Забавное Евангелие - Таксиль Лео - Страница 51

— Вы его сами увидите, этого Иисуса! — уверял он всех встречных и поперечных. — Ох и силен же он, я вам доложу! Как-то раз погода была ну совсем не для рыбной ловли — уж я-то, старый волк, в этом кое-что смыслю, — а он с моими сыновьями наловил за утро два полных баркаса! Ей-богу, это было похоже на чудо. Да вы его только попросите, он вам сотворит чудес сколько пожелаете, хоть сотню, хоть тысячу?

Благодаря такой подготовке жители Вифсаиды — Юлии оказали Иисусу самый радушный прием.

— Равви! Учитель! Наставник! — взывала толпа на все голоса. — Сотвори нам чудо! Чудо!

— Только не теперь, — ответил миропомазанный. — Чудесами не следует злоупотреблять. Как-нибудь в другой раз.

— Пожалуйста! Будь добр! Чудо! Чудо!

— Помилосердствуйте, я очень устал…

— Ты от чудес не утомляешься! Чудо! Даешь чудо!

— Но мне нужно хотя бы проветриться и побыть в одиночестве!

— Тебе сотворить чудо — раз плюнуть! Чудо! Чудо!

Иисус действительно плюнул с досады и, обходя орущую толпу, направился вместе с апостолами к ближайшим холмам. Однако упорные жители Вифсаиды и не менее упорные паломники потащились за ним. Иисус взошел на один холм, на другой, на третий — они следовали за ним по пятам, не отставая ни на шаг.

Тогда вместо чуда он угостил их длиннейшей речью собственного сочинения. Он был так красноречив, что его слушатели совершенно забыли о том, ради чего они забрели так далеко в пустыню. К тому же речь его длилась бесконечно. Он говорил весь день, но никто и не подумал сбегать домой пообедать.

Когда же ходячее Слово наконец закончило свое словоизлияние, ни разу даже не промочив горла стаканом подслащенной воды, — как видно, божественная глотка от проповедей не сохнет, — был уже вечер и солнце склонялось к горизонту.

Только тогда ученики Христовы забеспокоились о здоровье многочисленных слушателей, и прежде всего об их желудках.

— Хороши же мы! — переговаривались апостолы. — Кругом куда ни глянь — пустыня, эти добрые люди покинули свои очаги, чтобы послушать слово божье, а мы даже не знаем, чем их накормить.

— Это не проблема! — заметил миропомазанный, — Купите хлеба и раздайте толпе.

— Купить? Где, скажи на милость? И на какие шиши? В карманах у нас пусто, и вокруг ни одной булочной. Булочники почему-то не селятся в пустыне!

— Пусть так. Однако мало вероятно, чтобы у всех этих паломников не нашлось в котомках хоть чего-нибудь съестного!

Андрей вскарабкался на обломок скалы и обратился к толпе:

— Уважаемые слушатели! Может быть, у кого-нибудь из вас найдется хоть корка хлеба?

Ему ответил, выступив вперед, один маленький мальчик:

— У меня есть пять булочек и две рыбки.

— О, нам здорово повезло! — воскликнул Иисус. Затем Иисус приказал усадить всех собравшихся на землю группами по пятьдесят человек, что и было тотчас исполнено.

После этого он взял пять маленьких хлебцев, переломил их и начал отдавать апостолам, которые в свою очередь передавали куски толпе. Точно так же он поступил и с двумя рыбами, очевидно копчеными селедками. И представьте, в руках великого исцелителя эти булочки и селедки умножались до бесконечности! Когда уже ничего не оставалось, что-то еще все-таки оставалось. Так он продолжал делить ничего и раздавать что-то, пока все собравшиеся не наелись до отвала и не начали кричать:

— Довольно! Хватит! Достаточно!

Тем не менее, желая доказать, что, несмотря на свой чудодейственный дар, он все-таки человек экономный, Иисус этим не удовлетворился и приказал собрать все, что осталось от булочек и копченых селедок.

Его пожелание было исполнено. По окончании импровизированного пикника все объедки собрали; вышла целая дюжина здоровенных корзин, наполненных до самого верха.

