Объятия незнакомца - Такер Шелли - Страница 118

Мари не смогла сдержать улыбки.

– Это благодаря одному из моих ранних, не увенчавшихся успехом экспериментов, которым сестра корила меня при каждом удобном случае. Ее руки несколько месяцев были покрыты багровыми пятнами.

Саксон посерьезнев, обернулся к Максу:

– Что касается того вопроса, о котором мы с тобой толковали четыре дня назад, то он решен.

– Как? Уже? – ошарашенно спросил Макс.

– Живое тому подтверждение находится в моей карете. Хочешь ли ты присутствовать при этом?

Макс глядел на Мари, чувствуя, как холодная тошнота подкатывает ему к горлу, а потом кивнул:

– Хочу.

– Ты уверен?

– Уверен.

– Ну тогда тебе пришел конец, – пробормотал Саксон, направляясь к двери.

Мари недоуменно хмурилась.

– О чем это он?

– Он вернется, и вы поймете, – сказал Макс. У него пересохло в горле.

Но она поняла гораздо раньше, через несколько мгновений, когда в дальнем конце коридора загремел разъяренный мужской голос, выкрикивавший французские проклятия.

А ну, мерзавцы, уберите свои руки! Черт! Уж не знаю, с какой швалью вы привыкли якшаться, но со мной так обращаться не смейте!

Мари отступила от стола.

– Арман? – выдохнула она.

Спустя несколько секунд в дверях показался Саксон в сопровождении двух одетых в лакейские ливреи крепышей, которые с двух сторон держали за локти Армана.

Разъяренный француз скрежетал зубами, его глаза извергали пламя.

– Я не позволю. – Он смолк, увидев Мари.

– Арман! – закричала она. Изумление и восторг озарили ее лицо.

– Отпустите его, – хмуро приказал Саксон.

Ле Бон, отшвырнув своих стражников, бросился навстречу сестре. Она упала в его объятия.

– Мари! Бог мой! Мари! Неужели это ты? Мне говорили, что везут к тебе, но я не верил им!

Захлебываясь в рыданиях и смехе, она ощупывала его.

– Арман! Живой! Ты жив!

Он отстранил ее от себя и, держа за плечи, заглянул ей в лицо.

– А как ты? Ты поправилась?

– Со мной все в порядке. Ох, Арман! Так много всего произошло... Ты знаешь, что Вероника... что она...

Он снова обнял ее.

– Знаю, Мари, – сказал он с болью. – Знаю.

Они стояли, прижавшись друг к другу, одинокие в своем горе, и молчали.

– Мари, это все из-за меня, – осипшим голосом выговорил он. – Если бы не жадность, которая вдруг проснулась во мне при встрече с Шабо, ничего этого не случилось бы. Я взял деньги, даже не спросив...

– Не вини себя, – прервала его Мари. – Ты не виноват том, что они сделали. Ведь ты не знал их намерений. Все мы думали... – Ее взгляд вдруг устремился на Макса, молча стоявшего за спиной ле Бона. – Все мы думали, что поступаем правильно, но... обстоятельства были сильнее нас.

Макс непроизвольно и почти незаметно кивнул.

Ле Бон обернулся и, обнимая сестру за плечо, злобно уставился на Макса.

– А-а, вы здесь, месье! С каким удовольствием я всадил бы в вас пулю, да вот беда – ваш брат забрал у меня оружие.

– Сожалею, что пришлось лишить вас этого удовольствия, – откликнулся на ломаном французском Саксон. Он кивнул своим людям на дверь и снова перешел на английский. – Думаю, я здесь больше не нужен. Разбирайся сам, братишка.

– Спасибо тебе, – уныло сказал Макс. – Иди. Я разберусь.

Мари переводила смущенный взгляд с одного д'Авенанта на другого, а когда Саксон ушел, обратилась к брату:

– Арман, как они нашли тебя?

– Мы нашли друг друга, – ответил ле Бон, продолжая глядеть на Макса – Я знал, что тебя похитил английский шпион д' Авенант, так что из Луирета я прямиком направился в Лондон. У меня был план – залечь и ждать, когда он привезет тебя сюда. Люди они известные, поэтому выяснить, где находится их дом труда не составило. День и ночь я следил за домом, но не обнаружил никаких признаков вашего появления.

– Мы? – я приехала всего несколько дней назад ранним утром.

– Ха, а я к тому времени уже отчаялся дождаться тебя. Пытался придумать что-нибудь другое, как вдруг наткнулся на таинственное приглашение, напечатанное в газете и адресованное мне. Неизвестный требовал от меня денег, обещая взамен твое освобождение.

Мари обратила изумленный взгляд на Макса.

– Значит, это не было случайностью! Вы хотели найти Армана?

Макс кивнул.

– Я предположил, что если искусно составленное газетное объявление сработало на мне, то подобное объявление могло бы возыметь воздействие и на вашего брата. Я рассуждал так: если он жив, то должен искать вас в Англии. И я обратился за помощью к Саксону, – он покосился на Армана, – хотя, признаюсь, не ожидал, что он так скоро найдет его.

– Но... зачем... – пролепетала Мари – Зачем вы искали Армана?

Макс тяжело вздохнул:

– Думаю, вы и сами знаете, Мари. Мне запрещено говорить об этом.

Арман выпустил сестру и шагнул к Максу.

– Ваш брат рассказал мне, каким образом вы оказались замешаны в это дело.

Макс стиснул зубы, а потом произнес.

– Ле Бон, я должен извиниться перед вами за… Закончить он не уснет, гак как кулак Армана, тяжелый как кувалда, врезался ему в челюсть.

Оглушенный, ошеломленный. Макс рухнул на пол. В ушах звенело, пульсирующая боль в челюсти туманила сознание, в груди все горело.

– Арман! – завизжала Мари.

– Извинения приняты, – бросил ему сверху ле Бон. Макс ничего не мог поделать, кроме как чертыхаться от боли и злости, но тут Мари бросилась к нему.

– Как ты? В порядке? – Приподняв ему голову, она положила ее себе на колени и метнула гневный взгляд на брата.

– Арман, что ты наделал!

Ле Бон, потирая запястье, хмыкнул.

– Пусть радуется, что при мне нет пистоли. После всего того, что он сделал тебе, я не задумываясь…

– Замолчи! Ты ничего не знаешь. Ты едва не убил его – Она расстегнула Максу сюртук, проверяя, не вызвал ли удар кровотечения из раны. – Всего неделю назад он был ранен в грудь.

Макс подумал, не пора ли ему подняться.

Однако решил, что его положение не лишено определенной приятности.

Так что теперь, видимо, он задолжал ле Бону не только извинения, но также «спасибо».

И, закрыв паза, он застонал.

– Макс! – испуганно вскрикнула Мари.

Он приподнял веки.

– Как там? Много крови? – произнес он голосом умирающего.