Султан её сердца (СИ) - Мэй Ангелина - Страница 30

Припарковав машину у ворот больницы, Ангелина устремилась к главному ходу, даже забыв нажать на кнопку блокировки. Мурад не отставал ни на шаг. Узнав в регистратуре, где находится реанимация, девушка тут же бросилась к лестнице, не став дожидаться лифта. Буквально пролетев несколько этажей, Ангелина остановилась на четвертом. Она вошла в холл.

- Ангелина! Дочка! – со слезами на глазах к ней бросилась женщина. Мурад даже не успел разглядеть ее лица. Девушка ответила на ее объятья. Они простояли так несколько минут. Женщина плакала, уткнувшись Лине в плечо. На глазах последней тоже были слезы.

Мурад огляделся по сторонам. Обстановка угнетала. Просторный холл, белая плитка на полу, в светлый цвет выкрашены стены. Несколько кожаных сидений по одной стороне и огромная белая дверь с красной надписью «Реанимация». Мурад как раз пытался прочесть длинное слово, как услышал позади себя женский голос, до боли знакомый и родной. Его сердце в ту же секунду будто пронзило стрелой. Он застыл на месте, не в силах пошевелиться. На голос обернулись Ангелина и Ольга Николаевна. В холле возле лифта стояла Настя.

- Я принесла кофе, - ответила она, - в руках у нее было два бумажных стаканчика, от которых исходил чудесный аромат любого утра.

Мурад собрался с духом и медленно обернулся. Увидев, наконец, обладательницу голоса, он замер в оцепенении. В глазах его читалась боль и радость одновременно. Уголки его губ поползли кверху, а по щеке покатилась слеза.

- Ямур! – только и смог произнести юноша.

Настя переводила недоуменный взгляд то на застывших в объятьях сводную сестру и мать, то на незнакомого красавца, который, казалось, больше всех обрадовался ее появлению, но почему-то назвал чужим именем.

- Ямур! Это ты! О, Аллах! Спасибо тебе! – с этими словами Мурад бросился к Насте, заключив ее в свои объятья, да так крепко, что даже кофе расплескалось. – Ямур! Любимая! – как заведенный повторял Мурад.

- Да пусти ты уже! – оттолкнула Настя незнакомца и обратилась к матери. – Держи кофе! А тебе не принесла, - перевела она взгляд на Ангелину. - Не знала, что ты здесь. Уж извини! – с сарказмом в голосе произнесла она.

Ольга Николаевна и Лина были в не меньшем недоумении от увиденной им картины. В эту самую минуту дверь в реанимацию распахнулась, и на пороге появился мужчина в белом халате с надписью «кардиохирург Глеб Сергеевич » на бэйджике и в белом чепчике.

- Доктор! Как он? – бросились к нему женщины.

Настя лишь усмехнулась и вновь посмотрела на странного парня. Тот же глаз не сводил с девушки. Его сердце колотилось, ноги подкашивались. Султан не знал, что ему делать, как поступить. Он готов был расцеловать свою любимую, но в то же время что-то останавливало его. Мурад не мог думать в ту минуту только о себе, о своих чувствах, в то время как у Ангелины такое несчастье.

- Кризис миновал, - грубо ответил Глеб Сергеевич. – Он пришел в сознание.

- Что с ним, доктор? – спросила Лина, боясь услышать ответ.

- Что с ним? – повторил за ней врач. – Вы издеваетесь? Я несколько месяцев назад говорил ему, что операция просто необходима. Почему так затянули?

- Какая операция? – удивление было в голосе Лины. – Ольга Николаевна, - перевела она взгляд с доктора на мачеху, - вы что-нибудь знали об этом?

Та лишь опустила глаза.

- Он сказал нам об этом пару дней назад, - тихо произнесла женщина.

- Но как же так? – Лина готова была разрыдаться. – Почему он ничего не сказал мне? Своей родной дочери? Почему вы мне ничего не сказали об этом, как только узнали?

- Он хотел сказать тебе сегодня на дне рождения, - оправдывалась Ольга Николаевна. – Но не успел, - всхлипнула она.

- Но так же нельзя, Ольга Николаевна! – Лина закрыла лицо руками и тихонько заплакала.

- Ангелина! Дочка! – обняла ее мачеха. - Ты же знаешь, отец никогда не доверял врачам. Я пыталась его переубедить. Но он и слышать не хотел ни о какой операции.

