Последний из миннезингеров (сборник) - Киров Александр - Страница 42

– Мужики, скажите, ради бога, где я нахожусь?

– Ты че, допил? В деревне Троица.

– До города далеко?

Многозначительное молчание.

Тут встрял подросток. Алекс узнал его – это был тот, который ехал на мотоцикле.

– Бабки есть?

Алекс пошарил по карманам и нащупал три бумажки. О их происхождении он даже не догадывался, но, помедлив, решил схитрить и предъявил компании только одну.

– Полтинник.

– Давай.

Подросток взял деньги, вскочил на мотоцикл. С шестого раза завел и с треском поехал по деревне. Все угрюмо молчали. Проснулся парень, который все это время спал на берегу беспробудно. Он выдал фразу, о существовании которой вряд ли догадывался Владимир Иванович Даль, сел на траве и задал до боли простой вопрос:

– Есть бухнуть?

Ему не ответили. Подростка не было полчаса, час. Судя по солнцу, времени было уже часов десять-одиннадцать утра. Недобро заговорили о том, что с ним…, будет, если сам выпьет или разольет спирт. Наконец подросток появился. Заглушил мотоцикл и выдал предложение, которое не уступало по объему классическому периоду. Оно было повествовательным: одновременно рассказывало о том, как надоела незадачливая и непослушная техника ее владельцу, как жаден и коварен поставщик и продавец убойного зелья, как обрыдло ему скучное однообразие подобных поручений и как он возмущен барственными замашками старших товарищей.

Спирт бережно развели в той же полторашке, которую по такому случаю пришлось доставать из воды. Выпили по две… Тут начался разговор, который проходил в форме перекрестного допроса Алекса. В роли следователей выступили Подросток (на самом деле ему оказалось шестнадцать); Удачливый Боец и Проснувшийся Недавно.

– Ты как здесь нарисовался?

– Долго рассказывать.

– Че, не помнишь?

– Нет.

– Че, пьяный был?

– В сиську.

– А сам откуда?

– Из города.

– Как фамилия?

– Не стоит.

«На зека вроде не похож». – «Не, лоховатый больно». – «Но вроде и не бич, и не цыган».

– Чего темнишь?

– Да я не темню.

– А как сюда попал?

– Не помню, пьяный был.

– А откуда?

– Из Архангельской.

– Че хочешь?

– В город увезите на мотоцикле.

– Че дашь?

– Денег.

– Сколько?

– Пятьсот.

– Так у тебя же нет.

– Дома есть.

– А не врешь?

– Нет.

– Гарантии?

– Слово мужика.

– А ты хоть мужик? А-ха-ха-ха.

Засмеялся Подросток, но смеялся он один. Боец строго посмотрел на него:

– Ты, дрищ, не ржи раньше времени!

– Кто дрищ?

Короткий удар в челюсть свалил Подростка на землю. Он встал, сел, зло сплюнул красное и что-то для себя запомнил. Боец вынес вердикт:

– Короче, я ему верю. Серьезный человек, только в штопоре.

Проспавшийся кивнул. Подросток тоже не высказал неодобрения.

Потом Боец обратился к Алексу:

– Если что – достану из-под земли.

– Обижаешь.

Боец протянул руку подростку. Тот нехотя пожал ее. Помирились.

– Поезжайте, – приказал Боец.

Чувствовалось, что главный здесь он. Подросток пошел заводить мотоцикл.

Тыр, тыр-тыр, тыр-тыр-тыр, тыр-тыр-тыр-тыр-тыр.

– Не заводится…

Подросток включил передачу и стал заводить свою технику «с толкача». Стальной конек-горбунок победно взревел.

Подросток прокричал:

– Щас я, домой только заеду!

Алекс повеселел. То ли от выпитого палева, то ли от пока удачно складывающихся обстоятельств мир снова приобретал радужные цвета и оттенки. Он пытался балагурить с парнями-мужиками. Все равно они не обращали на него никакого внимания. После выпивки он потерял свою цену…

8

Алекс проснулся от дикой, нечеловеческой головной боли. Он спал на берегу той же самой реки. Вот только никого рядом уже не было. Он стал смутно припоминать обстоятельства, по которым оказался здесь.

