Дипломат особого назначения - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 39

Он ударил кулаком по земле и принялся отчаянно чесаться.

— Возьми, — сказал Олег, протягивая свой. — Мне оружие не нужно.

Хамп схватил меч, вытащил клинок из ножен и сделал пару выпадов. Герт похлопал себя по животу:

— Приятно после праведных трудов вкусить немного пищи. Ну а теперь скажите мне, лесные братья, что вы собираетесь делать дальше?

Олег почувствовал, как невидимо напряглись мускулы Герта, лежавшего, казалось, совершенно расслабленно, растекшись по камню, к которому он привалился спиной. Хамп опустил меч и уставился на Герта.

— Мы не друзья! — заявил он. — Так, попутчики!

— Я думаю, — не глядя на него процедил Герт, — что тебе лучше всего вернуться к своему сброду.

Рука Хампа дель Райга сжала меч. Олег уже приготовился вмешаться — а так не хотелось шевелиться, после сытного завтрака и многочисленных сегодняшних концентраций он готов был пролежать часов шесть, — как вдруг Хамп бросил меч в ножны и расхохотался Герту в лицо:

— Будь повежливее, приятель, с теми, от кого зависит твоя жизнь! Это Троухор! Подумай лучше о том, как ты будешь выбираться отсюда!

Герт шевельнулся обеспокоенно, как будто наткнувшись на острый камень.

— Что ты хочешь сказать? — грозно спросил он, теперь уже глядя прямо на Хампа.

— Держу пари, ты не знаешь обратной дороги! — засмеялся Хамп, поглаживая рукоять меча. Олег лениво пошевелился: вмешиваться не хотелось, но ссора приобретала какой-то странный оборот.

— А ты знаешь? — спросил он, с любопытством глядя на Хампа.

Вопрос принес ожидаемый эффект. Герт выжидательно замолчал, видно было, что он действительно не знает дороги и не хочет терять проводника из-за пустяковой размолвки; Хамп же, польщенный вниманием самого Олега, и, несомненно, вдохновленный сытным завтраком, принялся разглагольствовать, мешая, как принято, правду и непомерное хвастовство:

— Я думал, Олег, ты знаешь, что ни один человек не возвращался в здравом уме из этого места! Перевалом Безумия зовут его не напрасно! Здесь начинается Троухор, страна-за-горами, и никто кроме меня не знает отсюда обратной дороги! Три года назад, уходя, как сегодня, от погони, в тумане мы пересекли границу. Туман кончился в двух шагах от нее. Мы остановились в ужасе, но было поздно. С нами было два малолетка; они с криками бросились назад. Ты видел когда-нибудь, как давят человека на плахе? Ужаснее крика я никогда не слыхал! От них остались кровавые пятна, отброшенные от границы на много шагов! Со мной были головорезы, отчаянные ребята — они плакали от страха и проклинали судьбу. Они считали, что погибли: идти назад означало верную смерть, вперед — рабство в Троухоре, а это еще хуже! Даже я не смог привести их в чувство; они набросились на меня, собираясь принести в жертву богам и спасти свои жалкие шкуры! Моему мечу в тот день было много работы! Я остался один среди трупов, и немногие выдержали бы такое, не помутившись рассудком! Но весь Трит знает: я никогда не сдаюсь! Я пошел прочь от дороги, вверх, разыскивая тропу, двигаясь осторожно, как песчаная ящерица. Три дня я искал путь назад, отступая при малейшем сопротивлении — я сумел пройти, не потревожив колдовства Троухора. Ты можешь попробовать повторить мои поиски, — Хамп дель Райг насмешливо посмотрел на Герта, — но как знать, повезет ли тебе!

Герт никак не отреагировал на эту насмешку, но Олег заметил, что около его правой руки появился меч.

— Неужели это такое страшное место? — спросил Олег, выражая голосом как можно больше сомнения.

— Ты не веришь?! — Хамп замотал головой. — Даже для тебя, хоть ты и великий волшебник, это место смертельно опасно! Троухор! Страна ужаса! Каждый год сюда, к перевалу, приходят любопытные и смотрят вдаль, боясь даже переступить границу. То, что они видят, делает их безумными. Я знаю от одного из них, одноухого Старого Берга, спятившего не слишком сильно, что иногда здесь появляется звезда, притягивающая глаз. И тот, кто посмотрит на нее, потеряет рассудок или умрет. Демоны обычно не пересекают границу, но одного вида их достаточно, чтобы окаменеть от ужаса!

