Игра страсти - Косински Ежи - Страница 49

— Готов ли Трекки к представлению в такой же степени, как и я? — спросил Фабиан.

— Он тоже в белом, ждет не дождется вечера.

Стелла вывела трейлер на шоссе и внимательно огляделась.

— Остановимся за забором, — сказала она. — Перед тем как гости уйдут в дом обедать, Бетси переключится с рока на музыку кантри. Это будет сигналом для тебя. Ты выедешь на Трекки, облачившись в плащ, но будешь держаться возле кустов. Затем оркестр начнет исполнять Шопена, и при его звуках ты галопом выедешь на лужайку, остановишься, поприветствуешь присутствующих и бросишь Ванессе розу. Да так, чтобы она сумела ее поймать!

— А как я ее узнаю? — с невинным видом спросил Фабиан.

— Это будет высокая женщина, вся в белом, как и ты. Стройная, с пышными волосами, которые так нравятся мужчинам! Не ошибешься. После того как она получит свою розу, ты ее снова поприветствуешь, и таинственный всадник исчезнет в ночи, чтобы никогда к ней больше не возвращаться. То есть ты сам и Трекки вернетесь ко мне.

— И это все?

— Все. Я отвезу Трекки домой и по пути высажу тебя возле твоего фургона.

Они свернули на проселочную дорогу; Стелла постепенно снизила скорость, словно для того, чтобы не нарушать покоя величественных особняков, окруженных рвами, деревьями и сочными, аккуратно подстриженными кустами. Дорога постепенно стала сужаться и наконец уперлась в тупик. Стелла поставила фургон на обочину и выключила двигатель. Поездка заняла не более десяти минут.

— Приехали, — произнесла она. — Можешь взглянуть отсюда на особняк, если забор не слишком высок.

Фабиан вышел из кабины. Надвигались сумерки, в воздухе ощущалась прохлада, на траве появилась роса. Стараясь не изорвать одежду о кустарник, он скользил между деревьев, пока не увидел особняк.

Это было обширное сооружение — с широкими окнами, террасами на всех этажах. Множество гостей всех возрастов — по подсчетам Фабиана, их было не меньше сотни — пили, беседовали, расположившись на лужайке. Несколько человек танцевали под пульсирующие звуки рока.

— Отсюда ты Ванессу не увидишь, — заметила подошедшая к нему Стелла, оглядывая сцену. — Но когда подойдешь поближе, непременно заметишь ее. — Фабиан последовал за молодой женщиной, которая опустила аппарель трейлера и вывела Трекки наружу.

Оказавшись в незнакомом месте, животное негромко ржало и пугливо озиралось. Пока Стелла успокаивала его, Фабиан подгонял стремянные ремни.

— Время еще есть, — сказала Стелла, посмотрев на часы. — Как только услышишь музыку в стиле кантри, будь наготове.

Фабиан сел на лошадь, которая капризничала и не слушалась. Он осадил ее, успокоил и стал проверять ее аллюры. Трекки стала показывать, на что она способна, поднимая передние ноги, отставляя их в стороны, выгибая шею, готовая перейти на легкий шаг, которым славится эта порода.

— Пора надеть маску и взять цветок, — произнесла Стелла, разворачивая целлофан. Фабиан закрепил маску и засунул розу за пояс. Взглянув на хромированную отделку трейлера, увидел в нем серебряный призрак из немого фильма, который уставился на него.

Он заставил Трекки кружить и гарцевать вокруг трейлера, чтобы лошадь почувствовала его вес и научилась слушаться его. Он представил себе, как из надвигающихся сумерек на фоне темной зелени появится фигура в белом.

— С минуты на минуту тебе надо будет трогаться, — решила молодая женщина, прислушиваясь к звукам музыки. — Не забывай, что ты влюбленный странствующий рыцарь.

Фабиан поудобнее устроился в седле. Бивший по ушам рок звучал все громче, затем неожиданно смолк. На смену ему пришла музыка в стиле кантри.

Это был первый сигнал. Фабиан заставил лошадь попятиться, затем тотчас подхлестнул ее. Через несколько метров деревья сменились плотным кустарником и мелкой порослью. Трекки взбрыкивала и, нервничая, пробиралась сквозь заросли. Роса проникала сквозь прорези маски, стекала по подбородку, увлажняла грудь.

