Тень спрута - Щеглов Сергей Игоревич - Страница 70

— Что-то вроде антикризисного менеджера? — предположил Калашников.

— Что-то вроде, — согласился Збирек. — С той лишь разницей, что антикризисный менеджер борется с последствиями прошлых ошибок, а политкорректор предотвращает ошибки будущие.

— Круто, — оценил Калашников. — И сколько же стоят ваши услуги?

— Чтобы у вас появилась возможность их оплачивать, — ответил Збирек, — мне придется пару месантов поработать на вас бесплатно. Моя ставка — десять миллионов за сез. Плюс пятнадцать процентов от прироста совокупного капитала.

4.

— Десять миллионов ЭЕ?! – изумленно переспросил Калашников.

— Совершенно верно, — улыбнулся Збирек.

Десять миллиардов долларов, автоматически перевел Калашников. Годовой бюджет крупного города. И это — гонорар одного человека?!

— Простите, — выдавил Калашников, — можно задать вам бесплатный вопрос?

— Сколько хотите, — щедро предложил Збирек.

— Сколько стоит одна населенная планета, еще не вступившая в ООП?!

Збирек тряхнул головой, и глаза его на мгновение подернулись розовым.

— Только планета? — уточнил он. — Без центральной звезды?

— Да, только планета, — подтвердил Калашников.

— Около миллиарда, — тут же ответил Збирек. — Магата Гари заплатил миллиард шестьсот миллионов, но в эту сумму вошли еще и судебные издержки.

— И он вот так запросто ее заплатил?! – простонал Калашников.

— Конечно, — пожал плечами Збирек. — Иначе ему пришлось бы заплатить гораздо больше.

Понятно, сказал себе Калашников. Для галактической элиты десять миллионов — не больше чем разменная монета. Должно быть, Збирек не врет насчет своей зарплаты.

— Вы знаете, — сказал Калашников, — ваше предложение меня заинтересовало.

— Тогда продолжайте! — воскликнул Збирек. — Спрашивайте меня дальше!

Калашников покачал головой:

— Благодарю, но того, что я уже услышал, вполне достаточно. Сейчас я хотел бы как можно быстрее отбыть обратно в гостиницу. Пусть на меня хоть тысяча журналистов навалится — все ж лучше, чем очередной боевой робот!

— Что вы сказали? — вздрогнул Збирек. — Очередной боевой робот?!

— Ну да, — пожал плечами Калашников. — Или вы думаете, что этот, — он указал на трехметрового паука, — был последним?!

Збирек зашипел и крутанул головой, минимум трижды повернув ее вокруг туловища. В левой руке у него появилась похожая на гвоздодер штуковина, а на правой снова засветился противоспонковский цилиндрик. Калашникова охватило нехорошее предчувствие: дьявол явно готовился к бою.

И бой грянул. Контуры далекой черной скалы исказились, на ее фоне мелькнула прозрачная человекообразная фигура, Збирек прыгнул вперед, беспорядочно нанося удары обеими руками. Раздался металлический звон, страшный удар в челюсть отбросил Збирека в сторону, и человек-невидимка наконец обрел привычную форму. Перед Калашниковым стоял, отблескивая красными отражениями лавовых озер, человекообразный кусок жидкого металла, выставивший перед собой огромный кулак.

Голова робота-терминатора повернулась к Калашникову, и его лицо на мгновение приобрело человеческие черты.

— Не верь ему! — крикнул робот. — Это же Домби Зубль!

В следующее мгновение гвоздодер Збирека разрубил голову терминатора пополам, а жидкий металл двумя чудовищными руками вцепился дьяволу в глотку. Калашников отпрыгнул назад и понял, что висит в воздухе — сознание, подстроившееся под бешеный темп схватки двух суперменов, двигалось куда быстрее, чем оставшееся в обычном времени тело. Гвоздодер разорвал терминатора еще в трех местах, крупные капли упали на пористую вулканическую почву, Збирек выбросил вперед правую руку. Раздался мелодичный звон, и три начавшие сливаться воедино зеркальных бугра застыли в виде жутковатой абстрактной скульптуры.

