Аватар (СИ) - Кова Юлия - Страница 41

– Более чем, – с интересом разглядывая Исаева ответил Кейд. – Скажи-ка и ты мне кое-что, только откровенно, Андрей: а ты что, вообще никому не веришь?

– Нет.

– Это почему?

– Это потому, что если твоим Богом является вера, или семья, или друзья, то у меня другой Бог, и этот Бог – Истина. И я всю свою жизнь потратил на то, чтобы научиться отличать правду от лжи и делать тайное явным... Но кое в чём ты прав, Даниэль: да, кое-кому я верю, – неохотно признался Андрей. – Но поскольку этот «кое-кто» к нашему делу не относится, то я предлагаю сосредоточиться на поиске Евы.

– Вот как? – Кейд поднял бровь. – Ну, хорошо. Ладно, давай продолжим.

– Отлично. А теперь смотри, Даниэль, что дальше пишет камера наблюдения... Вот Ева подходит к центральному входу, но останавливается... Вот она роется в кармане куртки и достаёт телефон. Что за модель мобильного?

– iPhone 5s. Я ей подарил на её прошлое день рождение.

– iPhone 5s, говоришь? Так-так. А Ева пользуется функцией «Touch ID» – встроенным в эту модель датчиком идентификации по отпечатку пальца?

– Нет, Ева пользуется только цифровым паролем. Ноль семь одиннадцать. Четыре цифры. Первая две цифры – это день, вторые две – это месяц моего рождения. – Исаев поднял на Кейда изумлённый взгляд. – Что? – удивился тот в свою очередь.

– Да так, ничего... Слишком много совпадений.

– Каких совпадений?

– Не важно. Просто в голову пришло, что... впрочем, не обращай внимания... Даниэль, а на устройстве Евы включена функция «найти iPhone»?

Кейд помрачнел:

– Была включена. А сейчас выключена.

– Значит, тот, кто увёз Еву, вынудил девочку дать ему этот пароль, или же...

– Или же что?.. Ты что, хочешь сказать, что мою дочь убили? – Даниэль побледнел. – ...или же Ева добровольно, сама, вручила пароль своему похитителю, – невозмутимо закончил начатую фразу Андрей.

– А как ты думаешь, Ева жива? – тихо, но с явным облегчением спросил Даниэль.

– Да, – не сомневаясь ни на минуту, ответил Исаев.

– А почему ты так уверен?

– Потому что прежде чем получить код «НОРДСТРЭМ», тому, кто увёз Еву, придётся доказать, что девочка жива. Это – закон киднеппинга.

Кейд вздрогнул и провел ладонью по глазам:

– То, что ты сказал - это жестоко, Андрей.

– Зато это – предельно честно. А ты не накручивай себя раньше времени и сосредоточься на том, что нам надо найти Еву, – посоветовал Исаев. – Вот, смотри лучше, что пишет дальше камера наблюдения... Вот Ева отвечает на входящий вызов. Не отнимая телефон от уха, она крутит головой по сторонам. Это означает, что звонивший ей находится где-то совсем рядом, и может быть, мы его сейчас увидим... Вот Ева идёт вперед, обходит таксистов, какого-то чувака с сигаретой, и.… вот же фак, вот же гадство-то, а? – там грузовик «Пальмира» стоит и загораживает собой камеру... Вот какой ненормальный догадался тут погрузку производить? Ну ладно, я потом разберусь с этим межеумком... А пока смотрим, что происходит дальше. Итак, проходит три минуты, и грузовик уезжает, но Евы уже нет. На десятой минуте появляется какой-то очаровательный мужик в изящных очках с фиолетовым женским рюкзачком и начинает, как безумный, метаться вокруг таксистов. Это кто?

– Макс Уоррен, – невесело хмыкнул Кейд.

– Понятно, – ответил Андрей и, нажав на паузу, принялся разглядывать Макса.

– А что дальше на пленке? – отвлёк Исаева Кейд.

Андрей послушно промотал запись вперёд.

– А дальше, Даниэль, уже ничего интересного нет, – признался он. – Зато я кое-что увидел.

– Что именно?

– Ну, что, во-первых, у твоего Макса такой же разрез глаз, как и у тебя. А во-вторых, твой Макс уехал из «Домодедово» в «корветте» ровно через три часа после пропажи Евы. Мой вопрос: он уехал один?

– Один. А какая разница?

– Ну, если бы похищение Евы заказал твой Макс, то он мог бы позже перехватить её и похитителя и забрать девочку с собой.

