Собрание творений. Том 4. Догматика Православной Церкви. Пневматология. Эсхатология - Преподобный Иустин (Попович) - Страница 127

Воскресение Владыки Христа, а тем самым и воскресение мертвых вообще самым ясным образом засвидетельствовано как исторический факт (см. 1Кор.15:1—10; Деян.10:41, 13:31; Рим.1:4; 1Кор.15:12, 13, 16, 22). Святые Апостолы, исполненные Духом Святым, всю проповедь о Господе Иисусе Христе основывают на Его Воскресении; именно это выделяют они как самое важное свидетельство о Его Божестве и об искупительной силе Его крестного подвига. Бесстрашно проповедуют они воскресение всех людей во Христе Иисусе, тогда как иудеи ввергают их в темницы, досадуя на то, что они учат народ и проповедуют в Иисусе воскресение из мертвых (Деян.4:2; ср. Деян.23:6). Страшный христоборец Савл, обращенный в христианство видением воскресшего Господа Иисуса Христа, всю свою пламенную и неустрашимую проповедь основывает на Христовом Воскресении (1Кор.15:14, 17; Деян.17:18, 32). Ради воскресшего Владыки Христа он подъемлет неописуемые муки, проходит нечеловеческие подвиги, чтобы достигнуть воскресения мертвых (Флп.3:7—11). Простирается он к этому через все свои вперенные во Христа желания и лишь в этом видит смысл человеческой жизни. Невозможно для него оправдание человеческой жизни без воскресения мертвых, как невозможно и христианство без Христова Воскресения. Одно обусловлено другим. Если же о Христе проповедуется, что Он воскрес из мертвых, то как некоторые из вас говорят, что нет воскресения мертвых? Если нет воскресения мертвых, то и Христос не воскрес; а если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна — κενὸν (= пуста, бесцельна), тщетна — κενή (= пуста, бесцельна) и вера ваша. Притом мы оказались бы и лжесвидетелями о Боге, потому что свидетельствовали бы о Боге, что Он воскресил Христа, Которого Он не воскрешал, если, то есть, мертвые не воскресают; ибо если мертвые не воскресают, то и Христос не воскрес. А если Христос не воскрес, то вера ваша тщетна (1Кор.15:12—17; ср. Рим.8:11; 2Тим.2:18).

Неминуемость воскресения мертвых — это естественное и логичное следствие единства природы человеческого рода в лице воскресшего Богочеловека Христа, подобно тому как смерть — естественное и логичное следствие единства природы человеческого рода в Адаме: Христос воскрес из мертвых, первенец из умерших. Ибо, как смерть через человека, так через человека и воскресение мертвых. Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут (1Кор.15:20—22). — Своим Воскресением из мертвых Владыка Христос, будучи Богочеловеком, стал первенцем воскресения всеобщего человеческого естества. В силу чего? Необходимо повторить: в силу того, что Он — Богочеловек. Человеческое естество впервые в Нем, в Богочеловеке, обрело себя в полном общении с Богом, с Бессмертным, с Вечным. Им человеческое естество вошло в состав Его Богочеловеческой Личности, соделалось «плотью Божией», плотью Бога Слова. Таким образом человеческому естеству был показан истинный путь к совершенству, ко всесовершенству, к его конечному назначению. Данное человеческому естеству в Богочеловеке Христе и совершившееся с ним в Нем дано и совершилось ради всецелого человеческого естества. Поэтому человеческое естество в Господе Иисусе Христе — это начаток новой жизни, начаток бессмертия, воскресения. За начатком должно последовать всё людское естество и каждая человеческая личность в отдельности. Человеческое естество в каждом человеческом существе таинственным образом связано с человеческим естеством Богочеловека Христа, в силу самой своей природы, потому что Он — истинный человек и в Нем человеческое естество действительно и истинно. Точно так же, как и всякий человек своим человеческим естеством таинственным образом связан с родоначальником людского рода, человеческого естества — с Адамом. То, что в Богочеловеке Христе человеческое естество нераздельно соединено с Богом, — [это] и подает природе человека Божественные, воскрешающие силы, не покидающие ее в смерти. Это человеческое естество во Владыке Христе — наше, общечеловеческое естество; в нем присутствует каждый из нас, в силу самой человечности нашего естества, — равно как все мы и каждый из нас в отдельности присутствуем в Адаме. Это закон, повинуясь которому стоит и существует человеческий род.

