Наследник Монте-Кристо - Митчелл Мередит - Страница 42

– Так что же дальше? – поторопила она.

– Сделка состоялась, лорд получил свои деньги, а бабушка принялась поджидать представителя компании, с которым она будет торговаться за каждый акр. Увы, ожидание затянулось, и она написала той леди, рассказавшей ей о будущем проекте. Ответ поразил ее – по известному ей адресу такая леди не проживала, похоже, ее вообще никогда не существовало!

– Неужели… – Эмили не осмелилась произнести вслух свою догадку, вдруг она опять ошибется, как в самом начале их разговора!

– Бабушка стала жертвой грандиозного мошенничества! И я даже представить не могу, кто и как сумел осуществить все это! Ее поверенный должен был навести справки и выполнил свою работу – побывал в конторе этой компании, посмотрел проекты и чертежи, печати и министерские подписи…

– Контора тоже оказалась поддельной? – не будь у нее до этого беседы с лордом Мернейтом, Эмили была бы удивлена сильнее. Но после того, что она уже знала о мошенничествах и убийствах, еще одна хитроумная интрига уже не могла поразить ее.

– Разумеется! Железнодорожная компания существует на самом деле, но ни проекта этой фабрики, ни идеи строить дорогу через болотистые земли никогда не существовало, как не существует и лиц, чьи фамилии были известны бабушке и ее поверенному. Он тотчас обратился в полицию, но на месте конторы нашли только мусор, ни дорогой мебели, ни чертежей, ни клерков… Ничего, что поверенный видел во время своего предыдущего визита.

– Он должен был скрыть от леди Пламсбери эти новости! – Эмили не хотела жалеть старуху, попавшуюся в собственные сети, но все же испытывала жалость. Потерять деньги казалось ей не столь ужасным, сколь ужасной представлялась утрата главной жизненной цели и возможности начать все с начала. Неудивительно, что Уильям опасается за жизнь своей бабки – немало крепких, здоровых мужчин пускали себе пулю в лоб после подобных известий!

– Он честный человек и не привык ничего от нее скрывать, – лорд Гренвилл был согласен с супругой, но он уже не мог ничего изменить. – Я могу только вообразить себе ее гнев и силу ее переживания.

– И ты оставил ее одну? – не признак ли это жестокости, в которой Эмили готова упрекнуть его, дай он только повод.

– Я послал записку доктору Вуду с просьбой приехать к ней с самого утра и постараться укрепить как ее дух, так и тело. Бабушка завтракала у себя, и я поднялся к ней. Она выглядит совершенно разбитой, как твоя мать, когда ей сообщили о гибели Кэролайн и Филиппа. Я не знал, как утешить ее, и обещал приложить все усилия, чтобы помочь полиции найти негодяев, укравших ее деньги. Но она велела мне возвращаться домой и ни во что не вмешиваться, у нее есть собственные связи, к которым она прибегнет, как только придет в себя. Если я правильно понял, это весьма могущественный источник, о котором мне, надо полагать, ничего не известно.

«Мистер Тоун, должно быть! Ах, если бы знать, за кем она пошлет после того, как доктор Вуд приготовит ей укрепляющие отвары и порошки! Жаль, что мистер Мернейт уехал – он мог бы заставить констеблей Миллза следить за домами наших соседей, – думала Эмили, не слушая, что еще говорит ей муж. – И как она могла позволить себя провести? С ее-то хваткой? Наверное, все дело в возрасте и болезни. Десять лет назад ее поверенный, который тогда тоже был помоложе, выяснил бы все до конца с этой компанией и планами строительства. Теперь же его, должно быть, убедил респектабельный вид конторы и какие-то печати. А жадность не позволила ей немного подождать со сделкой».

– Так что мое наследство теперь составит лишь несколько небольших участков, включая твое приданое, – продолжал Уильям. – Не то чтобы я был огорчен, я бы даже почувствовал облегчение от того, что все это обременительное богатство свалится на меня, если бы не злился так на негодяев и не жалел бабушку. Обойтись так со старой женщиной!

– Они должны были тщательно продумать свой план, предусмотреть каждую мелочь, организовать фальшивую контору, привлечь юристов и других людей, в том числе эту супругу какого-то лорда, – задумчиво протянула Эмили. – И эти люди хорошо знают твою бабушку, настолько хорошо, чтоб быть уверенными в том, как она поступит…

– Ты хочешь сказать, в этой афере принимал участие кто-то из наших знакомых? – эта мысль, кажется, еще не успела прийти в голову лорду Гренвиллу.

