Открытка - Флеминг Лия - Страница 32

– Я никогда не возьму от тебя ни пенса! – клятвенно заверил ее Тоби. – Но вот твои подруги, с которыми ты когда-то училась. Их фамилии нам пригодились бы в дальнейшем для расширения инвестиций.

Но Калли смогла вспомнить лишь тех, с кем он и так прекрасно знался по клубу «400». Больше он подобных вопросов не задавал.

Выйдя из «Ритца», они направились к его отелю по Джермин-стрит. Уже у самого входа в «Кавендиш» Тоби вдруг остановился и сказал:

– Знаешь, в скором времени мне придется уехать. Хочешь поехать со мной? Отличный повод прокатиться по Европе на машине. Проедем всю Францию до Марселя, а там сядем на пароход и поплывем через Средиземное море в Египет. Все лучше, чем заваривать чай для своих тетушек.

– Я так не могу! – замялась в нерешительности Калли. – Мне надо поставить их в известность. К тому же одна из моих теток очень больна.

Как бы она ни злилась на Фиби, но не может она все же обойтись столь бессовестным образом и с остальными. Или все же может?

– Решай, дорогая! Но не тяни! Времени у нас в обрез. Как только пересечем Ла-Манш, возьмем напрокат автомобиль, и в путь! Давай убежим и обойдемся безо всей этой свадебной суеты! На следующей же неделе! В противном случае все откладывается на долгие месяцы.

– Звучит заманчиво! – проговорила она неуверенным тоном, вдруг ощутив странную тревогу. Откуда такая спешка? – Ты умеешь соблазнять!

– Еще как умею! Пошли же скорее наверх, и я докажу тебе это! Перейдем к активной фазе убеждений… У меня припасена пара фокусов, которые я еще тебе не демонстрировал. Уверяю, тебе понравится! Будешь еще требовать повторения! – Он крепко сжал ее руку и решительным шагом повел ее к себе в номер. А она и не очень сопротивлялась. Интересно, какие еще новые чудеса он заготовил для нее?

Каролина не вернулась домой в эту ночь. И на следующий день она тоже не пришла. Фиби была вне себя от ярости. Но и переживала, конечно. Калли еще никогда не позволяла себе подобных выходок. Она даже не соизволила предупредить мать, где она и с кем. Фиби уже была готова обратиться за помощью в полицию. Так кто же этот человек, мистер Ллойд-Джоунз? Заурядный соблазнитель, вскруживший голову ее дочери? Или что похуже? Негодяй, воспользовавшийся неопытностью юной девушки, который бросит ее тут же, как только она ему надоест? Сколько подобных историй она насмотрелась, работая в театре! Все эти поклонники, толпами осаждающие служебный подъезд, обещающие горы золотые хорошеньким артисточкам из кордебалета… А потом бросают их и оставляют ни с чем. Надо бы провести собственное расследование, разузнать побольше и о нем, и о его семье. Но сейчас она загружена, как никогда. Занятия в студии, плюс приглашение на пробы для нового кинофильма. Нет, пока с расследованиями придется повременить!

Когда Каролина вернулась, наконец, домой, недовольная, с надутым видом, то Фиби ограничилась лишь тем, что сказала ей, что очень беспокоилась. Но ссора тут же вспыхнула с новой силой.

– Неужели ты не понимаешь, – не выдержала, наконец, Фиби, – что ты просто игрушка в его руках? Последняя игрушка из длинной череды других игрушек! Все, чего он добивается от тебя…

– Он хочет на мне жениться! – спокойно оборвала ее Калли на полуслове. Самое время расставить все точки над i.

– Пустое обещание только для того, чтобы уложить к себе в койку!

– Зачем ему укладывать? Я уже и так там побывала! И не раз! Почему ты так его невзлюбила?

– В этом человеке есть что-то фальшивое! Пока я не стану вмешиваться в ваши дела, но я обязательно вмешаюсь!

– И на здоровье! Ты просто не хочешь, чтобы я была счастлива. Разве ты можешь понять, что я чувствую к нему?

– Еще как могу! Он тебя просто использует в своих целях, глупышка! Но запомни! Брак – это не только секс!

– Тебе-то это откуда известно? – бросила Калли в лицо матери очередное оскорбление и направилась к себе в комнату. – Я ухожу!

