовал соблазнить меня Марк. – Наверняка целебная.

– Да уж конечно, – поддержал его Якун, – сам Ящер не брезговал ею.

– А что мне ваш Ящер, – обиделся я. – У меня статус млекопитающего. А вы пытаетесь превратить Волосатого в земноводного!

– Так ведь и среди млекопитающих есть отличные ныряльщики, морские котики например. А белые медведи чувствуют себя в водной стихии как дома.

– А бурые и вовсе рыбу ловят в ручьях, – подсказал де Перрон. – Я собственными глазами видел.

– Вы что, за рыбой меня посылаете? – рассердился я.

– Пока всего лишь на разведку, – пошел на попятный Марк. – Окунетесь пару раз – и назад.

– Ладно, Ключевский, – сказал я, влезая на бортик бассейна, – если мне попадется русалка, то я непременно подарю ее вам.

– Спасибо, дорогой. Но по русалкам у нас Бернар специалист. Он однажды их видел в лунную ночь и даже описал в своей балладе.

– Нет-нет, – отчего-то забеспокоился менестрель, – это была игра фантазии, и не более того. Я просто подсматривал за купающимися девушками. Может, вам дать меч, сир Вадимир?

– Только этой железяки мне и не хватало, – сказал я, прыгая в воду.

Марк оказался прав по поводу воронки, а возможно даже омута. Водоворот закрутил меня словно щепку и потянул куда-то вниз, в неизведанные глубины. Был момент, когда я пожалел, что родился приматом, а не земноводным. Я находился под водой уже более минуты, и этого было вполне достаточно, чтобы почувствовать себя не Совершенным, а обреченным на то, чтобы стать утопленником. Зеленые круги в моих глазах сменились ярко-красными. Грудь буквально раздирало от желания сделать глубокий вдох, который, безусловно, стал бы последним в моей жизни. Каким-то чудом я удержался от этого, возможно самого последнего, желания и гигантским усилием воли заставил себя открыть глаза. Вода была мутноватой, но все-таки я увидел впереди свет, который вселил в меня надежду. Собрав всю свою волю, я рванулся к нему – и не прогадал. Глубокий вдох избавил меня от кислородного голодания.

Это был довольно большой грот, заполненный водой от силы на метр. Сначала я просто дышал, наслаждаясь вернувшейся ко мне жизнью, а после попытался проникнуть взглядом под своды пещеры, дабы найти отверстие, через которое сюда поступает воздух. Отверстия я не нашел, зато обнаружил лестницу, грубо вытесанную прямо в скале. Недолго думая, я направился к ней в надежде выбраться на свободу.

Лестница вывела меня в относительно сухой коридор, который своими бесконечными изгибами очень напоминал лабиринт. Я чувствовал себя Тезеем, отправившимся убивать Минотавра. В какой-то миг я даже пожалел, что не взял у де Перрона его рыцарский меч, – это когда я услышал голоса. Слегка успокаивало, что голоса эти были женские. Тем не менее я не бросился вперед сломя голову, дабы засвидетельствовать свое почтение местным обитателям, а стал украдкой продвигаться вперед, хоронясь за огромными камнями. Лабиринт вскоре закончился, и я оказался в гигантской пещере, посреди которой находился большой водоем. Именно отсюда и доносились столь заинтересовавшие меня голоса. Чтобы лучше видеть их обладательниц, я приподнял голову. И зря. Меня, похоже, обнаружили. Послышался протестующий визг, и стая белых лебедушек упорхнула с моих глаз, затерявшись в подземном лабиринте. Насчет лебедушек – это, конечно, поэтический образ. Скорее это были нимфы. А если обойтись совсем без мифологии, то я вспугнул с десяток купавшихся на мелководье девушек, не обременявших себя одеждой.

Будь на моем месте менестрель де Перрон, он бы разразился по этому поводу балладой, но я ограничился всего лишь вежливым поклоном в адрес выходящей из озерной пены девы, которая, если судить по роскошным формам, была по меньшей мере Афродитой. На лице подземной богини не было и тени испуга. Ее пронзительно зеленые глаза смотрели на меня строго, но доброжелательно.

– Царевич Вадимир, – на всякий случай представился я.

– Леда, – в свою очередь назвала себя нимфа. – Дева Голубого озера. Вы утопленник?

– Нет. Некоторые называют меня богом Велесом, но, возможно, они мне льстят.

Леда нахмурилась и принялась отжимать свои роскошные волосы. Собственная нагота ее нисколько не смущала, а мне оставалось только наблюдать за изгибами ее на редкость красивого тела и вздыхать украдкой.

– Как вы проникли в мое убежище?

– Я увидел свет.

– Вы сын Ящера?

– Это вопрос сложный, – ушел я от ответа. – Ученые мужи еще не пришли к единому мнению на сей счет. То есть чисто гипотетически – да, а если брать практическую сторону дела, то нет. В том смысле, что у моей мамы был совсем другой муж.

– Это не имеет ровным счетом никакого значения, – нахмурилась Леда. – Ящеру достаточно было явиться вашей матери во сне. В любом случае вы его наследник.

– В этом нет ни малейшего сомнения, – охотно подтвердил я. – Ящер, по-моему, вообще зажился на этом свете. Все его собратья давно уже стали пресмыкающимися, а он все еще грезит о власти над миром.

– Он мне мешает, – сказала Леда, с видом королевы усаживаясь на валун.

– Он мешает всем, – поддакнул я. – Есть сведения, что он вообще самозванец.

– Вы собираетесь его убить?

– Хотелось бы, – вздохнул я. – Знать бы еще способ, которым его можно отправить в тартарары.

– Вы хотите сказать, в Тартар? – вскинула изящную бровь Леда. – Но ведь он и так там находится.

– Извините, я неправильно выразился. В общем, этого типа надо изгнать из подземного царства. По-моему, я буду лучшим царем, чем он.

– Вы действительно гораздо симпатичнее Ящера, – окинула меня оценивающим взглядом Леда.

– Спасибо за комплимент.

– Я готова вручить вам средство для борьбы с Ящером, бог Велес, но не даром.

Все-таки как меркантильны женщины! Нет чтобы помочь доблестному витязю, а возможно даже богу, бескорыстно, они требуют с него плату. А ведь этот Ящер мешает ей не меньше, чем мне. Недаром же она сидит в этом своем подземном убежище, вместо того чтобы царствовать на просторах роскошного озера.

– Вы меня оскорбляете, бог Велес, – обиженно надула губки Леда.

– Так я ведь ни слова не сказал?

– Я читаю ваши мысли, как это принято между богами.

Не знаю, можно ли меня считать полноценным богом, но мысли озерной девы я тоже прочел без труда. И даже предпринял робкую попытку отвертеться от предстоящего действа:

– Видите ли, я человек женатый.

– А как зовут вашу избранницу?

– Маргарита.

– Земная женщина, идущая к небу, – расшифровала имя моей супруги Леда. – Очень неплохой выбор. Идемте.