Верховный суд СССР - Коллектив авторов - Страница 64

Согласно ст. 23 Основ уголовного судопроизводства СССР и союзных республик 1924 года приговор суда должен основываться только на тех имеющихся в деле данных, которые были рассмотрены в судебном заседании. Между тем в УПК некоторых союзных республик (например, РСФСР, УССР) содержались нормы, разрешающие судам основывать приговор и на тех данных, содержащихся в материалах предварительного следствия, которые в судебном заседании не рассматривались. Это относилось к показаниям свидетелей, допрошенных на предварительном следствии, но не допрошенных на суде, к данному на предварительном следствии заключению эксперта, не вызванного в судебное заседание, и т. д.

Пленум разъяснил, что суды должны строго руководствоваться ст. 23 Основ уголовного судопроизводства, не допуская отступлений, предусмотренных УПК союзных республик231. В основе этого разъяснения Пленума лежит признание судебного разбирательства главной, решающей стадией уголовного процесса, для которой материалы предварительного следствия имеют вспомогательное значение. Разъяснением утверждается незыблемость принципов непосредственности и устности уголовного судопроизводства, недопустимость отступления от них. Позднее Основы и УПК союзных республик закрепили эти положения.

Пленум потребовал, далее, чтобы каждый приговор суда был мотивирован, т. е. чтобы в нем были приведены доказательства, на основании которых суд пришел к выводу о виновности или невиновности подсудимого, причем, если подсудимых несколько, мотивы должны быть приведены в отношении каждого подсудимого. Суд в приговоре должен указать конкретно те доказательства, которые он положил в основу своего вывода, обосновать, почему он принял эти доказательства. Если же суд отвергает имеющиеся в деле доказательства, в приговоре должно быть указано, почему именно эти доказательства отвергнуты232.

В частности, Пленум указал: «При вынесении обвинительного приговора в последнем должно быть указано, почему судом отвергнуты объяснения подсудимого в свою защиту, а также другие оправдывающие его доказательства».

Таким образом, ясно и определенно сказано, что показания подсудимого, отрицающего свою виновность, являются одним из оправдывающих подсудимого доказательств. Поэтому эти показания, как и всякие доказательства, должны быть проверены, и они могут быть отвергнуты не иначе, как с указанием оснований к этому. Это — вопрос, имеющий большое теоретическое и практическое значение.

Как видим, указания Пленума относятся не только к мотивировке приговора, но и к принципу оценки доказательств: оценка доказательств должна быть обоснована, аргументирована, объяснена, она ни в коем случае не может быть произвольной, основанной на впечатлениях и т. п.

Постановление Пленума Верховного Суда СССР «О судебном приговоре» от 28 июля 1950 г. сыграло большую роль в повышении качества работы судебных органов.

Второе из указанных постановлений Пленума Верховного Суда СССР, постановление от 1 декабря 1950 г., основано на обобщении материалов кассационной практики и дает судам второй инстанции указания по возникающим в кассационной практике вопросам.

Сложный вопрос о соотношении проверки правильности разрешения дела по существу с проверкой соблюдения требований процессуального закона был разрешен в законодательстве и в судебной практике не сразу; иногда упор делался на проверку соблюдения закона, причем существо дела отводилось на второй план, а иногда, наоборот, на второй план отступала проверка соблюдения процессуальных требований и в основу кассационного производства клалась оценка доказательств; допускалось нередко перерешение дела кассационной инстанцией по существу. Но сам принцип советской кассации получал все более и более отчетливое выражение: органическое соединение проверки соблюдения законов с проверкой правильности разрешения дела по существу. При этом кассационная инстанция не производит судебного следствия и не подменяет суд первой инстанции, только который может признать подсудимого виновным и подвергнуть его наказанию.

Отчетливо этот принцип был выражен в Законе о судоустройстве СССР, союзных и автономных республик от 16 августа 1938 г., установившем, что кассационная инстанция проверяет законность и обоснованность приговора (ст. 15). Рассматриваемое постановление Пленума Верховного Суда СССР детально осветило вопросы этого рода и дало судам принципиальные указания.

Так, Пленум предложил кассационным инстанциям повысить требовательность к судам первой инстанции в отношении строгого соблюдения социалистической законности при рассмотрении дел233.

Вместе с тем Пленум указал, что содержащееся в ряде УПК союзных республик положение о недопустимости касаться в кассационных жалобах существа дела (ст. 349 УПК РСФСР 1923 года) не подлежит применению, так как оно противоречит общесоюзному закону — ст. 15 Закона о судоустройстве СССР, союзных и автономных республик.

В соответствии с этим Пленум постановил: «Обратить внимание судов, что при кассационном рассмотрении дела они обязаны последовать, сопоставлять и оценивать все доказательства по делу с тем, чтобы решить вопрос, насколько вывод суда обоснован материалами дела»234.

Говоря о полномочиях судов кассационной инстанции при разрешении уголовных дел, Пленум указал, что: а) они не вправе устанавливать и считать доказанными факты, не указанные в приговоре или отвергнутые им, и что при наличии к тому оснований они могут в этих случаях передать дело на новое рассмотрение; б) отвергая вывод суда и передавая дело на новое рассмотрение, они обязаны указать, почему именно этот вывод суда является порочным и какие обстоятельства не учтены судом, но не вправе указывать на преимущества одних доказательств перед другими; в) передавая дело на новое рассмотрение, они не вправе предрешать вопрос о доказанности или недоказанности обвинения235.

В связи с новой кодификацией уголовно-процессуального законодательства — принятием Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 25 декабря 1958 г. и УПК союзных республик перед Верховным Судом СССР встали большие и сложные задачи направления судебной практики в соответствии с новым законодательством.

Неуклонное возрастание роли социалистической законности, нетерпимость к нарушениям законности потребовали принятия дальнейших решительных мер к обеспечению строгого соблюдения законности при осуществлении правосудия, в деятельности судов. Этому посвящено постановление Пленума Верховного Суда СССР от 18 марта 1963 г. «О строгом соблюдении законов при рассмотрении судами уголовных дел».

В этом постановлении Пленум отмечает достижения судебных органов в борьбе с преступностью и подробно указывает имеющиеся недостатки, встречающиеся нарушения законности, ошибки «в деятельности судов, намечая пути их устранения.

В постановлении особо подчеркивается значение процессуальной формы и недопустимость ее нарушения — давняя линия Верховного Суда СССР, проводимая им в судебной практике. Пленум указывает: «Некоторые судьи считают допустимым так называемые незначительные отступления от требований процессуального закона, забывая о том, что неукоснительное соблюдение предусмотренной законом процессуальной формы является непременным условием установления истины по делу и принятия правильного решения... Никакие нарушения законности не могут быть оправдываемы ссылками на то, что это необходимо якобы в целях усиления борьбы с преступностью. Каждое уголовное дело, независимо от характера и тяжести совершенного преступления, служебного и общественного положения обвиняемого, должно разрешаться в точном соответствии с требованиями норм уголовного и процессуального права»236.

Настойчиво подчеркивая необходимость полного, всестороннего и непредвзятого исследования всех обстоятельств рассматриваемого дела, Пленум особо обращает внимание судов на необходимость всемерного обеспечения права обвиняемого на защиту, на недопустимость недооценки роли защитника.