Гости сразу же заметили его и один за другим стали показывать на него бокалами, которые держали в руках. Он двигался, прижимаясь к кустам на самом краю лужайки, чтобы возбудить любопытство гостей. Музыка продолжала играть, и он повернул Трекки в сторону особняка. Гости внимательно наблюдали за ним. Он ехал вдоль деревьев, отбрасывавших все более густые тени, снова и снова поворачивал лошадь, которая шла аллюром «зигзаг». Наступила тишина, нарушаемая лишь смехом гостей. В эту минуту музыка смолкла.

Услышав аккорды Шопена, Фабиан помчался по пятнистой лужайке.

Неожиданно на одной из террас зажглись яркие огни, осветившие присутствующих. Фабиан было решил, что кто-то из гостей решил облегчить ему задачу найти Ванессу. Но он ошибся. Трекки, испугавшись яркого света и неожиданной сумятицы, возникшей среди толпы, перепугалась и шарахнулась в сторону. Фабиан круто натянул поводья, заставив лошадь перейти на рысь, и направил ее на людей. Трекки пошла грациозным шагом прямо в середину светлого пятна нарядных гостей. Наконец Фабиан увидел Ванессу. Он узнал ее сначала по своему учащенному сердцебиению, затем высокой прическе и изящной линии шеи, окруженной воротом белого шифонового платья. Она стояла одна впереди остальных гостей, защищая ладонью глаза от яркого света. Ванесса внимательно разглядывала лужайку, словно надеясь определить личность всадника в маске. Фабиан перевел лошадь на медленный шаг — плавный и элегантный, затем лошадь пошла быстрым шагом, переходящим в рысь, но не в галоп. Перед ближайшей группой гостей Фабиан остановил Трекки. Подняв лица, они удивленно смотрели на него. Только Ванесса, словно узнав что-то знакомое в его фигуре, подошла ближе остальных.

Привстав на стременах и бросив поводья, Фабиан коснулся рукой, в надетой на нее перчатке, шляпы, увенчанной пером. Кто-то из гостей поднял над головой камеру и щелкнул затвором. Электронная вспышка ослепила лошадь. Трекки попятилась назад, испуганно дернув головой, затем ринулась вперед и шарахнулась в сторону. Фабиан схватил поводья, но тут несколько раз подряд щелкнула еще одна камера. Перепуганная лошадь, взбрыкнув, встала на дыбы, видно, намереваясь сбросить с себя всадника. Фабиан всем телом подался вперед. Привыкший к послушным пони, опешивший Фабиан потерял стремена, а вместе с ними и равновесие и упал на бок в траву. Шляпа с него слетела, а шпага болталась на боку, словно ненужная палка. Толпа взревела от хохота. По-прежнему удерживавший в руках удила.

Фабиан на мгновение растерялся оттого, что так просто упал, что утратил чувство реальности. Продолжали вспыхивать другие камеры, но Трекки отвернулся и, опустив голову, принялся грызть подстриженную траву. Подобрав шляпу со сломанным пером, Фабиан поднялся на ноги. Подтянув к себе лошадь, он тотчас вскочил на нее.

Толпа по-прежнему продолжала добродушно смеяться. Все, по-видимому, решили, что это было сделано нарочно, чтобы развлечь их. Фабиан убедился, что Ванесса смеялась тоже. Прядь ее волос светилась над ее плечом. В белоснежном платье, залитая морем света, она походила на девочку, восторгающуюся праздником. Она показалась ему выше, чем в последний раз, когда он видел ее. Возможно, это было из-за покроя платья или туфель на высоких каблуках, а может, оттого, что из неловкой девушки, которую он когда-то знал, она превратилась в стройную женщину. Аккуратным движением он бросил ей розу. Протянув руку, она без труда поймала ее. Гости зааплодировали. Подняв в приветствии шляпу, Фабиан поклонился. Затем, всадив шпоры в бока Трекки, быстрым галопом помчался прочь.

Добравшись до трейлера, он спешился и закрепил поводья на крюке возле аппарели. Посветив карманным фонарем, Стелла принялась заводить лошадь в стойло.

— Здорово же ты шлепнулся, — спокойно заметила она. — Отдал розу своей Дульсинее?

— Она получила мою розу, а кто-то получил снимок, на котором я падаю с лошади. Моя репутация странствующего рыцаря погублена окончательно.

— Твоя репутация не имеет никакого значения, а спина имеет. Ушибся?

Пощупав руками копчик, Фабиан потянулся, затем наклонился вперед.