– Глупость. А что за предположение насчёт сходства наших глаз?

– Не «сходства ваших глаз», а сходство разреза ваших глаз. Вы с Максом случайно не родственники?

– Андрей, не придумывай того, чего нет, я Макса знаю сто лет, – отмахнулся Кейд, – мы с ним с детства дружили. Его воспитывали родные мать и отец, оба – американцы. В Англию его родители перебрались в конце семидесятых и осели в Девоншире. Мать Макса умерла в результате несчастного случая, когда ему было не то десять, не то одиннадцать лет. Отец скончался в девяносто третьем... И насчёт похищения: Макс тоже тут ни при чём, уверяю тебя. Просто дело в том, что, – и Кейд замялся, – в общем, откровенно говоря, в «корветте» я установил не просто GPS-локатор, а систему, которая записывает все разговоры и считывает вес машины. И я знаю наверняка: в аэропорт Ева и Макс ехали вдвоём, вместе. А на обратной дороге вес «корветта» изменился ровно на пару килограммов против веса Макса. И эти килограммы добавил рюкзак Евы.

– Вот как? – Андрей задумался. Положил на стол сжатый кулак и разогнул пальцы. Побарабанил ими по столу и очень внимательно посмотрел на Кейда. – Скажи, Даниэль, а у Евы есть какой-нибудь поклонник, с которым ты запрещал ей встречаться?

– Нет. Я никогда и ничего не запрещал своей дочери, – отрезал Даниэль.

– Нет, Даниэль, запрещал, – спокойно и уверенно возразил Андрей. – Правда, есть и другой вариант: ты мог просто не знать этого чувака. Потому, что Ева не хотела тебе его показывать.

– Я что, такой страшный? – обиделся Кейд. – Ты ещё скажи, что моя дочь мне не доверяет.

– Даниэль, – помедлив, Андрей решил объясниться до конца, – как мы с тобой убедились, Ева зачем-то попросила выпустить её из «корвета». Какая причина этому? – Кейд помолчал, перебирая в голове все возможные версии. –У тебя – очень привлекательная, по-настоящему красивая дочь. У таких девочек всегда есть поклонники. И я лично считаю, что Ева встречалась с мужчиной, которого она знает, но которого не знаете ни ты, ни твоя Эль, ни уж тем более, твой Макс. Ясно?

– Это какие же у тебя основания так считать? – нахмурился Кейд.

– Ну, смотри сам, – вздохнул Андрей. – Если бы твоя Ева встречалась с женщиной – ну, например, с Самойловой – если бы той, ха-ха, вообще взбрело в голову похитить твою дочь! – или, предположим, хотела увидеться с девочкой своих лет, то Ева вряд ли бы стала прятаться. А Ева именно спряталась и от Макса, и от тебя. Ты – её отец, который каждый день её изо всех сил контролирует. А что до твоего Макса, то тут другой коленкор. Дело в том, что Уоррен представляет собой абсолютно стопроцентно привлекательный для всех женщин тип: богатый, интересный, хорошо обеспеченный мужчина, и – что важнее всего – очень красивый мужчина. Он – как герой романа на обложке... Ну, знаешь, такие розовые романы в переходах продают? Там, на обложках всегда изображены герои. И показать такого вот «героя» своей подружке живьём, как это делают все девочки возраста Евы, было бы вполне логично. Но – уж поверь мне! – ни одна девочка в мире не будет демонстрировать заместителю своего отца своего тайного обожателя, потенциального бойфренда или человека, которого её отец не одобрит. Например, человека на несколько лет её старше...

– «Старше» её? – напрягся Кейд, вспоминая недавний разговор с Евой. – Нет, подожди, Андрей, давай сначала разберёмся, зачем Еве скрываться от Макса? Ну ладно, предположим, она опасалась моей негативной реакции, пусть так. А Макс бы ей что сделал?

– Ну, во-первых, Макс мог рассказать о нежелательном знакомстве тебе. А во-вторых, Макс мог указать двадцатилетней девушке, которая давно считает себя взрослой, умной и самостоятельной, её настоящее место, оторвав Еву от нового знакомого и утащив её на рейс, к папе, в Лондон... Впрочем, есть и третий вариант: Ева не хотела, чтобы её новый поклонник приревновал её к Максу. В общем, как бы то ни было, но Ева сделала всё, чтобы встретиться с кем-то подальше от тебя и от этого твоего Уоррена.