Пробуждение: преодоление препятствий к реализации возможностей человека - Тарт Чарльз - Страница 77

Теплый летний день. Я еду в фургоне с группой других людей. Мы подъезжаем к дому, стоящему на своего рода уступе, возвышающемся над окружающим ландшафтом. Дом ремонтируют, и на нем работают люди. С длинной лестницы, прислоненной к наружной стене, обращенной на юг, спускается мужчина. Он несет ведро с краской, и я что-то говорю по поводу каштанового цвета краски, потому что мне кажется, что она имеет пурпурный оттенок.

Нас ведут в довольно пустую кухню, с настоящей старой, заржавленной плитой. На ней готовится какая-то пища, и хозяин, который встретил нас здесь, позволяет мне опустить палец в кастрюлю и попробовать – фаршированные овощи. Хозяин какого – то неопределенного вида, и одет в такую же неопределенную серую одежду.

Мы осматриваем кухню, там больше не на что смотреть, а затем выходим наружу через заднюю дверь. Я немного обескуражена, потому что хотя мы были внутри дома, мы не увидели там ничего, кроме этой кухни. Снаружи великолепная высокая, ломкая летняя трава, деревья и пологие холмы, а над всем этим – голубое небо и сверкающее солнце. Все это вызывает очень приятные чувства.

Мы заходим за дом, здесь много тени, и нам говорят, что здесь похоронены прежние хозяева этого дома. Одна женщина из нашей группы впадает в полную истерику и заявляет, что они похоронены не в гробах, и что их мумифицированные тела лежат под тонким слоем почвы. Я говорю ей, что нет причины бояться мертвых, и сама подхожу посмотреть. Тут две «могилы», мужчины и женщины. Я встаю перед могилой мужчины. Через тонкий слой почвы я могу видеть контуры его тела. Мне очень легко. Каким-то образом я общаюсь с этим мужчиной и уверена, что он собирается мне что-то сказать. Через некоторое время легкое дуновение рябит слой земли над его лицом, потом волнообразное движение пробегает по земле, покрывающей все его тело. Он вскакивает, отряхивает с себя грязь, смеется и говорит, что хозяин дома нанял его, чтобы разыграть эту сцену и подчеркнуть уникальность этого места, и что это и есть то, зачем мы сюда прибыли.

Мэри работала по программе Тренинга Повышения Осознания уже более года, когда однажды во время уединения в выходные дни она вдруг осознала, что она уже бывала в месте из своего сна, работая над оживлением от «смерти», от согласованного транса на протяжении более чем года! Подумайте о поразительных параллелях:

Теплый летний день. Я еду в фургоне с группой других людей.

Хотя в программе тренинга первый выезд на выходные дни был в ноябре, это был теплый, прекрасный день, и во время большинства наших встреч была такая же хорошая погода. В центре уединения в Мендосино Каунти летние дни обычно бывают жаркими, по контрасту с Беркли, где жила Мэри.

Участники тренинга часто приезжали группами по нескольку человек в фургоне, принадлежавшем кому-нибудь из них.

Мы подъезжаем к дому, стоящему на своего рода уступе, возвышающемся над окружающим ландшафтом. Дом ремонтируют, и на нем работают люди. С длинной лестницы, прислоненной к наружной стене, обращенной на юг, спускается мужчина. Он несет ведро с краской и я что-то говорю по поводу каштанового цвета краски, потому что мне кажется, что она имеет пурпурный оттенок.

Дом, в котором мы собирались, представлял собой большое прямоугольное здание, построенное на выступающей искусственной террасе на склоне холма.

Наша группа постоянно занималась работами по ремонту и постройке этого дома, так как к моменту начала программы тренинга он не был полностью готов.

У нас было много работ, связанных с использованием лестниц, прислоненных ко внешним стенам. Поскольку некоторые из участников нашей группы боялись работать на лестницах, то эта работа приобретала эмоциональную значимость и часто была предметом разговоров и шуток.

Наиболее характерной внешней приметой дома была его длинная, обращенная на юг стена, на которой были многочисленные полупрозрачные окна от пола до крыши.