Збирек пошатнулся и мешком свалился на землю. Кто-то из нас Домби Зубль, подумал Калашников. Держу пари, что не я.

Он вспомнил лицо, которое на долю секунды проступило через гладкий металл терминатора. Это было лицо робота УРТ-1965.

Збирек — а точнее сказать, Домби Зубль, — подтянул руки к груди и расстегнул молнию на своей замшевой куртке. В воздух выплеснулась черная жидкость, с шипением оросившая камни; Домби Зубль хрюкнул, перевернулся на живот и выблевал из себя три сгустка серой слизи.

Вот будет номер, подумал Калашников, если он сейчас помрет.

Домби Зубль приподнял голову, нащупал Калашникова взглядом и цокнул языком. Калашников вздрогнул: вокруг его тела захлестнулся жесткий пластмассовый кокон, мгновенно заполнившийся стремительно твердеющей жидкостью. Уже через секунду Калашников по шею превратился в статую, составив компанию двум боевым роботам.

Домби Зубль прокашлялся, застегнул куртку и не спеша поднялся. Подошел к Калашникову, заглянул в глаза.

— Ты ошибся, Звездный Пророк, — сказал он. — Модель УРТ-1965 устарела еще восемь лет назад. У вас не было ни единого шанса!

— Не понимаю, о чем это вы, — вздохнул Калашников. Ему опять захотелось умереть.

— А этого уже и не требуется, — усмехнулся Домби Зубль. — Теперь вопросы буду задавать я.

Он протянул руку и легко поднял Калашникова вместе с коконом. Потом повернулся и небрежно махнул свободной рукой, открывая телепорт.

Калашников с удивлением отметил, что телепорт не открылся.

Домби Зубль поставил Калашникова обратно на землю и затравленно огляделся.

— Кто здесь?! – спросил он дрогнувшим голосом.

Однако и дьяволу иногда приходится туго, подумал Калашников. А в самом деле, кто здесь?! Спонки уже появились, мои верные роботы — тоже; кого нам еще не хватает? Разве что когаленского спецназа?

— Не надо задавать вопросы, — услышал Калашников мелодичный, убаюкивающий голос. Домби Зубль его тоже услышал: его голова стала мелко подрагивать в такт каждому слову. — Надо опуститься на землю, перевести дух, восстановить силы. Вы в полной безопасности, все позади, все будет хорошо…

«Гипнотизер», — подумал Калашников, поймав себя на попытке опуститься на землю. Кокон, понятное дело, пресек попытку в корне, и потому Калашников просто закрыл глаза. Зачем напрягаться? Все уже позади; все будет хорошо.

— Все будет хорошо, — сквозь сон услышал Калашников другой, такой же мелодичный, но куда более громкий голос, — отвечайте на вопросы, и все будет хорошо. Кто вы такой?

— Я Артем Калашников, Звездный Пророк, — сомнамбулически ответил Калашников.

— Спите, спите, вам не о чем беспокоиться, — забубнил первый голос.

— Подойдите ближе, еще ближе, он вас не слышит, — ответил ему второй.

Калашников на мгновение провалился в сон и тут же с ужасом вынырнул обратно. «Ты что, сдурел?! – завопил даймон. — Зателепают же!». Калашников через силу открыл глаза — и увидел незабываемое зрелище.

Друг перед другом, пошатываясь, точно лунатики, стояли дьявол и бог. Дьяволом был уже знакомый Калашникову Домби Зубль, а роль местного бога выполнял одетый в стеганый белый халат седобородый старик, над головой которого явственно просматривалось искрящееся сияние. Старик держал руки молитвенно сложенными на груди и что-то бормотал себе под нос; Домби Зубль покачивал головой, словно стряхивая наваждение, но с каждым разом — все медленнее и медленнее. Наконец бормотание старика стихло, и он мешком повалился на землю. Домби Зубль в последний раз шевельнул головой, ноги его подкосились, и он рухнул навзничь, широко раскинув длинные руки. Уже через мгновение в горле у него что-то забулькало, и Калашников услышал раскатистый храп.

Черт знает что, подумал Калашников. Они что же, зателепали друг друга?! А мне что прикажете делать?

Ждать, когда спящий проснется?