Долго ждал Подростка. Тот пришел пешком и сказал, что порвался какой-то «дроссель» и «конец машине». Поэтому он сразу заложил заднее колесо и карбюратор и принес канистру спирта. Все пили с радостью, Алекс с горя. А потом он снова утратил контакт с реальностью. Припекало солнце. Было часа два пополудни.

Окончательно к реальности его вернул участливый голос:

– Чего приуныл?

Он проглядел, как на берег спустился один из утренних, пропитой Мужик лет сорока. Мужик хлопнул его по плечу, присел рядом.

– Не горюй. В шесть вечера автобус. У тебя деньги-то еще, наверное, остались?

Алекс ринулся рукой в карман и облегченно вздохнул. Деньги были на месте, и на них через четыре часа можно было купить билет. Облегчение вновь сменилось унынием. Эти четыре часа предстояло провести здесь.

Мужик деликатно покашлял.

– У тебя как, в обрез или… Может, по пиву?

Алекс вздохнул.

– Ну, по пиву так по пиву.

Они пошли к сельпо. Мужик по пути становился нагловатым и развязным:

– Слышь, а чего нам пиво без водки? Купи еще пузырь, а то от этого палева крыша едет.

– Ладно.

– Слышь, а купи еще по мороженому. Я мороженое до смерти люблю.

И он купил. По два пива, крепкого, как «ерш», одну водки, которая, судя по этикетке, мало чем превосходила по качеству «шило», а может быть, и была тождественна ему, и по мороженому (надо же чем-то закусывать). Сели на скамеечке у магазина. Проходившие мимо женщины с авоськами пронзали их ненавидящими взглядами.

По мере количества выпитого Мужик становился молчалив и угрюм. Когда стеклотара опустела, он встал и пошел прочь. Алекс только рот открыл.

9

Пот градом катил по его лицу. Он тоже встал и пошел бродить по деревне. Надо было узнать точное время и спросить, где здесь находится автостанция.

Метров через сто его окликнули. Давешний Боец шел к нему от единственного в деревне деревянного двухэтажного дома.

– Здоров! Ты куда потерялся? Пойдем, пообедаешь, а то ведь с утра голодный.

Они прошли на второй этаж. Алекс поздоровался с двумя женщинами, вопросительно и недобро посмотревшими на него из глубины квартиры, прошел на кухню, молча сидел и ел суп. Ел без аппетита, который заглушил и испортил мороженым и пивом.

А Боец что-то говорил ему, рассказывал что-то, но Алекс не слышал его. Когда он уходил, Боец положил руку ему на плечо:

– Я видел, с кем ты сидел у магазина. Это на самом деле Гнилой Человек. Держись от него подальше. Мелкий, он и еще один, который спиртом торгует, братья. И они сели тебе на хвост. Плотно. Уезжай отсюда скорее. Попадешь в кабалу. Я с ними связываться не буду.

10

Алекс пошел по деревне дальше. Он прошел ее туда и обратно, ничего не нашел, ни у кого ничего не спросил и пошел на берег. У самого спуска он встретился с Гнилым Любителем Пива и Мороженого. Тот шел к Алексу с распростертыми объятиями:

– Куда пропал-то? Я ведь отлить только отошел. Бабки еще есть?

У Алекса была еще сотня. Но он твердо знал, что трогать ее нельзя.

Гнилой Человек понял его молчание по-своему.

– Пойдем ко мне. До автобуса еще часа три с лишним. Че ты, как бомж, по деревне шляешься.

В какой-то двухквартирной халупе они вошли в половину, где из мебели был только фанерный диван с грязным матрасом без простыни, прожженным в нескольких местах окурками…

11

Чувств не было. Было только отупение. Мозга, глаз, ушей, сознания. Вата, которая забила в нем все. Он вышел на улицу, подошел к Людям, Которые Сидели На скамейке И Что-то Пили, и выдавил из себя сипящим хриплым голосом:

– Сколько времени?

Ему ответили:

– Десять вечера, давай свои бабки.

Бомж грязной дрожащей рукой полез в карман…

12

Огромная фура затормозила на деревенской улице. Вовчик выпрыгнул из кабины и энергично зашагал к ближайшему дому. Деликатно постучался в окошко. Выглянула бабка.