– У меня сейчас нет времени на дальнейшие пререкания с тобой. Если уходишь, не забудь, пожалуйста, запереть за собой дверь. И проведай Мейси! Обязательно!

Ответа не последовало.

Фиби появилась в студии позже обычного, чтобы подменить Китти, бессменно дежурившую у постели подруги. В смежной комнате собрались все, кто работал в студии. Они окружили доктора плотным кольцом и внимательно слушали его с сосредоточенным выражением на лицах.

– Уже совсем скоро! Она слабеет буквально на глазах. Ноги холодные. Я только что дал ей другой препарат, но вряд ли он что-то изменит. Советую вам попрощаться с ней прямо сейчас.

Они все по очереди подошли к Мейси, о чем-то пытались мило болтать, как будто она слышала их. Билли залился слезами, Джем тоже не мог сдержать слез. Одна лишь Китти держалась, из последних сил исполняя свой профессиональный долг, но и у нее осунувшееся от постоянных недосыпаний лицо было белым как мел, и на нем застыла страдальческая гримаса.

Фиби вдруг вспомнила, сколько терпения и доброты проявила Мейси, когда у нее прямо на их совместной тогда квартире начались родовые схватки. Это случилось в тот день, когда ей сообщили о гибели Артура. И как потом подруги помогали ей и были всегда рядом, в самые трудные, самые черные дни ее жизни. Как свято они берегли ее тайну, связанную с рождением ребенка. Для нее Китти и Мейси были словно родные сестры, которых у нее никогда не было на самом деле.

– Каролина была сегодня на работе?

– Если она и появилась в офисе, то сюда не заглядывала, – ответила Китти. – Может, придет попозже. Она ведь очень любит Мейси.

Вообще-то не в натуре Каролины манкировать своими обязанностями, но сейчас, вздохнула про себя Фиби, мало что осталось от прежней Каролины. Когда-нибудь она горько пожалеет о том, что даже не зашла попрощаться с Мейси.

Мейси отошла на рассвете. Она умерла тихо, одно легкое дыхание, и все… Китти исполнила все, что нужно в подобных случаях: обмыла, одела ее и сделала все это с той щемящей нежностью и любовью, на которую способны только настоящие сестры милосердия. Потом они все собрались в офисе, пили чай, вспоминали… Билли и Джем отвезли Фиби домой. Она на цыпочках вошла в квартиру, стараясь ничем не потревожить свою неблагодарную дочь, так же тихо пробралась к себе в спальню и рухнула на кровать в чем стояла. Она проспала все утро и подхватилась только ближе к полудню, подошла к окну, раздвинула шторы и только сейчас заметила конверт на туалетном столике.

Внутри лежала открытка с ее изображением времен расцвета театральной карьеры. На обороте рукой дочери было написано:

Мы с Тоби решили пожениться за границей без твоего согласия. Я взяла с собой все необходимое. Пожалуйста, не ищи меня. Так будет лучше для всех нас. И не волнуйся понапрасну. Я пришлю тебе из Египта открытку с видом пирамид.

Калли

Фиби в смятении ринулась в комнату дочери. Кровать была не расстелена, шкаф полуоткрыт, и там болтались пустые вешалки. Кожаный чемодан тоже исчез, вместе с паспортом, который хранился с другими документами в материнской шкатулке, инкрустированной жемчугом. Итак, это был преднамеренный и подлый побег, все было сделано так, чтобы максимально уязвить и даже оскорбить ее.

Господи, подумала с отчаянием Фиби, какая же мать откажется помочь дочери в свадебных приготовлениях. Но Каролина ясно дала понять, что ей в этом праве отказано. Наверное, она была недостаточно тактичной. Ах, если бы у нее было больше свободного времени! Тогда этой затее можно было бы и помешать. Но слишком поздно! Сколько же еще ей придется платить по старым долгам? Сокрытие правды от дочери о ее рождении обошлось ей и без того очень дорого. Вот что значит растить ребенка одной, когда рядом нет отца, который сумел бы защитить их и посоветовать ей что-то дельное. Из нее получилась никудышная мать. Да и чего можно требовать от матери-одиночки?

Фиби повалилась на холодную постель дочери и прошлась негнущимися пальцами по шелковому покрывалу.