– Не обязательно мы с тобой должны знать этих людей, но леди Пламсбери наверняка знакома с кем-то из них. Или ее поверенный, или кто-то из ее старых друзей, кто мог бы, намеренно или случайно, рассказать мошенникам о ее стремлении к приобретению все новых и новых акров.

– Но на этот раз она не собиралась сохранять эту землю, она хотела лишь быстро увеличить вложенный капитал, – возразил Уильям. – Похоже, мои слова о том, как мало радует меня будущее наследство, наконец, дошли до ее сознания, и она решила превратить огромные территории в деньги и ценные бумаги. С ними управляться куда проще.

«Так, значит, кому-то стало известно о ее последних планах! Уж не сам ли мистер Тоун, – подумала Эмили, – решил обмануть свою компаньонку и таким образом увеличить свое состояние? Такие люди, как он, легко способны предать тех, кто еще недавно был с ними заодно. Мисс Деррик погибла не случайно, должно быть, она сделала что-то, что не понравилось этому Эдвину Р. Тоуну. Точно так же могло произойти и с леди Пламсбери, если их мнения разошлись».

– Думаю, не стоит полагаться на связи твоей бабушки. Полиция должна как можно скорее узнать о случившемся, понравится это леди Пламсбери, или нет! – решительно заявила Эмили, заметив, что Уильям явно ждет от нее какого-то совета.

– Ты права, я должен поехать в Лондон. Беседовать с Миллзом бессмысленно, да и мошенники навряд ли имеют какое-то отношение к Торнвуду. Думаю, я извещу запиской поверенного бабушки, чтоб он собрал все документы и был готов рассказать полиции о том, что ему известно.

– Что ж, поезжай… – Чем скорее он уйдет, тем лучше – тогда она сможет спокойно обдумать все, что услышала от Уильяма, и записать в дневник. Наверняка лорд Мернейт заинтересуется этой историей. Кажется, все-таки придется рассказать ему и то, чего он еще не знает о леди Пламсбери.

– Ты не хочешь отправиться вместе со мной? – вопрос застал ее врасплох.

– Зачем? Разве у тебя там не будет подходящей компании? – будь у нее время, она придумала бы другой ответ.

– Компании? Какой компании? – в свою очередь удивился Уильям. – Конечно, я попрошу Джорджа Пейтона разузнать что-нибудь в своих кругах, может быть, кто-то еще пострадал так же, как бабушка, но навряд ли можно рассчитывать на его помощь теперь, когда до появления на свет малыша остается лишь несколько недель.

– Ты ведь не думаешь, что Джордж проводит все время возле Даффи? – Эмили обрадовалась возможности сменить тему – не стоило намекать на миссис Рэйвенси. – Им нельзя находиться в обществе друг друга слишком долго, иначе все закончится очередной ссорой. Я даже сомневаюсь, что ребенок укрепит их семью.

– По-твоему, им лучше разъехаться? – быстро спросил лорд Гренвилл.

– Думаю, тебе уже известно мое мнение – если люди несчастливы в браке, им не стоит оставаться вместе. Это жестоко – приковывать супругов друг к другу навечно, лишая их возможности начать новую жизнь! – подумать только, Уильям сам затронул эту тему! А ведь после недвусмысленного заявления леди Боффарт о том, что Эмили лучше развестись с ним, лорд Гренвилл был весьма рассержен. Неужели он и сам пришел к тому же выводу? Или он намерен жениться на миссис Рэйвенси?

– Так ты несчастлива в Гренвилл-парке? – Лицо Уильяма показалось ей еще более усталым, нежели четверть часа назад, когда он ворвался в ее гостиную с новостями о своей бабке.

– Почему ты никогда не называешь вещи своими именами? Я не несчастлива в Гренвилл-парке, я несчастлива с тобой! – взорвалась Эмили.

– Я не…

Она не дала ему продолжить.

– Да-да, я знаю, ты никогда и не обещал, что будешь любить меня, как Луизу! Что вообще будешь меня любить! Но неужели за все эти годы тебе никогда не хотелось… настоящей семьи, пусть не со мной, пусть с кем-то другим? – Если б только она могла удержаться от слез до того, как он уйдет! Увы, она не обладает сдержанностью Джейн.