Чужая игра - Таманцев Андрей "Виктор Левашов" - Страница 50

— Майор, бери своих ребят, и прочешите все вокруг, — приказал Голубков, — надо найти хоть кого-нибудь из местного начальства, чтобы оформить все честь по чести. А я пока тут со своими людьми у контейнера останусь. Связь через летчика будем держать.

— Есть найти начальство! — повторил приказ Жуков. — На выход, вперед! — крикнул он своим и первым спрыгнул на жуткую землю полигона «Гамма».

Леонид Иванович Савченко сидел на втором этаже штаба «Гаммы», в кабинете, который еще недавно принадлежал коменданту полигона генерал-майору Иконникову. Он поджидал, когда техники подготовят к вылету его личный вертолет.

Ему уже сообщили о неожиданной смерти генерала Степанова, и сейчас Савченко напряженно размышлял о том, кто теперь займет освободившееся место. Конечно, было бы неплохо, если бы должность замминистра досталась ему, но Леонид Иванович понимал, что в свете чуть ли не разразившегося на весь мир скандала ему этот пост вряд ли светит.

«Эх, на своем бы кресле усидеть... — подумал он. — Интересно, сам генерал из жизни ушел или ему помогли? Как-то уж очень странно все случилось... А ведь теперь за полигон отвечать некому будет, — мелькнула у него неприятная мысль, — один я из руководства остался, стало быть, с меня и все взятки...»

Эта последняя мысль настолько поразила его своей очевидностью, что у Савченко сразу закололо в области сердца. Невроз передался и в руки: они сразу вспотели и начали заметно подрагивать мелкой, неприятной дрожью.

«Ничего, отобьемся... — попробовал успокоить себя Леонид Иванович, — не в первый раз рядом с плахой ходим... Главное, что здесь на полигоне я уже все успел подчистить».

В кабинет вошел капитан Титов, командовавший взводом спецназа, прибывшего на «Гамму» вместе с Савченко.

— Товарищ генерал-лейтенант, на территорию полигона чья-то «вертушка» села, — доложил он.

— Как это — села?! — возмутился Савченко. — Здесь что парк с каруселями? Здесь строго секретный военный объект! Почему допустили посадку?

— Мы дали запрос «свой-чужой» по категории А...

— И что, вертолет подтвердил?

— Так точно, им и пароль, и код наш известен, — кивнул капитан. — Наверное, это кто-то из нашей конторы...

— Мне наплевать, откуда прибывшие! — нахмурился Савченко. — Я же вам ясно сказал: посторонних не допускать. А посторонним считается каждый, кому я персонально не разрешил совать сюда свой нос! Так что, надеюсь, капитан, вам ясно, что вы должны будете сделать дальше?

— Что? — не понял Титов.

— Гнать этих непрошеных гостей к такой-то маме! — заорал Савченко.

— Но у них могут быть полномочия, которые... — Капитан пытался уточнить, как далеко могут простираться его действия.

— У кого какие полномочия, здесь решаю только я! — перебил его генерал, — Приказываю вам немедленно очистить полигон! Любыми средствами! Или вам надоело служить под Москвой? Могу помочь в переводе куда-нибудь под Гудермес...

Титов мертвенно побледнел от последних слов генерала, но смолчал. Савченко не знал, что капитан совсем недавно вернулся из командировки в Чечню, потеряв в своем подразделении четверых человек. Но дело было даже не в потерях, от этого никто на войне не застрахован...

Рота Титова проводила плановую зачистку очередного села, когда у одного из домов подорвался головной БТР. Капитан под горячую руку приказал своим бойцам не церемониться с местными и — кровь из носу — найти тех, кто сделал на дороге закладку со взрывчаткой. Бойцы, озлобленные смертью своих товарищей, начали работать так жестко, что местным жителям после такой зачистки пришлось оплакивать двенадцать своих односельчан... История об этом попала в западную прессу; подразделение капитана немедленно вывели из Чечни, на него самого и нескольких его солдат военная прокуратура открыла уголовное дело.

Армейская карьера капитана повисла в воздухе на очень-очень тоненькой ниточке: в лучшем случае грозило увольнение без всякой компенсации, в худшем — ему могли дать срок, если бы прокуратура смогла доказать, что мирные жители были убиты по его приказу.

