Демократия (сборник) - Видал Гор - Страница 163

Инез расправила еще одну нить «дождика» и уложила ее в коробку. Стены комнаты покрывали диаграммы, иллюстрирующие процесс прохождения беженцев через лагерь (или, точнее, приток беженцев в лагерь, поскольку много прибывало, но мало кто уходил), а через открытую дверь я могла видеть доктора-индуса в соседней комнате, готовившегося к осмотру одного из нескольких маленьких детей. У всех детей на щеках была яркая сыпь, а маленький мальчик на столе — ему было около четырех лет, одет он был в слишком большой по размеру легкий свитер с надписью ОГАЙО, УЭСЛИ — беспрерывно кричал и кашлял резким, сухим кашлем туберкулезника, который перекрывал звук голоса Инез.

Союз qua Союз.

Добавьте к этому все легкопредсказуемые сложности в организации широкой поддержки в отсутствие войны.

Добавьте, далее, обычные попытки IRS[137] изменить статус союза, по которому он был освобожден от уплаты налогов.

Добавьте, наконец, отчетливое ощущение, что идея возможности для Гарри Виктора стать однажды кандидатом в президенты утратила свою движущую силу. Источником движущей силы было само ощущение этой движущей силы. Ощущение же присутствия такой движущей силы, естественно, оказалось серьезно подорванным после всего, что произошло.

Вспоминаю, как я ухватилась за это «все, что произошло», намереваясь увести Инез от Союза демократических учреждений, однако в тот первый полдень было трудно заставить Инез переменить тему. Когда движущая сила уходит, говорила она, снимая уже последнюю порванную нитку «дождика» с искусственных иголок, с ней уходят и деньги.

Ребенок на столе издал пронзительный крик.

Доктор-индус резко сказал что-то по-французски и отложил шприц для подкожных инъекций.

Инез ни разу не подняла глаз, и мне вдруг показалось, что я наблюдаю какое-то совершенно непонятное представление. Можно было рассматривать эту игру как и непреднамеренную, но точно так же и как намеренную, продуманную попытку лишить меня всякой надежды на то, что Инез Виктор когда бы то ни было заговорит о том, как она уехала из Гонолулу с Джеком Ловеттом.

Здесь мне вновь приходится преодолевать сопротивление материала.

Вот два документа, имеющие отношение к делу.

Копию первого я получила от Билли Диллона в августе 1975 года, причем не в Гонолулу, а в Нью-Йорке в течение тех нескольких дней, что я провела там, когда Марта Вайнъярд говорила с ним и Гарри Виктором.

ПАТРУЛЬ ПРИБЫЛ НА МЕСТО ПРОИСШЕСТВИЯ В 7.32 УТРА 25 МАРТА 1975 ГОДА. НА МЕСТЕ ПРОИСШЕСТВИЯ, НО СНАРУЖИ ДОМА ПОЛИЦЕЙСКИЕ ЗАФИКСИРОВАЛИ АВТОМАТИЧЕСКИЕ ВОРОТА В ПОЗИЦИИ «ОТКРЫТО», АВТОМАТИЧЕСКУЮ ПРОТИВОПОЖАРНУЮ СИСТЕМУ ВКЛЮЧЕННОЙ, АВТОМАТИЧЕСКУЮ СИСТЕМУ ОЧИСТКИ БАССЕЙНА ВКЛЮЧЕННОЙ. ПОЛИЦЕЙСКИЕ ЗАФИКСИРОВАЛИ НА ПОДЪЕЗДНОМ ПУТИ ДВЕ АВТОМАШИНЫ: «ФОРД» КЛАССА «СЕДАН» ВЫПУСКА 1975 ГОДА (ЦВЕТ ЧЕРНЫЙ), НОМЕРНОЙ ЗНАК «OYL-644» СО ЗНАКОМ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПРАВИТЕЛЬСТВУ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ И «МЕРСЕДЕС» ВЫПУСКА 1974 ГОДА МАРКИ «230-SL» (ЦВЕТ СВЕТЛО-КОРИЧНЕВЫЙ) С НОМЕРНЫМ ЗНАКОМ «ЖАНЕТ».

