Объятия незнакомца - Такер Шелли - Страница 61

Ему не хотелось оставлять ее одну, но он знал, что она устала и проголодалась. Он и сам чувствовал усталость и голод. Он решил не тревожить ее и дать ей насладиться едой С ней ничего не случится – пусть поест и поболтает со служанкой, а он тем временем справится о лошадях.

Обойдя стойку, он вышел в указанную ему дверь.

Арман затаил дыхание, когда д'Авенант проходил мимо него. Он прошел совсем рядом. Всего в нескольких дюймах от него. Англичанин чуть не задел его плечом. Стараясь не смотреть на него, Арман сжал только что налитую кружку холодного эля.

Он едва подавил в себе желание наброситься на д'Авенанта с кулаками.

Негодование, вскипевшее в нем, когда он наблюдал доверительную сценку на улице, мгновенно переросло в ярость, когда, войдя в трактир, Арман увидел, что этот мерзавец целует Мари.

Отхлебнув эля, он скосил глаза вправо, наблюдая за англичанином. Куда он собрался? Арман нащупал в кармане часы и, вытащив их, бросил взгляд на циферблат. Скоро сюда вломятся Шабо, Холкрофт и все остальные. У него остается пятнадцать минут. Первые пять он уже потерял, когда, ослепленный яростью, не мог сосредоточиться на деле.

И он начал думать. Думал напряженно и лихорадочно, не сводя взгляда с высокой фигуры в черном плаще, пробирающейся мимо столиков. Под плащом у него, разумеется, спрятано оружие. И скорее всего не одно. Было бы весьма кстати, если б д'Авенант и солдаты, что окружают дом, занялись сейчас друг другом.

Арман пытался придумать, как бы натравить их друг на друга, как вдруг англичанин вышел в дверь, видневшуюся в дальнем конце зала.

На секунду Арман пришел в замешательство и моргая смотрел на дверь, не в силах поверить в такую удачу. Да англичанин-то, оказывается, сам направляется под дула мушкетов, наведенных на дом стрелками Шабо.

Мари осталась одна.

Господи!

Но он решил отложить восхваления Господу, подарившему ему небывалый шанс, и, оставив кружку на стойке, ринулся к сестре.

Она наливала себе из кувшина шоколад и не замечала его.

– Мари.

Вздрогнув, она испуганно повернула голову, и медный кувшин с клацаньем опустился на стол.

В ее глазах не было и тени узнавания. Только страх.

– Это я, – сбивчиво заговорил он. – Я, Арман. Твой брат. Ты узнаешь меня?

Побледнев, она поднялась со стула и, вся дрожа, попятилась от него.

– Мари, – беспомощно зашептал он.

Черт! Ведь он надеялся, что стоит только ей увидеть его, и она вспомнит.

– Не бойся меня. Я не сделаю тебе ничего плохого. Я твой брат. Мари, нам нужно бежать отсюда. Немедленно.

Обезумевшая от страха, она вжалась в стену, дико ози раясь вокруг. Бежать ей было некуда. Кричать тоже было бесполезно – в переполненном людьми трактире царила шумная суматоха, да и к тому же д'Авенант выбрал самый темный угол, так что вряд ли кто обратит на них внимание.

Приблизившись к ней вплотную, он схватил ее за руку.

– Мари, послушай меня. У тебя амнезия. Ты ушибла голову, когда наша карета перевернулась. Но ты должна поверить мне. Я твой брат, Арман ле Бон. Я пришел, чтобы спасти тебя.

– Я н-не понимаю вас. – она пыталась выдернуть рук все больше вжимаясь в стену. – Сейчас вернется мой муж..

– Он тебе не муж, – прошипел Арман. – Он английский шпион. Лорд Максимилиан д'Авенант. Он похитил тебя и сейчас везет в Англию. Что бы он ни наговорил тебе, Мари, все это ложь. Нам нужно уходить отсюда.

– Нет. Нет!

– Мари, у меня нет времени объяснять. Пойдем. – Он крепко сжал ее запястье.

Она открыла рот, словно собираясь закричать, и вдруг застыла, глядя ему через плечо.

И не успел Арман обернуться, как почувствовал, что что-то холодное и твердое вжимается ему в спину. Глубокий низкий голос прозвучал над его ухом.

– Немедленно отпустите мою жену.

Мари не могла вымолвить ни слова. Не могла даже дышать. Казалось, время остановилось. Втроем стояли они безмолвно и неподвижно, а вокруг, поднимаясь к потолку, дребезжал людской гомон и смех. Сердце ее бешено стучало, в голове нарастал глухой гул, и Мари казалось, что она вот-вот упадет в обморок. Что происходит? Ее испуганный взгляд перебегал с незнакомца на Макса и снова устремлялся на незнакомца.

– Я сказал, отпустите ее, – тихо прорычал Макс. – Живо.

Незнакомец не шелохнулся и продолжал сжимать ее руку. А она по-прежнему не могла разобрать, что он такое говорит.

Его речь была слишком быстрой.

– Все кончено д'Авенант. Двадцать вооруженных солдат окружают гостиницу.

– Девятнадцать. Один уже валяется бездыханным вон за той дверью. Уберите руки от моей жены.

Мужчина лишь крепче сжал ее запястье.

– Она тебе не жена, подлый лгун. Она моя сестра. Проклиная все на свете, Макс перевел взгляд на Мари. Мари смотрела прямо на него, не в силах вымолвить ни слова. В голове стучало – так же быстро и болезненно, как билось ее сердце. Она не поняла и половины из того, что наговорил этот чужак, но кажется, он утверждал, что он ее брат!

Как это может быть? Почему брат? Она не помнит его!

Но у него такие же темно-каштановые волосы, как у нее. И глаза такие же карие. Есть даже ямочка на подбородке. Если бы она не провела вчера час перед зеркалом, изучая свое лицо, она вряд ли заметила бы сходство, но...

Нет! Не может быть! Она неправильно поняла его. Она сейчас слишком напугана. Если сказанное им правда, значит, все, что говорил ей Макс, каждое его слово, каждый миг их близости, каждый его поцелуй – ложь.

Ложь. Все ложь.

– Весьма любопытно, – процедил Макс. – Но у моей жены нет и никогда не было братьев. Так что мне непонятно, кто вы, и кто такой этот д'Авенант. А кроме того, мое терпение иссякло. Я знаю только одно: у меня имеется пистоль и огромное желание разрядить ее. Поэтому я еще раз прошу вас убрать руки от моей жены.

– Ты можешь убить меня, но это не поможет тебе. Сейчас сюда войдут люди. У тебя осталось тридцать секунд.

– А у тебя пять.

– Значит, и они войдут сюда через пять. Прибегут на выстрел.

– Не беспокойся, все произойдет тихо. Хотя и весьма эффективно.

Мужчина вздрогнул и тихо ойкнул. И тут же разжал руку.

– Положи руки на стол. – Макс быстро обшарил карманы его пальто.