- Знаете, что, дамы, о доверии и недоверии к врачам вы будете разговаривать в другом месте. А сейчас нам нужно срочно спасать человека. Вы его дочь, я так понимаю? – обратился Глеб Сергеевич к Лине.

Та кивнула.

- Как я могу обращаться к вам.

- Ангелина.

- Вот что, Ангелина, - взял врач девушку под руку и отвел в сторону, - у вашего отца серьезные проблемы с сердцем. Операция в таком случае неизбежна. Я говорил Павлу Петровичу еще полгода назад. Но он отмалчивался. Конечно, как дочь, вы должны были все взять в свои руки.

- Я не знала! – сквозь слезы проговорила Лина.

- Ладно, что уж теперь говорить об этом, - вздохнул Глеб Сергеевич. – Но его состояние критическое. Нельзя терять ни минуты.

- Что я могу сделать? Чем помочь?

- В том-то и дело, что только вы и можете, - вновь вздохнул доктор. – Понимаете, сама операция бесплатная. Но вот кардиостимулятор, - врач замолчал.

- Сколько? – подняла девушка заплаканные глаза на доктора.

- Лучше поставить немецкий. Поверьте моей практике. Он намного надежнее. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше для вашего отца.

- Сколько у меня есть времени?

- Не много. Максимум неделя, - опустив глаза в пол, ответил доктор.

- Я найду деньги! – вытирая рукой глаза, Лина, так и не взглянув на врача, быстрым шагом направилась к лестнице.

Мурад, не раздумывая, бросился за ней.

- Доктор! Можно его увидеть? – обратилась Ольга Николаевна к врачу, как только Лина скрылась из виду.

- Не сейчас, - помотал головой тот. – Вот когда из реанимации переведем в палату, тогда пожалуйста. И еще, поторопитесь с деньгами, - похлопал он женщину по плечу, - время играет не в нашу пользу, - сказав это, Глеб Сергеевич поспешил удалиться, оставив Ольгу Николаевну и Настю одних в больничном холле.

- Нет! Ты это видела? – усмехнулась Настя.

- Ты о чем? – подняла женщина заплаканные глаза на дочь.

- Этот парень, что пришел с Линой. Ты знаешь его?

- Нет. Первый раз вижу.

- Неужели новый ухажер? – не унималась Настя. Зависть и злость к сводной сестре так и грызли девушку изнутри, в ту минуту она еще больше ненавидела Ангелину и отдала бы все на свете, только бы никогда не слышать даже ее имени.

- Боже мой! Что же теперь будет! – Ольга Николаевна поднесла ладони к губам.

- И почему он так странно повел себя? Этот парень? – никак не могла успокоиться Настя. – Обнял меня, как старую знакомую, нес какую-то чушь? – продолжала она разговаривать сама с собой. – Но ничего, я это выясню. Ладно, мам, ты как хочешь, а мне пора на работу.

- Но, как же…. – не успела Ольга Николаевна закончить мысль, как девушки уже и след простыл.

- Алё, Люська! – кричала Настя радостно в трубку, как только лифт остановился на первом этаже больницы. – Чего тебе расскажу, закачаешься. Але! Тебя плохо слышно. Ты где? В метро? Ок, увидимся в магазине.

Настя так и застыла с телефоном возле уха, наблюдая интересную картину. Возле своего «Ниссан Джук» стояла ее ненавистная сестрица вместе с тем самым парнем, о котором были теперь все мысли девушки. Ангелина о чем-то говорила, юноша же спокойно слушал. После он подошел к Лине и, обняв за плечи, прижал к груди. Настя задыхалась от злости. Пальцы девушки интуитивно сжались в кулаки. Сначала красавчик на «Лексусе», теперь еще один мачо. И судя по огромным перстням почти на каждом пальце, тоже не последнее место занимает в этом мире.

- Чёрт! Вырвалось у девушки. – Ну, почему же всё ей? Но ничего! Посмотрим, кто кого! – и, дождавшись, когда парочка села в машину, Настя поспешила в сторону метро.

- Мне нужно в офис, - не отрывая глаз от дороги, Ангелина первой нарушила тишину, царившую более получаса в салоне автомобиля.

- Твой отец обязательно поправится, - воспользовавшись этим, Мурад решил поддержать девушку.

- Не все так просто в этой жизни, - усмехнулась она.