Дом был покрашен в глубокий, богатый оттенками коричневый цвет. Покраска дома нередко была частью нашей групповой работы.

Нас ведут в довольно пустую кухню, с настоящей старой, заржавленной плитой. На ней готовится какая-то пища, и хозяин, который встретил нас здесь, позволяет мне опустить палец в кастрюлю и попробовать – фаршированные овощи. Хозяин какого-то неопределенного вида, и одет в такую же неопределенную серую одежду.

Кухня находилась в конце этого дома размером шесть на двадцать метров, который внутри представлял собой одно открытое помещение, за исключением небольшой галереи, где можно было спать, находившейся на противоположном от кухни конце дома. Кухня была непривычно пустой по сравнению с обычными кухнями. Газовая плита на кухне была очень старой и немного проржавевшей.

Участники группы по очереди занимались приготовлением пищи и обычно устраивали то, что лучше всего можно было бы назвать словом «пиршество». Пища, как правило, была настолько интересной и вкусной, что мы часто в шутку говорили, что в дополнение к Тренингу Повышения Осознания (ТПО), группа предавалась Тренингу Осознания Пищи (ТОП).

Я, хозяин, всегда одет в старые, неопределенного вида джинсы и в полинявшую серовато-голубую рабочую рубашку, когда бываю за городом, в том числе и во время моей работы с группой.

Мы осматриваем кухню, там больше не на что смотреть, а затем выходим наружу через заднюю дверь. Я немного обескуражена, потому что хотя мы были внутри дома, мы не увидели там ничего, кроме этой кухни.

Внутреннее пространство дома было просторным и открытым, около пяти метров от пола до потолка. Оно было незавершенным и постоянно находилось в процессе достройки. По обычным стандартам функциональность этого помещения была сомнительной, за исключением кухни, которая была четко определена и выглядела совершенно обычно.

Снаружи великолепная высокая, ломкая летняя трава, деревья и пологие холмы, а над всем этим – голубое небо и сверкающее солнце. Все это вызывает очень приятные чувства.

Точное описание окружающей обстановки и обычных чувств, которые возникали там.

До этого момента мы имели поразительно точное и часто буквальное описание физических признаков и окружающей обстановки того места, где проходила наша групповая работа. Именно эти параллели привлекли мое внимание к сну Мэри. Исследуя в прошлом так называемые парапсихические сновидения я уже отмечал, что они обычно начинались с таких явных физических параллелей с той или иной ситуацией для привлечения к себе внимания, а затем становились более значимым и эмоционально насыщенным посланием. В остальной части сна легко усмотреть связь с глубокими чувствами Мэри, связанными с работой по пробуждению.

Мы заходим за дом, здесь много тени, и нам говорят, что здесь похоронены прежние хозяева этого дома. Одна женщина из нашей группы впадает в полную истерику и заявляет, что они похоронены не в гробах, и что их мумифицированные тела лежат под тонким слоем почвы. Я говорю ей, что нет причины бояться мертвых и сама подхожу посмотреть.

Гурджиев говорил, что многие люди мертвы, даже если они ходят и говорят, потому что их сущность все равно что мертва. Цель Тренинга Повышения Осознавания состояла в том, чтобы пробудить участников, оживить их, восстановить в них жизнь, подавленную от того, что их сущность была лишена энергии, поглощенной ложной личностью.

Участники группы часто проявляли страх и нерешительность в отношении желания пробудиться, отказаться от надежности известного и внимать неизвестному.

Тут две «могилы», мужчины и женщины. Я встаю перед могилой мужчины. Через тонкий слой почвы я могу видеть контуры его тела. Мне очень легко. Каким-то образом я общаюсь с этим мужчиной и уверена, что он собирается мне что-то сказать. Через некоторое время легкое дуновение рябит слой земли над его лицом, потом волнообразное движение пробегает по земле, покрывающей все его тело. Он вскакивает, отряхивает с себя грязь, смеется и говорит, что хозяин дома нанял его, чтобы разыграть эту сцену и подчеркнуть уникальность этого места, и что это и есть то, зачем мы сюда прибыли.