— Демоны? — переспросил Герт. Любопытство пересилило, наконец, вражду. — А это не кабацкие россказни?

— Подожди темноты, и ты сам их увидишь, — ответил Хамп, посмеиваясь.

— А ты их видел? — спросил Олег.

Хамп внезапно оборвал смех и притянул к себе меч.

— Я слишком разговорился, — сказал он приглушенно. — Говорят, они приходят к тем, кто словами тревожит их покой. Мы еще не по ту сторону границы.

— Ты прав, — пробормотал Герт, оглядываясь.

Вокруг были скалы, розовые от восходящего солнца. Впервые на этой планете Олег видел солнце — и улыбался ему. Мрак и серость Трита, казалось, навсегда остались позади… О Великий Космос! Посланник!

Значит, еще раз. Баген отпадает — он здесь давно и хорошо известен. Популярный исповедник-иеронец. Монсеньор орт Трит тоже отпадает, заподозрить его можно было только спросонья, в подземном бреду. Герт, по-видимому, тоже отпадает. Как минимум два года на службе, правая рука монсеньора. Хамп дель Райг? Абсурд; он, похоже, чуть ли не местный Робин Гуд.

Олег почувствовал себя идиотом. Так посланника не было вовсе?

Спокойно, спокойно… По порядку. Факт первый; встреча должна была состояться четыре дня назад, вечером, у Расщепленного Дрота. Факт второй: встреча не состоялась. Факт третий: никаких вариантов на этот случай «они» не указали. Возможные причины срыва встречи с «их» стороны: нежелание сразу раскрываться, отказ от контакта, опоздание. В первом случае: посланник должен был быть рядом, наблюдать, предлагать тестовые ситуации. Рядом были только аборигены. Дистанционное наблюдение? Это все равно что отказ от контакта. Итак, в обоих случаях все, миссия закончена. А вот в третьем…

Опоздание? Но как это могло произойти?! Авария? Это невозможно. Олег усмехнулся, вспомнив несколько собственных «аварий» — все они кончались заменой вылетевших модулей и потерей всего пары минут. Разве что затащить внутрь капсулы атомную бомбу… Без толку: защита все равно сработает. Но тогда что же, черт побери, могло его задержать?!

Хамп дель Райг издал какой-то совершенно невозможный звук, как если бы икнуло хором стадо слонов, и отвлек Олега от размышлений. Олег поднял глаза — и мир застыл, словно остановленный видеофильм: темп восприятия рефлекторно подскочил настолько, что Олег поначалу даже не понял, из-за чего. А потом рассмотрел то, что находилось в четырех метрах прямо перед ним.

Два багровых глаза величиной с кулак немигающе глядели на Олега из-под иссиня-черных надбровных дуг. Сразу под глазами начиналась огромная, обсаженная тремя рядами зубов пасть, извергающая голубоватый дымок. Собственно, глаза и пасть и составляли большую часть головы, опиравшейся на длинную, как у помеси жирафа со змеей, шею. Опустив взгляд, Олег обнаружил, что шея торчит из туловища громадной черепахи, и притом торчит не одна. По периметру монстра располагались еще несколько голов, косящих на Олега багровым взглядом, вот только шеи у них были совсем короткие. Пока короткие, тут же сообразил Олег; в любой момент запасные головы были готовы выскочить на помощь первой.

Какой я идиот, подумал Олег, нет, второго такого на всей Земле не найти, — полез на эту планету без снаряжения! Хотя, опять же, кто мог предположить. Однако что же теперь делать-то?

Раскрытая пасть медленно приближалась, Олег с облегчением заметил, что целится она в него. Это хорошо, ребята получат немного времени, только бы не совались в драку; однако надо передвинуться, а то может создаться впечатление, что я легкая добыча… Олег начал медленно сдвигаться влево — в своем темпе медленно, на самом же деле — с предельно доступной для восприятия черепаходракона, как Олег наскоро окрестил монстра, скоростью. Голова мигнула левым глазом и повернулась за ним.

Мечом не взять, оценил Олег фактуру кожи; мозг, скорее всего, распределен — бить по активной голове нет смысла; отшвырнуть тоже не получится — экая махина, а ведь подкрался совершенно бесшумно! Биоэнергетика, в который раз? Олег попытался пощупать поля; странно, черепаходракона как будто вообще не было, мелькнула даже мысль — не иллюзия ли? — никакой ауры, то есть совсем никакой, как от камня. Значит, биоэнергетика тоже отпадает. Что делать, а?!