Затем паломники и жители Вифсаиды — Юлии отправились восвояси и к ночи добрались до города, к великому облегчению остальных его обитателей, которых уже не на шутку встревожила столь внезапная эмиграция. Разговоры об этом чуде долго еще не утихали по всей Галилее. Слов нет, чудо было высшего сорта! Собственно говоря, это было даже не одно чудо, а несколько, чего евангелисты, к сожалению, не заметили.

Во-первых, уже то, что население целого города покидает свои очаги и отправляется послушать проповедь бог знает в какую даль, в пустыню, не позаботившись даже захватить с собой по бутерброду, — это само по себе чудесно!

А во-вторых, представьте себе всех этих людей, которые не считают нужным запастись едой, но тем не менее волокут на себе двенадцать штук здоровенных корзин, — это ли не чудо?

Такова в общих чертах история с умножением булочек и копченых селедок.

Как видите, на самом деле она даже чудеснее, чем полагают христиане (смотри евангелия от Матфея, глава 14, стихи 13-21; от Марка, глава 6, стихи 30-44; от Луки, глава 9, стихи 10-17; от Иоанна, глава 6, стихи 1-15).

Глава 41. ПРОГУЛКА ПЕШКОМ ПО ВОДАМ.

И увидел их бедствующих в плавании; потому что ветер им был противный.

Около же четвертой стражи ночи подошел к ним, идя по морю, и хотел миновать их.

Они, увидев его идущего по морю, подумали, что это призрак, и вскричали.

Ибо все видели его, и испугались. И тотчас заговорил с ними и сказал им: ободритесь, это я, не бойтесь.

И вошел к ним в лодку; и ветер утих. И они чрезвычайно изумлялись в себе и дивились.

Марк, глава 6, стихи 48-51

Полагаю, никто не удивится, узнав, что после этого массового чуда, совершенного перед глазами многотысячной толпы, жители Вифсаиды вознамерились захватить Иисуса и объявить его царем.

Замысел был вполне логичен. Вифсаидяне совершенно резонно рассуждали, что, если у них будет такой могущественный вождь, он обеспечит им победу над любым врагом, начиная с римских легионеров, которые надоели иудеям хуже горькой редьки.

Однако подобная перспектива отнюдь не улыбалась ходячему Слову. Сын голубя взлетел на импровизированную кафедру на холме, дабы излить оттуда потоки своего красноречия, а вовсе не для того, чтобы сделаться главнокомандующим повстанцев и ввязаться в сомнительное военное предприятие. Ибо час его еще не пришел, — формулировка прежняя.

Когда ему сообщили о намерениях жителей Вифсаиды, Иисус решительно запротестовал.

— Нет, нет и нет! — вскричал он, — Не нужна мне никакая корона! Оставьте меня в покое, я хочу исцелять своих немых и паралитиков, а прочее меня не интересует.

Однако апостолы держались иного мнения. Они бредили славой и вполне разделяли воинственные устремления вифсаидян. Поэтому они попытались переубедить Иисуса.

— Господи, — говорили апостолы, — если ты возглавишь восстание, которое давно уже назревает, победа наверняка останется за нами. Мы этим римлянам покажем где раки зимуют, вот увидишь!

— Увижу, да только что? — огрызался миропомазанный. — Против нас будут не только римские легионы, а еще войска Ирода и солдаты синедриона!

— Ну что с того? Ты же сын божий, какого черта тебе бояться? Одним своим словом ты повергнешь в прах всех наших противников, как бы ни были они многочисленны.

— Вполне возможно, однако возглавлять восстание — это не входит в мои планы.

— Но послушай, учитель…

— Никаких «но»! Я сам знаю, что мне делать. Раз уж вы признали меня своим вожаком, извольте повиноваться! Слепое повиновение — первая добродетель христиан. А посему вы сейчас же погрузитесь на судно и отправитесь в Капернаум. И прошу без пререканий!

Понурив головы, апостолы покорились. Когда их лодка была уже далеко, Иисус отослал по домам толпу, снова собравшуюся его послушать, и, воспользовавшись темнотой, удрал на гору. Наконец-то он остался один!

Тем временем над долиною Иордана собирались тучи, и к ночи разразилась гроза. На Тивериадском море от ветра поднялось волнение, лодку апостолов начало заливать. Положение их было далеко не утешительным, тем более что миропомазанный чудотворец на сей раз отсутствовал.