ПОЛИЦЕЙСКИЕ ВОШЛИ В ДОМ ЧЕРЕЗ ОТКРЫТУЮ ДВЕРЬ, НЕ ЗАМЕТИВ ПРИЗНАКОВ БЕСПОРЯДКА ИЛИ БОРЬБЫ, И ПРОСЛЕДОВАЛИ В ГОСТИНУЮ, ГДЕ ОБНАРУЖИЛИ ПОСТРАДАВШУЮ, ИДЕНТИФИЦИРОВАННУЮ КАК ЖАНЕТ КРИСТИАН ЗИГЛЕР, ЛЕЖАЩУЮ НА КОВРЕ ЛИЦОМ ВНИЗ. ПОСТРАДАВШАЯ НАХОДИЛАСЬ НА КОВРЕ У СТЕНЫ, ВЫЛОЖЕННОЙ ИЗ ОБЛОМКОВ ВУЛКАНИЧЕСКОЙ ЛАВЫ, ВЕДУЩЕЙ К ПУСТОМУ БАССЕЙНУ-АКВАРИУМУ, В КОТОРОМ ПОЛИЦЕЙСКИЕ ОБНАРУЖИЛИ ВОДОРОСЛИ И РЫБУ ТИПА ЯПОНСКОГО КАРПА. ПОСТРАДАВШАЯ БЫЛА ОДЕТА В БЕЛУЮ БЛУЗКУ, СВЕТЛО-КОРИЧНЕВЫЕ БРЮКИ, СВЕТЛО-КОРИЧНЕВУЮ КУРТКУ, НА НОГАХ — ТУФЛИ ТИПА МОКАСИН, БЕЗ ЧУЛОК. В КОЖАНОЙ СУМКЕ НА ДЛИННОМ РЕМНЕ, ЛЕЖАВШЕЙ НА КРАЮ БАССЕЙНА ИЗ ОБЛОМКОВ ВУЛКАНИЧЕСКОЙ ЛАВЫ, СОДЕРЖАЛОСЬ УДОСТОВЕРЕНИЕ ПОТЕРПЕВШЕЙ, НЕСКОЛЬКО КРЕДИТНЫХ КАРТОЧЕК, ЛИЧНЫЕ ВЕЩИ И 94 ДОЛЛАРА НАЛИЧНЫМИ; БЫЛО ОЧЕВИДНО, ЧТО ВЕЩИ НИКТО НЕ ТРОГАЛ.

ПОЛИЦЕЙСКИЕ ОБНАРУЖИЛИ ПОСТРАДАВШЕГО, ИДЕНТИФИЦИРОВАННОГО ПОЗЖЕ КАК УЭНДЕЛЛ ДЖАСТИС ОМУРА, ЛЕЖАВШЕГО НА СПИНЕ У ДИВАНА С ХОРОШО РАЗЛИЧИМОЙ ОГНЕСТРЕЛЬНОЙ РАНОЙ В ВЕРХНЕЙ ЧАСТИ ЖИВОТА. ПОСТРАДАВШИЙ БЫЛ ОДЕТ В БРЮКИ СВЕТЛО-КОРИЧНЕВОГО ЦВЕТА, РУБАШКУ МОДЕЛИ «АЛОХА», ХЛОПКОВУЮ СПОРТИВНУЮ КУРТКУ, БЕЛЫЕ НОСКИ И КРОССОВКИ.

У ПОСТРАДАВШЕГО ПУЛЬС НЕ ПРОЩУПЫВАЛСЯ, РЕСПИРАТОРНАЯ АКТИВНОСТЬ ОТСУТСТВОВАЛА.

У ПОСТРАДАВШЕЙ ПРОЩУПЫВАЛСЯ СЛАБЫЙ ПУЛЬС, НАБЛЮДАЛАСЬ НЕРИТМИЧНАЯ РЕСПИРАТОРНАЯ АКТИВНОСТЬ.

«СКОРАЯ ПОМОЩЬ» И ПОЖАРНАЯ КОМАНДА ПРИЕХАЛИ ОДНОВРЕМЕННО В 7.56 УТРА, ЧТО СОВПАЛО ПО ВРЕМЕНИ И С ПРИБЫТИЕМ Г-ЖИ РОЗЫ Л. ХАЯКАВЫ, ПРОЖИВАЮЩЕЙ ПО АДРЕСУ: 21-я АВЕНЮ, 1173, НАЗВАВШЕЙ СЕБЯ ПОСТОЯННОЙ ПРИХОДЯЩЕЙ ДОМАШНЕЙ ПРИСЛУГОЙ И ПОКАЗАВШЕЙ, ЧТО В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ ОНА ВИДЕЛА ПОТЕРПЕВШУЮ НАКАНУНЕ В 1 ЧАС ПОПОЛУДНИ И ПОТЕРПЕВШАЯ БЫЛА ТОГДА В ДОБРОМ ЗДРАВИИ И ХОРОШЕМ НАСТРОЕНИИ. Г-ЖА РОЗА Л. ХАЯКАВА ПОКАЗАЛА, ЧТО ВИДЕЛА ПОТЕРПЕВШЕГО ТОЛЬКО ОДИН РАЗ, КОГДА ТОТ ВЫСТУПАЛ НА НЕДАВНЕМ БАНКЕТЕ, УСТРОЕННОМ «НИСЭЯМИ»[138] В ЧЕСТЬ СПОРТСМЕНОВ СРЕДНИХ ШКОЛ ОСТРОВА ОАХУ ЯПОНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ, СРЕДИ КОТОРЫХ БЫЛ И СЫН ИНФОРМАНТКИ ДЭНИЕЛ М. ХАЯКАВА, ПРОЖИВАЮЩИЙ ПО ТОМУ ЖЕ АДРЕСУ (В НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ ОТСУТСТВУЕТ).