Богодухновенный Апостол благовествует всеобщую истину, утверждая, что как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут (1Кор.15:22). При самом сотворении первому человеку, Адаму, была дана логосная сила, животворная и жизнеподательная. Эта сила подается всякому человеку, рождающемуся в сей мир (см. Ин.1:3, 4, 9); но в грехолюбивом человеческом роде под гнетом смерти она изнемогла, как бы замерла. Владыка Христос, воплощенный Бог Слово, как Богочеловек воскресает из мертвых и подает воскрешающие силы немощствующей логосной силе в каждом человеке, дабы, избавившись от смерти, она вошла в воскресение. Это — закваска воскресения, от которой должно вскиснуть всё тесто людского естества. Воскресший Богочеловек не навязывает человеческому роду чего-то нового, предоставляя ему возможность всеобщего воскресения из мертвых, ведь первый человек, Адам, носитель и источник всей людской природы, создан с логосной силой как составной ее частью, как ее ядром: а в этом логосном ядре — и ее бессмертие. Своим Воскресением Богочеловек Христос возвращает жизненную силу этому полумертвому ядру бессмертия и выводит его на путь, ведущий через всеобщее воскресение из мертвых во всеобщее бессмертие. В самой своей логосности людская природа носит свое бессмертие не только как возможность, но и как суть, как сердцевину. Бог Слово, воспринявший на Себя всего человека, придает этому бессмертию необходимую полноту и совершенство. Воскресение Богочеловека Христа из мертвых уготовляет всеобщее бессмертие людской природе как Божию созданию. Поэтому в последний день воскреснут все люди: и добрые, и злые (см. Ин.5:28—29; Мф.25:7).

Воскресшие тела, хотя и будут они духовными и бессмертными, не утратят своей сущности — того, что тело делает телом; ведь воскресение — это не сотворение нового тела, а оживление и преображение прежнего. Своей всемогущей силой Бог воскресит истлевшие и разложившиеся тела. Ибо Сотворивший в начале тело из земли может то же самое тело, хотя оно и распалось в земле и превратилось в землю, паки воссоздать и оживить. Нечто подобное происходит и в природе: посеянное зерно, после того как растворится в земле, прорастает, колосится и приносит плод (1Кор.15:36—44).

Главное различие между настоящими и будущими, воскресшими, телами и их свойствами будет в том, что воскресшие тела станут бессмертными и духовными и начнут действовать духовно. Их бессмертие будет заключаться в том, что они не будут умирать, а духовность — [в том,] что они будут жить, как Ангелы (Лк.20:35—36). Тождественность и различие настоящих тел и воскресших будут подобны тождественности и различию, существующим между посеянным зерном и колосом: существенная, генетическая тождественность остается, но налицо и огромная разница (1Кор.15:36—38, 42—44). «Настоящая жизнь есть как бы семя грядущей, — говорит святой Григорий Нисский. — Но то, чего мы ожидаем, во многом отличается от настоящего, и причем настолько, насколько колос отличается от зерна, из которого произошел. Настоящая жизнь подобна зерну; чаемая же [жизнь] явится в красоте колоса».

Вообще говоря, сама сущность плоти как материи, как вещественного существа покрыта сокровенностью не менее непроницаемой, чем и сама сущность души как существа духовного. Как сущность души, так и сущность плоти в своей конечной тайне ускользают от людского разума и оказываются недосягаемыми для силы людского познания. Корни этих сущностей находятся в мире неприступных Божиих тайн, обитающих превыше всех вершин человеческой мысли.

О том, что воскресшие тела будут сущностно тождественны телам настоящим, свидетельствует и самое слово [воскресение] ἀνάστασις, что [буквально] означает «восстание», то есть подъем того, что легло, пало, уснуло, а не чего-то совсем иного. Если бы воскресшие тела были полностью новыми, то воскресение явилось бы не восстанием, а новым созданием и воскресшие тела не имели бы ничего общего с телами умершими. В этом случае непрерывность бытия личности была бы прервана и вся земная человеческая жизнь во плоти утратила бы всякий смысл. Воскресение состоит не в сотворении чего-то нового, а в воссоздании того, что уже было. Ибо, по словам святого Григория Нисского, «воскресение есть не что иное, как восстановление прежнего — ἡ εἰς τὸ ἀρχαῖον ἀποκατάστασις», то есть того, что было. Сам Спаситель воскрес в том теле, в котором жил на земле, страдал, был распят, прободен копьем и погребен. И по Своем Воскресении Он нарочито старается убедить Своих учеников в том, что Его воскресшее тело — то же самое, которое Он имел до распятия и погребения (Ин.20:26—27; Лк.24:37—43). А прежде Своего Воскресения, проповедуя Евангелие, Господь Иисус Христос ясно учил, что в последний день воскреснут именно те мертвые человеческие тела, в которых люди жили на земле и которые были составной частью их личностей: Наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия; и изыдут (Ин.5:28; ср. Откр.20:13). И апостол Павел в своем учении о воскресении мертвых особенно выделяет, что сие смертное — τὸ θνητόν — тело облечется в бессмертие и сие тленное — τὸ φθαρτόν — тело облечется в нетление (1Кор.15:53). Залог же этого он видит в Воскресении Владыки Христа: Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела (Рим.8:11).