Последний из миннезингеров (сборник) - Киров Александр - Страница 51

– И…

– Так я проснулся. Стало мне зябко, тоскливо. Будто все тайны узнал, и за это никто никогда впредь не коснется меня.

– И с тех пор, как вам приснилось все это, вас не покидает ощущение вашей избранности, но вы боитесь поверить себе и…

– Прожить зря. В самую точку. Так вот – сегодня ночью этот сон виделся мне в последний раз. Не знаю почему, но я уверен в этом. Мука закончилась, теперь знаю: я – такой как все. Мои тексты бездарны.

– Тогда я вас разочарую. Вы проспали дольше, чем планировали. За это время ваша цивилизация погибла. Не буду уточнять подробности. У нас еще будет время для разговоров. Вы – последний человек этого мира, и нам предстоит разобраться, почему и как из миллиардов сердец у нас осталось только одно, только одно… Я шел к этому разговору очень долго, по кускам собирая обрывки мыслей и разговоров, витающих в космосе. У меня еще очень много сомнений, но одно я могу сказать вам точно уже сейчас.

– Я – последний из миннезингеров…

– Иронизируете… Нет, не это. Впрочем, если отталкиваться от вашей фразы, то давайте уточним формулировку.

– …?

– Вы не последний из миннезингеров.

– А кто же я тогда, черт вас подери?

– Первый после пустоты.

notes

Примечания

1

Если вы в ожидании музыки извлечете из глубин памяти ударно-певучее: «Уржум», или хрупко-колкое: «Костриков», – не смущайтесь: не случайно паспортная фамилия становится у писателя литературным именем.

2

Ф. Г. Лорка. Касыда о недосягаемой руке. Пер. А. Гелескула.