МАШИНА «СКОРОЙ ПОМОЩИ» С ПОСТРАДАВШЕЙ ОТБЫЛА В КОРОЛЕВСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ ЦЕНТР В 8.04 УТРА.

ПЯТНА КРОВИ, ОБНАРУЖЕННЫЕ ПОСЛЕ ТОГО, КАК ТЕЛО ПОСТРАДАВШЕЙ БЫЛО УВЕЗЕНО, В ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ СТЕПЕНИ ИСЧЕЗЛИ ПОСЛЕ ТОГО, КАК Г-ЖА РОЗА Л. ХАЯКАВА СТАЛА ЗАМЫВАТЬ КОВЕР ХОЛОДНОЙ ВОДОЙ. ПОЛИЦЕЙСКИЕ УБЕДИЛИ Г-ЖУ РОЗУ Л. ХАЯКАВУ ВРЕМЕННО ОТЛОЖИТЬ ЭТУ РАБОТУ.

ПОТЕРПЕВШИЙ БЫЛ ПРИЗНАН МЕРТВЫМ НА МЕСТЕ ПРОИСШЕСТВИЯ. А ПОПЫТКИ РЕАНИМАЦИИ ПРЕКРАЩЕНЫ В 8.25 УТРА, ПО ПРИБЫТИИ ЗАМЕСТИТЕЛЯ ГЛАВНОГО МЕДЭКСПЕРТА ФЛОЙДА ЛЮ, ДОКТОРА МЕДИЦИНСКИХ НАУК. ТЕЛО УВЕЗЕНО ПОСЛЕ ПРИБЫТИЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ СЛЕДСТВИЯ И ДРУГИХ МЕДЭКСПЕРТОВ ПРИБЛИЗИТЕЛЬНО В 9.00 УТРА.

КОПИЯ — СЛЕДОВАТЕЛЮ.

КОПИЯ — В ОТДЕЛ РАССЛЕДОВАНИЯ УБИЙСТВ.

Второй документ — телеграмму, отправленную из Гонолулу 2 октября 1975 года, мне показала ее получательница Инез Виктор, когда я встретилась с ней в декабре того же года в Куала-Лумпуре.

ПОБЕДА тчк МЫСЛЕННО ТОБОЙ В ЧАС НАШЕГО ТРИУМФА тчк (ПОДПИСЬ) ДУАЙТ.

Несмотря на подпись, эту телеграмму, сказала Инез, послал не Дуайт Кристиан, а ее отец Пол Кристиан в то утро, когда его официально поместили в государственную клинику для умалишенных в Гонолулу.

Инез об этом сказал Билли Диллон.

На кухне дома в Амагансетте.

Куда он ехал два часа под дождем по длинной автостраде Лонг-Айленда и еще один час по магистрали Монтока (в туннеле был настоящий потоп, сам туннель был пробит в горе и переходил в подвесной мост); отказавшись от своих планов поехать на пикник и провести день на бегах, он сел за руль сразу после звонка Дика Зиглера.

Дик Зиглер позвонил в контору и постарался связаться с Гарри.

Дик Зиглер пока что не участвовал в действии; Дик Зиглер был на острове Гуам и в течение двух дней пытался составить для плановой комиссии компании «Агана-Мариана» заключение о возможном воздействии ее работ на окружающую среду.

Жанет не была мертва.

Важно было помнить, что Жанет не была мертва. Жанет была серьезно ранена, это да, собственно говоря, она была подключена к аппарату искусственного поддержания жизнедеятельности в Королевском медицинском центре, но Жанет не была мертва.

Уэнделл Омура был мертв.

Инез должна была помнить Уэнделла Омуру, Инез наверняка встречала Уэнделла Омуру в Вашингтоне, Уэнделл Омура был одним из тех «нисэев», кто вышел с действительной военной службы из 442-й, благодаря стипендии для бывших военнослужащих закончил юридический факультет по специальности «военное право» и провел последующие двадцать лет, обделывая дела в самолете, курсировавшем между Вашингтоном и своим округом. Награжден Серебряной Звездой. «Крестом за боевые заслуги». Настоящий «крутой» мужик из округа Колумбия — пару лет назад перенес операцию на сердце в госпитале Уолтера Рида, а когда через неделю после его выхода из больницы тот фрайер попытался взять его «за горло», Омура послал его «от винта». Тот еще тип — оставил в дураках Ассоциацию отставных морских офицеров, не говоря уже о случае с фрайером, — возможно, он и не предполагал покупать ферму, сидя на террасе Жанет.