Нынешняя командировка была для Титова несколько неожиданной: ему позвонил начштаба и приказал отобрать тридцать самых лучших бойцов для срочного и ответственного задания. Капитан, находившийся в подвешенном состоянии, обрадовался: начштаба, который явно благоволил ему, давал Титову возможность проявить себя с положительной стороны и тем самым доказать, что он хороший служака, расставшись с которым армия сама останется в убытке...

— Поступаете в распоряжение генерал-лейтенанта Савченко, — сказал ему начштаба, — задание, насколько я могу судить, несложное, но очень ответственное. От того, какую аттестацию даст вам по возвращении генерал, во многом будет зависеть ваша дальнейшая судьба. Так что хоть землю носом ройте, но чтобы Савченко остался доволен. Вам все понятно?

— Так точно! — козырнул капитан своему начальнику штаба. — Разрешите отбыть на аэродром?

— Выполняйте... — ответно отдал честь начштаба.

В тот же вечер маневренный отряд Титова в количестве тридцати бойцов, экипированный, как будто они отправлялись в глубокий тыл врага для проведения диверсионного рейда, вылетел на предоставленном Савченко самолете в Поволжье. За полтора дня, прошедших после прибытия отряда на полигон, ничего существенного здесь не произошло. Капитан обеспечивал надежное оцепление объекта на дальних подступах: Савченко же с приехавшими с ним прапорщиками все время где-то пропадал, появляясь только для того, чтобы наскоро перекусить. И вот теперь, когда до конца командировки оставались считанные часы, на беду Титова, какая-то нелегкая принесла эту «вертушку»...

— Вы что, не поняли приказа? — Генерал уже не кричал, но тон его не обещал капитану ничего хорошего. — А мне ваши командиры охарактеризовали вас как исполнительного, надежного офицера. Неужели они ошибались?..

— Никак нет, я все понял! Разрешите выполнять, товарищ генерал? — встрепенулся Титов, желая загладить свою нерешительность.

— Ступайте! — разрешил Савченко. — Даю вам пятнадцать минут, чтобы на полигоне не осталось никаких посторонних!

— Слушаюсь! — снова рявкнул капитан, отдал честь и выбежал из кабинета.

Майор Жуков в сопровождении двух своих бойцов (остальные цепочкой рассеялись в поисках местного персонала) уже приближался к административному зданию полигона, когда навстречу ему выбежал капитан. За Титовым бежали пятнадцать его спецназовцев с автоматами на изготовку.

— Стоять! — закричал капитан Жукову. — Приказываю немедленно покинуть этот объект!

— Послушай, коллега... — обратился Жуков к капитану. Ни у тех, ни у других спецназовцев не было знаков различия; лишь экипировка контрразведчиков была чуть побогаче. При виде набежавших бойцов майор даже не напрягся: он считал, что все так и должно быть. Сейчас его проверят и все станет на свои места... Поэтому тон у него был достаточно добродушный. — Мне нужен здешний комендант или кто-нибудь, кто тут местным хозяйством заведует. Мы там, — Жуков мотнул головой в сторону «вертушки», — привезли контейнер, который недавно чеченцы отсюда похитили... В общем, надо оформить возвращение. Если ты тут командуешь, то пошли со мной. Только документы сначала предъяви на всякий случай...

— Какой, на хрен, контейнер! — снова закричал Титов. Ему очень не понравилось, что Жуков никак не прореагировал на его бойцов. «Крутого из себя строит, ну-ну, сейчас мы поглядим, какой ты крутой...» — подумал он и приказал своим: — Гоните этих к «вертушке»!

— Э-э, не борзей, командир!.. — попытался осадить его Жуков. — Мы ж вам помогаем...

Вместо ответа Титов дал короткую очередь из своего штурмового «Калашникова». Пули взметнули столбики пыли у самых ног майора. Тот усмехнулся и переглянулся со своими бойцами.

— Что ж, видно, по-хорошему с вами поговорить не получится... — сказал Жуков. — Ладно, командир, ты не баба, чтобы я тебя уговаривал... Пошли! — Майор махнул рукой своим и медленно направился к стоящему метрах в ста от них вертолету.